Страница 9 из 11
Я усадил девочку на кухне, разложил её руку на столе, стал копаться в ящике с медикаментами. Кажется, мы только сейчас начали приходить в себя. Злата долго молчала, но потом, словно собравшись с силами, выдохнула:
- Зачем... зачем ты это сделал?
- Что? Взял вину на себя?
- "Взял"?! Вина и так на тебе. Зачем ты меня поцеловал?!
Фигасе, я ещё и виноват во всём!
- А чем прикажешь затыкать тебе рот, когда все руки заняты?
- А зачем затыкать мне рот?!
- Затем, что если себя обнаружить в такой ситуации, ты потом уже не сможешь нормально с человеком общаться. Учителей я имею в виду. Нафиг надо?
- Я и так не смогу с ними общаться.
- Это ничего, главное, чтоб они могли. А для этого им нужно не знать, что ты в курсе их маленькой тайны.
- Ничего себе, маленькая!
- Злат, да чего ты судишь? Ты сама была в этой ситуации?
- Я в неё никогда не попаду!
- Нет никакого смысла зарекаться.
- Я. Не. Попаду. А ты... их оправдываешь?!
- Нет. Не судить - это значит вообще не думать об их поведении. Хорошо они поступают или плохо - не моё дело. Папа тебе такого не говорил?
- Но это как-то... они же обманывают... своих близких!
- А ты тут причём?
- Я - знаю. Неужели так всё и оставить, никому не сказать, даже им самим?
- Нет.
- Но это ужасно.
- Это полностью на их совести. В таких вопросах лезть со своими понятиями правды и справедливости - только хуже делать. Всем.
Злата покачала головой:
- Какой же ты странный!
Я усмехнулся:
- Ну, теперь мы квиты. Хочешь - спроси у своего бати или у мамы, как они считают, нужно ли в таких вопросах лезть к людям.
- Спрошу. - Она помялась. - Значит, ты... не собирался меня целовать? Это было просто... для дела?
- Нет, не собирался. Мы же друзья.
- Точно! - она выдохнула и улыбнулась с таким облегчением, что у меня кольнуло где-то в груди.
Мы с ней пообедали: я - бужениной с рисом, она - одним рисом, и ещё я открыл для неё баночку консервированного горошка. А потом мы сделали все уроки на черновик, и я проводил её домой. И возвращался целый час - так задумался, что не заметил, как время прошло. О чём думал - сам не знаю, но ощущал какую-то смутную тревогу. Есть вечером совсем не хотелось, а потом было трудно уснуть. Я проворочался до двух ночи, после чего забылся поверхностным беспокойным сном. И снилась мне Злата. Мы были с ней вместе, разговаривали, вроде бы... а потом - я обнял её. Она так легко и с удовольствием упала ко мне в объятия... даже не верилось: она такая колючка и, похоже, серьёзно озабочена тем, чтобы наши отношения не выходили за рамки дружбы... Но во сне это совсем исчезло - Злата мне не сопротивлялась, и я нырял в близость с ней, как в тёплый океан. Исчерпав возможности объятий, но всё равно не насытившись, я припал во сне к её губам, и вот тут меня накрыло настоящее блаженство. Такое острое, что я даже проснулся и ощутил досаду от того, что это был только сон. Зато пришло наконец понимание.
- Злат, - сказал я ей на следующее утро. - Я тут подумал... Короче, я хочу ещё раз тебя поцеловать. Уже не для дела.
- А для чего? - прошептала она одними губами, мгновенно раскрасневшись и так широко распахнув глаза, что в них отражалось небо.
- Для проверки.
- Какой ещё проверки?
- Ну, есть у меня одна гипотеза, надо её проверить.
- Ты можешь гипотезу назвать?
- Кхм... похоже... возможно, я всё-таки в тебя влюблён.
Офигеть, как непросто было это выговорить! Я вообще-то эти слова и подобные им произносил в прошлой городской жизни не раз, но никогда это не было так тяжело.
Златино лицо из красного стало пепельно-бледным.
- Ты уверен? - спросила она придушенно.
- Нет, для того и проверка.
- А если да, то что?
- Ну... я подумал... может быть, ты станешь моей девушкой? В конце концов, какая разница, если мы помимо обычных дружеских развлечений будем ещё иногда целоваться? Я думаю... мне кажется, тебе понравится.
