Страница 6 из 13
– Думаю, что это все чушь собачья, – наконец сказала она, краем глаза заметив, как усмехнулся Ник. – Наша биологичка, конечно, та еще штучка и явно считает, что она до сих пор в соку, но она не законченная дура, чтобы встречаться с несовершеннолетним.
– Между прочим, у них не такая уж и большая разница в возрасте, – принялась яростно отстаивать свою теорию Яна. – Ей всего-то двадцать пять, а ему, как и тебе, через несколько месяцев восемнадцать. У моего отца с его новой женой разница в семнадцать лет. Как вам такое, а?
Отец Яны ушел от них пару лет назад, но она согласилась не устраивать ему истерики по этому поводу до тех пор, пока платила его кредиткой.
– Ах, дорогая, ну не сравнивай. Когда тебе за сорок, плюс-минус двадцать лет уже особой роли не играют.
Стелла допила коктейль, оставив примерно четверть бокала, как делала почти всегда, и поднялась с места, поставив точку в этом разговоре.
– Идемте, – бросила она, откидывая за спину длинные каштановые волосы и подхватив крошечную сумку, в которую умещалась только косметичка. – Выберем мне самое лучшее платье из того не слишком обширного выбора, что здесь предлагают. Яна, оставь ты в покое пиццу, нам еще нужно запихнуть тебя в тридцать шестой размер…
– О, это просто восторг, – буквально захлебнулась восхищением Лена, распахивая шторку примерочной и открывая Стеллу на всеобщее обозрение. Стелла только закатила глаза, поворачиваясь ко всей компании, которая сгрудилась за спиной Лены, загораживая остальным проход. Что за дурацкая привычка открывать шторки без разрешения? Обычно таким страдают только мамочки, уверенные, что на их дочек никто не обратит внимания, в то время как их окидывают сальным взглядом презентабельные мужчины лет пятидесяти, поджидающие жен.
Стелла натянула лямку на плечо и покрутилась перед зеркалом, приподняв волосы, чтобы все лучше рассмотрели платье.
– Отпад, – поднял Вадим большой палец. Он готов был расхваливать любую одежду, у которой есть декольте.
Стелла окинула себя придирчивым взглядом. Переливающаяся дымчато-розовая ткань, ниспадающая до самых пят, усыпанный кристаллами пояс и глубокое узкое декольте… Хм. Платье смотрелось очень и очень неплохо, по крайней мере, явно лучше предыдущих пятнадцати, но дайте-ка подумать. Розовый, стразы и вырез до пупа. Кого же ей это напоминает…
– А ты что думаешь, Ник? – поинтересовалась Стелла, окинув его вопросительным взглядом. Мнение Ника она всегда особенно ценила, хотя он и предпочитал держать его при себе, в отличие от остальных ее друзей, которые вечно лезли со своими комментариями, когда их никто не спрашивал.
Ник с сомнением посмотрел на Стеллу своими яркими, как прожекторы, небесными глазами, словно сомневаясь, стоит ли рискнуть и сказать ей что-то, что ей определенно не понравится. Врать было ниже его достоинства.
– Нет, Стелла, – извиняющимся, но не терпящим возражений тоном сказал он. – Смотрится отлично, но это не твой стиль.
Стелла удовлетворенно кивнула. Ник оставался верен себе – его ответ прозвучал, как всегда, четко и без излишней лести, которую она хоть и любила, но в душе презирала. За это он ей и нравился. К тому же он высказал именно то, что думала она сама.
– Следующее, – громко сказала Стелла, и измученная молоденькая консультантка с раскрасневшимся лицом и кривыми стрелками на глазах поспешно подала ей очередное платье, подхватив цветочный ворох остальных, отверженных небрежным мановением ее руки.
– Спасибо, девушка, – вежливо проворковала Стелла – родители приучили ее не кичиться своим положением и в определенных ситуациях держаться вежливой с персоналом, даже если ее и раздражала их нерасторопность. – Лена, не хочешь примерить? Мне кажется, платье гораздо лучше будет смотреться на тебе.
– О, значит, ты отдаешь его мне? – обрадованно воскликнула Лена. – Ох, Стелла, я уже говорила, что обожаю тебя?
