Страница 7 из 8
-- Глупые курицы, прости Туманный, и навязчивы до чертиков, -- раздраженно думал иной раз Глава Тайной службы, встречая приглашающие взгляды и алеющие щечки красоток.
И местом своим лорд дорожил, и расположением короля тоже. К тому же, находясь на посту Главы, он просто не имел столько времени, необходимого для ухаживания и прочего. Да что там времени. Работа зачастую съедала подчистую все запасы энергии, а чего-чего, а вот энергии у лорда хватало.
Еще бы, кровь драконья не водица.
Собственно, в основном по этой причине король поставил Лайонарда Главой. Многие просто не выдерживали объема работы, и тихо просились в отставку. Осеняли себя круговым знамением, получив оную, и с облегчением отъезжали в свои имения, дарованные за верную службу монархом.
Когда же природа брала свое, лорду вполне хватало миленьких служанок, которые бросали на него такие взгляды, что стоило только ему поманить пальцем, как любая, потупив глазки, с радостью шла ему навстречу.
И была еще одна причина, дорогие мои читательницы. Глава Тайной службы Его королевского Величества боялся.
Вы скажете, чего же?
Лайонард Серебряный, последний из воинов-защитников Киассы, боялся… влюбиться.
Леди Зелинда с ее побегом из-под венца прилично-таки поколебала его уверенность в себе.
И ладно бы только леди Зелинда. Мужчина вздрогнул, вспоминая леди Колет, веснушчатую блондинку с очаровательными ямочками на розовых щечках. Милая, улыбчивая и домашняя девочка, младшая дочка герцога Ланкю, с которой он надеялся найти семейное счастье, через полгода жизни с лордом отъехала в папенькино поместье, а еще через полгода король высочайшей милостью развел их.
И опять Глава Тайной службы остался с разбитым сердцем и полным крушением всех своих надежд на полноценную семью и, чего греха таить, на восстановление последней линии воинов-защитников.
Лорд до сих пор не знал, и не мог понять, что, собственно, заставило обеих дам принять такое решение.
Когда же он в конце-концов прямо спросил о причине такого поступка, леди Зелинда хмыкнула и отвернулась. Леди Колет же… Замялась на мгновение, потупилась и сказала, что, мол, ее чувства к лорду оказались ошибкой. Прошли, мол.
Прошли, а?
Вот с тех пор лорд этих самых чувств остерегался как черт ладана, предпочитая служаночек и иже с ними.
-- Кон, друг мой, -- дрогнувшим голосом сказал Лайонард, представив, как он в таком виде пойдет восвояси, да через королевский сад. Конечно, обычно в окрестностях лаборатории придворные дамы не имели обыкновения прогуливаться, да еще столь ранним утром.
Но…
-- А не найдется ли у тебя, -- и он обвел руками собственную почти обнаженную фигуру, -- чего-нибудь пристойного взамен этих тряпок?
Льер Конфю с трудом оторвался от разбитого стола, и посмотрел на лорда. Видок у того был еще тот. Он тяжело вздохнул, и напоследок еще разок погладив почивший, так долго служивший многим поколениям алхимиков стол, ответил:
-- Найду, друг мой, отчего же, -- и, понурив голову, вышел из лаборатории.
А когда вернулся, что произошло совсем скоро, держал в руках нечто, весьма напоминающее по виду саван, который и выдал лорду.
--- Кон, Ко-он, -- протянул тот, взяв нечто в руки и внимательно рассмотрев.
-- Да это же женское, пардон, платье! -- с возмущением воскликнул лорд, и бросил его на пол.
-- Платье?! Да какое же это платье! -- возмутился Кон в свою очередь, -- Это весьма приличный халат, почти новый. По крайней мере, свежий, и без дырок!
Он поднял халат, и активно потряс им перед лордом.
-- А, так это твой старый халат -- протянул Лайонард, и нехотя взял похожий на хорошо постиранную и даже прокипяченную тряпку старый рабочий халат друга.
Между нами, лорд был известный модник и чистюля. Прямая противоположность придворному алхимику, которому было абсолютно все-равно, что на нем надето.
Лайонард тяжело вздохнул, и натянул на себя халат.