Злата судорожно сглотнула.
- Девушкой... это ведь совсем другое. Видишь ли, дело в том... что я решила...
Я не дослушал, что она там решила. Уверен, это какая-то глупость. А целоваться, как известно, намного приятнее, чем слушать глупости. В общем, я отбросил скромность, прихватил девочку за плечи и поцеловал в губы. Они были очень сладкие и мягкие. И мне даже на секундочку показалось, что они дрогнули мне навстречу, но ещё через одну Злата с усилием упёрлась мне в плечи и отстранилась:
- Паша, ты что творишь! Я тебе не разрешала!
- Так разреши! - Я перехватил её за талию. - Или что, скажешь, что я тебе ни капельки не нравлюсь?
- Ты... - Она запнулась и снова покраснела. - Ты мне очень нравишься. Но я не планирую встречаться с мужчинами в ближайшие несколько лет. Мне надо сосредоточиться на учёбе.
- Сколько? Десять? Злата, это просто смешно! Не можешь ты лучшие годы жизни потратить на эту скукоту. А как же чувства?
- Чувства... - горько откликнулась она. - Я прекрасно вижу, к чему приводят чувства! На примере родителей.
- Злат, мы не будем детей заводить, обещаю. Вообще ничего такого. Просто... я буду тебя иногда обнимать и целовать. Мне очень этого хочется, я проверил! Не смогу теперь без этого обходиться.
- Раньше ведь мог.
- А теперь не могу.
- Паша...
- Ну пожалуйста!
Она покачала головой, потом посмотрела на меня, потом ещё раз покачала, а потом вздохнула:
- Ладно. Только один раз и в щёчку.
- Ты шутишь?
- Ничуть! Если тебя не устраивают мои правила, то... мы не сможем больше дружить, - она произнесла это расстроенно, но твёрдо.
Я недовольно вздохнул и чмокнул её один раз в левую щёчку. Она была мягкая, нежная... тоже довольно приятно!
- А теперь ты меня! - и подставил свою.
Злата отрицательно замотала головой.
- Не будь врединой.
Она закатила глаза. Но. Ткнулась курносым носиком в мою щёку и даже слегка коснулась её губами! И вот на этом скудном топливе я весь оставшийся день пролетал, как на крыльях...
Промо-код на "Любовь зла 2": YFCkbPRM
Глава 9. Хэппиэнд
Злата
Я провела тот день в школе в ужасном смятении. Паша больше не трогал меня, но регулярно бросал красноречивые взгляды, от которых я краснела, как помидорка, а все вокруг, мне кажется, это замечали.
Сама я испытывала к высказанным им словам весьма противоречивые чувства. Конечно, мне приятно, что в меня влюблён такой невероятно умопомрачительный парень. Вполне возможно, я и сама... к нему неравнодушна. Но в то же время одолевал нешуточный страх: как быть с моим твёрдым намерением ни на что не отвлекаться от учёбы, как отреагируют на этот роман наши одноклассники (а ведь шило в мешке не утаишь) и, наконец, самое главное: что я стану делать, если он в скором времени уедет в свой город? Это ведь вдребезги разобьёт мне сердце...
Не в силах советоваться об этом с мамой, доверие которой не оправдала, я позвонила вечером старшей подруге, решив, что она в этих вопросах более опытна: у нас целых два года разницы в её пользу! И Богдана подтвердила мои худшие опасения:
- Ой, Злат, ну не будь наивной! Они все так в начале говорят: я тебя люблю, я на всё готов, будем ходить за ручку и целоваться в щёчку... А как только ты к нему привыкла, будь любезна, и губки ему подставь, и всё остальное. А тебе-то уже всё, деваться некуда! Ты влюбилась, как кошка.
- И что же делать? - спросила я печальным, дрожащим от слёз голосом.
- Думать на берегу. Если ты не готова на всё остальное, то нечего и начинать.
А я, разумеется, была не готова. Мне четырнадцать. У меня впереди минимум десять лет упорной учёбы, потом получение опыта работы, потом ещё я хочу немножко пожить спокойно... одна! Ну какая мне любовь?!
Поэтому на следующий день я так и заявила пришедшему меня встречать счастливому Паше: