Страница 8 из 14
Конечно, на одну ее зарплату она не сможет содержать такую огромную квартиру. Впрочем, ей одной такая квартира и не нужна, Владислава задумчиво окинула взглядом длинную прихожую. Сыну пора съезжать от них и жить самостоятельно, ей одной хватит и двухкомнатной квартиры, а уж на пропитание для себя она заработает. Если она будет жить одна, то ей возможно брать на проверку больше текстов. Чем не решение увеличения зарплаты? Конечно, от каких-то своих привычек ей придется отказаться, а работы Владислава не боялась. Никакой. В конце концов, можно будет найти и вторую работу.
– Вот ты уже и планируешь жить одна, да, Владислава? – она усмехнулась, поняв, что фактически приняла измену мужа, смирившись с тем, что в жизни мужа появилась другая женщина. – И даже уже готова к разводу, о личной квартире думаешь. С чего бы вдруг, а, Влада?
Сейчас ее удивляло другое – она готова была отступиться от Виктора. Она готова дать ему развод. Это было странно. Нет, это было неправильно! Не готова она уступать мужа другой женщине. Или готова?
Горько? Обидно? Как в пошлых скандалах: она ему посвятила лучшие годы жизни, а он себе другую нашел! Наверняка моложе и красивее.
Не отпускать мужа? Но он ведь не теленок на привязи – взрослый и самостоятельный мужик.
У Виктора сейчас такой возраст, когда принято у мужиков доказывать окружающим и, в первую очередь себе, что он еще «О-го-го! Еще могЕт!». В народе это называют «Седина в бороду, бес в ребро». Вот и Виктор не избежал этого. Седина в волосах, бес в ребре, и под откос летит почти четверть века счастливой семейной жизни.
Вспомнились слова мамы:
– Ладенька, помни прописную истину: «Разведенный мужчина – свободен. Разведенная женщина – одинока». Не торопись рвать отношения. Ломать всегда проще, чем строить.
Закрыть глаза на измену мужа? Сделать вид, что она ничего не знает? Сможет ли она это сделать? А главное, надо ли? Стоит ли ломать себя и продолжать жить прежней жизнью с тем, кто тебя не любит? Уже не любит.
В ее жизни не было других мужчин. Муж был первым и единственным. Диплом Владислава получала, уже родив Витальку. Тогда еще была жива ее мама, она специально приезжала к ним в город, забросив дом в деревне. Мама предлагала забрать внука к себе, но Владислава кормила сына грудью. Виталик родился недоношенным, всего на три недели раньше, но и это было много. Сын был слабеньким, материнское молоко ему было жизненно необходимо.
Владислава училась, кормила сына и опять училась – тот год слился в круговорот повторяющихся действий. Виктор уже окончил университет и работал на двух работах, чтобы прокормить их всех. Мама стирала, готовила, убирала, оградив их от домашних обязанностей.
И они справились. Все вместе: Владислава, Виктор и ее мама. Свекровь в этом во всем не участвовала. Виктор был ее сыном от первого брака и отчего-то менее любимым, чем младший сын. Владе тогда было не до этого, ей бы сдать экзамен, да не нервничать, чтобы молоко не пропало. Слава Богу, они жили от свекрови отдельно, как раз вот в этой квартире, правда, тогда она была еще коммуналкой. В одной комнате, правда, самой большой, они и жили. Через полгода умерла соседка и ее внук объявил, что готов продать комнату, в которой та жила. Теща удивила зятя сказав:
– Покупай. Я дам денег.
И они купили. Поклеили обои, купили новую кровать, шкаф, и мама жила уже вроде и с ними, а вроде и отдельно.
Мамы не стало в тот год, когда Виктор начал прилично зарабатывать, а Виталик пошел в первый класс. Они и квартиру эту уже выкупили, и даже частично сделали ремонт, мечтали о том, что перевезут ее маму к себе. Только уже не в ту комнатушку, где она жила, а уже в другую – большую и светлую. У зятя с тещей сложились хорошие отношения, теплые. У Виктора с его родной матерью таких не было. Врут люди, когда говорят о ненависти между тещей и зятем. Их семью миновала сия участь.