Льер Конфю посмотрел на друга, и едва сдержал улыбку. Потому что обычно подтянутый, одетый по последней моде и горделиво смотревший на мир лорд Лайонард сейчас очень напоминал весьма потрепанного нищего.
Лайонард же и смотреть на себя не хотел. Хотел он сейчас только одного. Просто вот взять, и мгновенно оказаться дома. Он не мог себе и представить, как вот в таком виде, покажется на людях. Плащ? Да, конечно. Плащ скроет под собой это невообразимо жуткое одеяние.
Леночка Старосадская
Девушка встала с диванчика, и выпрямилась. Сашка, чей рост уступал Леночкиному практически на голову, сглотнул, когда пышная грудь девушки, обтянутая модной маечкой, оказалась прямо перед его носом. Он как ошпаренный отскочил назад, покраснел и опустил глаза.
Елена же Петровна обратила на молодого мужчину внимания не больше, чем на предмет мебели. Слезы высыхали, лицо было опухшее, но глаза смотрели на мир уже веселее.
-- Хотя чему тут веселиться, -- подумала Леночка, и подошла к выбитой двери, -- опять расходы. Она вздохнула, заметив, что одни косяк тоже придется менять.
-- Александр, будьте другом, завхоза пригласите, -- сказала Леночка, -- а пока поднимите ее, что ли. Вот, пусть так и стоит.
Сашка, упорно не глядя на девушку, поднял дверь и тут увидел, что несмотря на то, что косяки качались, в петли ее вставить вполне можно.
-- Эта, Елена Петровна, да я щас вот на петли завешу, и все!, -- обрадованно заговорил непрошенный спаситель, и навесил-таки дверь на петли.
Конечно, своих функций она на все сто выполнять не могла, но хоть проем закрыт. Да и вообще, вид куда приличнее.
Леночка, увидев, что проблема не так страшна, как ей казалось, почувствовала облегчение.Согласитесь, работать с открытой настежь дверью не каждый способен.По крайней мере, девушка предпочитала не модные сейчас “аквариумы”, где каждый на виду, а обычные кабинеты.
Тут она вспомнила о своем не презентабельном виде, распухшем носике и заплаканных глазах.
-- Спасибо за бдительность, Александр, и всего хорошего, -- решительно сказала девушка, стараясь смотреть в сторону, и охранник, чуть не отвесив поклон, отправился на свое рабочее место, где как раз начал трезвонить местный телефон.
А Леночка… Леночка кинулась бегом в душ, где сбоку умельцы ей примостили и маленькую раковину. Умывшись как следует холодной водой, посмотрев на себя в зеркало, девушка подмигнула себе и неожиданно рассмеялась.
-- Нет, надо обязательно Ольке рассказать, -- успокоившись наконец, сказала Леночка. -- Какие тут у нас бравые ребята работают, спасают прямо на рабочем месте и без всякой просьбы со стороны спасаемого.
Сашка же, услышав ее хохот, прямо вот за его спиной, побагровел и резко сказал в трубку:
-- Охрана слушает!
Леночка привела себя в порядок, и, подумав с минуту, решила выпить еще чашечку кофе. На этот раз заварив его прямо в чашке. Все мысли о том, почему же на нее таким странным образом повлияла встреча в кафе с обладателем розового галстука, она упорно отметала прочь.
Потому что были они тяжелы, и грозили превратить так оригинально начавшийся рабочий день в окончательно потерянный для продуктивной работы.
А терять время Леночка не привыкла от слова совсем.
Уж как было тяжело на сердце, когда Алеша ушел. Неожиданно совершенно. Так что вы думаете, Леночка принялась рыдать и беспомощно лежать, уставившись в потолок?
Ничуть не бывало.
Буквально с утра она ворвалась к руководству, и взялась за очередной проект, который ей давно предлагали вести.
Так за работой и все страдания прошли.
Но прошли ли?
Кому, как не ей, дипломированному специалисту, знать, что так просто ничего не проходит. Уходит, да. Прячется, до поры до времени. Чтобы потом вот взять и выстрелить, и, как правило, в самый неподходящий момент.
Девушка вздохнула, и мелкими глотками допила кофе.
А Ленька? Леонид, мальчик-одуванчик. Доброе, открытое лицо. Настойчивые губы и вечная трехдневная щетина. На лицо набежала тень, и уголки рта девушки чуть опустились вниз.