Страница 39 из 93
Кристофер любил отца больше всех. Более того, он уважал этого человека за доброе сердце и преданность семье. Когда он был ребенком, то всегда надеялся вырасти таким же, но теперь знал, что это невозможно.
Мужчина, которого он считал отцом, был просто человеком, что взял на себя ответственность и заботу о воспитании ребенка, которого оставила его жена.
Кристофер задавался вопросом, знал ли правду мужчина, который его вырастил. Если знал, то никогда не показывал. Он относился к Кристоферу как к родному сыну, принимая его таким, какой есть, никогда ничего не ожидая и требуя. Отец отдал свою жизнь, чтобы защитить его, и он не опозорит своего родителя, перестав о нем думать, как о родном.
— Поэтому ты привел нас сюда? — спросил Кристофер, заставив себя отвлечься от мыслей, на которых не хотел сейчас зацикливаться.
— В убежище? — спросил Ефраим, покачав головой. — Нет, я привез вас сюда, не потому что ждал сопротивления.
— Тогда зачем мы здесь? — спросил Кристофер, поворачиваясь к мужчине, который, казалось, знал ответы на все вопросы.
— И мне интересно, — заявила Хлоя, очевидно отказавшись от попыток прожечь взглядом себе путь к свободе, когда подошла ближе, но оставив между ними расстояние.
Несколько дней назад его бы чертовски разозлило это действие, сейчас же…
Сейчас же, это звучало как хороший план.
* * *
— Почему бы нам не присесть? — предложил Ефраим, указав в сторону гостиной, где устроились остальные ее похитители, желающие побыстрее со всем покончить. Ну, кроме одного. Кейл, ублюдок, которого она уже решила записать во враги, прислонился к кухонному островку и со скучающим видом играл в телефон.
Она притворилась, что не заметила, когда Кристофер повернулся к ней спиной, притворилась, что ей не больно и она совсем не считает себя брошенной, хотя сильно нуждается в помощи.
Он напал на нее, превратил в монстра и теперь еще и сделал больно, потому что не хотел иметь с ней ничего общего. Она была жалкой, но не собиралась ни о чем его просить. Вместо она сосредоточилась на Ефраиме. Он был явным лидером группы, а значит он принимал решения о ее свободе.
— А потом ты меня отпустишь? — потребовала она, не уверенная, что сможет переварить другие новости прямо сейчас.
Ефраим одарил ее сочувствующей улыбкой и сказал:
— Нет, боюсь, что это невозможно. По крайней мере, пока.
— Я рассматриваю только такую возможность, — огрызнулась Хлоя, оттенки красного стали ярче, а клыки прорезались из десен, заставляя ее осознать тот факт, что эти явления связаны с ее эмоциями. Над этим ей определенно придется поработать, если она не хотела выдать себя…
— Не беспокойся насчет глаз и клыков, — вставил Ефраим сочувственным тоном. — Ты научишься их контролировать со временем.
— Я не беспокоюсь, — рявкнула она, сдавая свой страх с потрохами.
— Если я пообещаю ответить на все ваши вопросы сначала, вы меня выслушаете? — спросил Ефраим, снова жестом приглашая их присесть.
— Вдруг, выслушав тебя, я все равно захочу уйти? Что тогда? — спросила она, гадая, насколько трудно пройти мимо идентификационных панелей безопасности, которые она заметила у каждого лифта и лестницы в конце коридора, пока Кристофер нес ее внутрь.
— Вот что я скажу, — начал Ефраим, оглядываясь через плечо на быстро темнеющее небо, прежде чем снова на нее посмотреть, — если ты захочешь уйти после всего услышанного, тогда я тебя отпущу.
Она замерла, рассматривая его, очевидно с подозрением относясь к такому повороту событий.
— Я выслушаю тебя, и ты меня отпустишь? Все так просто? — спросила Хлоя, прищурившись и выискивая признаки лжи.
Он встретил ее взгляд и кивнул.
— Даю слово.
Кивнув, она повернулась и направилась к кожаному креслу у двери, с самого начала ясно выразив свои намерения. Она выслушает его, а потом уйдет, и ей все равно, на что придется пойти ради этого.
* * *
— Ой! Ой! Ой! Прекратите!
«Чертовы Стражи», — с отвращением подумал Кейл.
Он наблюдал, как Каин и Крис заставляют Хлою подставить руку под струю холодной воды, пока Дэнни изо всех сил старается удержать девушку возле раковины, когда она явно хочет сбежать от Ефраима и долбаного мешка с кровью, которой они пытаются ее напоить. Позволить Ефраиму взять инициативу на себя было ошибкой, которую Кейл больше не повторит. Прийдя к этому выводу, он тяжело вздохнул, заблокировал свой iPhone и засунул его в задний карман.
Хотя он не мог винить Ефраима в том, что тот не справился с эвакуацией Стража. Он всех организовал и урегулировал ситуацию, за что ему не платили. Кейл не занимался эмоциональной ерундой, не собирался тратить на это время, поэтому, когда они поняли, что одно из сердцебиений в доме замедляется и кому принадлежит, он с радостью переложил все на плечи Ефраима.
Это отвлекло его от событий, происходящих в подвале. Кейлу пришлось признать, что он не ожидал увидеть вампира, исконного врага Защитников, меняющего пакеты с кровью у женщины, лежащей без сознания на кровати. Конечно, было неожиданно найти только что обращенного Стража в первую же свою миссию для Совета.
Он пришел за одним Стражем, а получил двоих. Пока Крис играл с вампром в двадцать вопросов и проверял, все ли в порядке с женщиной, Кейл стоял у кровати с пистолетом в руке, борясь с желанием убить ее, пока обращение не завершилось. У него был шанс избавить мир от одного из них, и он боролся с этим искушением.
Если бы Крис не встал у него на пути и взял ее на руки, Кейл бы ее убил. Если бы на ее защиту встал кто-то другой, он убил бы и его, чтобы добраться до женщины и прикончить ее, пока не слишком поздно, но Крис неприкосновенен по весомой причине.
Иззи.
Она любила свою пару, обожала этого надоедливого ублюдка, поэтому, когда Кейла ставили в пару с Крисом для патрулирования или задания, он всеми силами старался вернуть ублюдка без царапины. Так что ради Иззи он не избавился от Криса, чтобы добраться до женщины. Тот факт, что он может удвоить вознаграждение, не пошевелив и пальцем, совершенно его не волновал.
У него не было никаких проблем с уже существующими Стражами, особенно если это означало уберечь их от рук Мастеров, но это не касалось обращения новых Стражей. Если бы это зависело от него, он избавил бы мир от всех, но поскольку его не спросили, да и возможно такой не существовало, он согласился заработать деньги, доставив их Совету…
Пока Совет не попытается создать собственную армию.
Если захотят провернуть подобное дерьмо, Кейл заставит поплатиться каждого Защитника, что выпустили этот ужас в мир. Но сейчас он удовлетворится тем, что его вознаградят за охоту на Стражей, их пленение и доставление Совету. Таким образом, он будет знать сколько их и где они находятся, и приблизится к своей цели.
По крайней мере, ему не стоит беспокоиться, что эти двое Стражей нарожают новых ублюдков, которых ему придется усыпить, прежде чем они достигнут своего бессмертия.
А пока Кейл с отвращением качал головой от попыток Ефраима объяснить их мир этой женщине.
Он действительно должен был приберечь «мы исцеляемся от всего» фразу до конца. Даже Кейл понял, что сделает эта женщина после такого заявления.
Конечно, как только Ефраим произнес эти слова, всерьез разозленная, но любопытная, женщина ворвалась на кухню, чтобы выяснить все самой. Он точно знал, что она задумала, что увидел в ее руках огромный нож мясника, и мог бы легко ее остановить… но даже не стал пытаться.
— Лживый ублюдок! — закричала Хлоя, вырываясь из хватки Ефраима, который все еще старался накормить ее кровью.
Ему вероятно стоило объяснить, что Стражи быстро исцеляются, если недавно питались или выпивали кровь сразу после ранения. В противном случае, им потребуется некоторое время для исцеления. Поскольку женщину обратили несколько дней назад, и она отказывалась пить кровь, у нее недостаточно сил, даже для излечения крошечной царапины, не говоря уже об огромной ране на ладони.