Мама умерла во сне. Остановка сердца. Прилегла днем отдохнуть и не проснулась. Обнаружила ее соседка-подруга. Не успела мама переехать жить к ним в отремонтированную квартиру… Сейчас в той комнате, что они хотели отдать ее маме, живет сын Виталий.
Владислава вздохнула и шагнула в сторону кухни, попутно отметив, что белых кед, в которых сын уходил вчера, на полке в прихожей не было, значит, еще не вернулся, где-то заночевал. Вот и у сына появилась девушка. Она невесело усмехнулась.
Сын не в первый раз не ночует дома. Впрочем, Виталику 23 года, немаленький уже и даже уже давно совершеннолетний. Она вздохнула и уже было шагнула на кухню, но тут в замке входной двери аккуратно повернулся ключ, и дверь начала так же аккуратно открываться. Владислава усмехнулась и осталась стоять в прихожей – обычно сын более шумный, весь в отца. И делают они это не специально, просто не обращают внимания на то, как громко передвигаются по квартире, что-то делая. А сейчас, если судить по тихим аккуратным звукам, сын вернулся домой не совсем трезвый. Способность передвигаться бесшумно у сына активировалась только, если Виталик был под парами алкоголя.
– Доброе утро, сынуля! – приветствовала Владислава сына, едва он шагнул в квартиру.
– Спалился! – констатировал сын, даже не удивившись. – Доброе утро, мам, ик! Ой, прости, вырвалось! Виноватым сын при этом не выглядел. Даже наоборот, сиял и светился счастьем.
«Влюбился, что ли?» – мелькнула мысль у Влады, но вслух она спросила:
– Как-то ты очень рано сегодня, да, Виталь? Шесть утра, а ты уже дома! Девушка оказалась правильной и домой не пригласила?
– Ой, ма! Какая же ты у меня умная женщина! – сын попытался повесить на крючок пиджак, одновременно снимая правый кед, оперевшись в пятку правой ноги пальцами левой. В отличие от отца, Виталик пиджаки любил. О да! Вот сын то как раз умел их и выбирать, и носить. Пиджаки сыну шли. Виталий имел такой же рост под метр девяносто, был широк в плечах и красив нормальной мужской красотой – весь в отца.
– Иди уже… В душ и спать! – Владислава забрала из рук сына пиджак.
– Спасибо, мамуля, ик! – сын прикрыл рот ладонью. – Ой, пардон, мадам!
– Фи! Поручик! Что за шмурдень Вы изволили пить сегодня? – Владислава поморщилась, уловив запах перегара. – Марш в душ и спать! Законные 4 часа до пробуждения отца у тебя точно есть, а дальше – как повезет!
– Все! Ушел! – сын кивнул и скрылся в ванной.
Владислава, конечно, не одобряла то, что сын пришел домой пьяным. В конце концов, она же нормальная мать. Но кто, скажите, в его возрасте не устраивал загулы в ночь с пятницы на воскресенье? К тому же, такие загулы сын позволял себе нечасто. Спорт и здоровый образ жизни – это да, а загулы – это если у сына появлялась девушка. Сегодня вот сын пришел домой даже не в воскресенье, а в субботу. И, кстати, не очень-то пьяным он и был. Владислава вздохнула и, покачав укоризненно головой, шагнула на кухню.
Умом она понимала, что сын еще молод, что в современном мире в 23 парни еще не женятся, но как же ей хотелось, чтобы сын уже встретил свою настоящую, а не очередную, любовь. После загульной ночи сын редко приходил домой. Отпишется коротким сообщением: «У меня все хорошо. Приду, когда высплюсь», – и приходил только ближе к вечеру следующего дня. А сегодня вот домой пришел. У девушки не остался, но счастлив. Может, на этот раз он встретил достойную девушку? Интересно, интересно…
Глава 7
И словно в ответ на ее мысли сын появился на кухне уже после душа. Запах алкоголя, конечно, чувствовался, но пьяным сын не был. Он прошел к холодильнику, открыл его, вытащил пачку сока и жадно присосался к ней, не удосужившись налить сок в стакан.
Сын пил сок, а Владислава смотрела на него и искренне им любовалась: высок, красив, умен. Виталий оторвался от пачки с соком, закрыл ее и произнес:
– Мам, я влюбился.
– Та-ак, – протянула Владислава, – и почему-то мне кажется, сын, что это не все новости, что ты решил сообщить мне.