Стелла тонко улыбнулась и, закрыв шторку, сняла платье через голову, оставшись в черном кружевном белье. Этот восхитительный комплект ее мама купила для себя в их последнюю поездку в Италию, но Стелле удалось убедить ее, что этот бюстгальтер невыгодно подчеркивает ее небольшую грудь. Мама всегда считала верхом несправедливости то, что у Стеллы грудь больше, чем у нее.
Стелла отдернула шторку и протянула Лене платье. Та восторженно прижала его к груди и тут же скрылась в соседней примерочной. Судя по похотливому взгляду Вадима, он успел увидеть ее в белье, но Стеллу это не слишком смутило – во время их сумасшедших пати они не видели друг друга разве только в скафандрах. Интересно, что бы сказал Макс, если бы узнал, что его лучший друг так откровенно на нее пялится?
Стелла уже собиралась примерить следующее платье, ткань которого сверкала, словно змеиная кожа, как вдруг резко передумала. Из-за своего взбалмошного характера она порой принимала молниеносные решения, которые напрочь противоречили тому, что она сказала буквально пару минут назад.
Стелла переоделась обратно в школьную форму и вышла из примерочной.
– Если сразу же не нашлось того, что мне нужно, значит, я пришла не в тот магазин, – коротко прокомментировала она и повернулась к девушке-консультанту. – Спасибо, девушка. Извините за беспокойство.
На лице консультанта отобразилась противоречивая смесь облегчения от того, что ей больше не придется подбирать Стелле нужный размер, и разочарования от того, что все ее усилия пропали зря и Стелла так и не пополнила ее скудную зарплату процентом от продажи платья.
– Кстати, а где Яна? – вдруг спросила Стелла, не увидев подруги.
– Она минут десять назад зашла в раздевалку, и с тех пор оттуда доносится только какое-то странное пыхтение, – усмехнулся Вадим. – Заглянула бы ты к ней, что ли? Может, она там пыталась влезть в размер, который носила лет в четырнадцать, застряла и задыхается?
– Ты отвратителен, – сказала Стелла и толкнула его в бок.
– Полегче, красотка, – сдавленно прошипел он и одернул пиджак.
Стелла заглянула в раздевалку Яны и с огромным трудом сдержала смех – слова Вадима оказались как нельзя более близки к истине. Яна, с красным от злости лицом, смазанной губной помадой и растрепанными волосами, старалась натянуть на себя изумрудно-зеленое платье. Увидев Стеллу, она одновременно яростно и жалобно посмотрела на нее.
Стелла мгновенно разобралась в ситуации. После разрыва с Богданом Яна впала в хандру и несколько недель лечила разбитое сердце макарунами и заварными пирожными. И теперь ей пришлось столкнуться с последствиями – она перестала влезать практически во всю свою одежду. В другое время Стелла не преминула бы подшутить над ней – уж больно комично та выглядела. Но ее неожиданно разобрала жалость.
– Значит, так, – сказала она, решительно вторгаясь в раздевалку и полностью проигнорировав робкие слова консультанта, что туда нельзя заходить по двое. – Дорогая, давай будем рассуждать здраво. Даже если ты влезешь в это платье, тебе придется все время проводить стоя, потому что в противном случае оно треснет по швам.
– Но мне так нравится это платье! – простонала Яна, снимая его и оставаясь в красивом красном бюстгальтере с эффектом пуш-ап, приподнимавшем ее и без того внушительную грудь. – Может, я все же куплю его, и это будет для меня мотивацией к похудению?
– Ни в коем случае, – резко прервала ее Стелла. – Это просто жалко. Послушай, у тебя был нелегкий разрыв, и, что ж, ты немного набрала. Со всеми это иногда случается. (С ней самой этого никогда не случалось.) Просто смирись с этим и возьми такое же платье, но на размер больше.
– Черт возьми, Стелла, я скорее вскрою себе вены, чем позволю себе выйти в люди в платье сорокового размера, – раздраженно ответила Яна, и ее тон снова стал жалким. – Как думаешь, я слишком много набрала?
Стелла окинула ее придирчивым взглядом.
– Не критично, но больше позволенного, – безжалостно отрезала она. Она не хотела бы, чтобы Яна заедала горе до того момента, пока ей не удастся найти свой размер только в интернет-магазине. Так что гораздо благороднее с ее стороны будет дать ей дозу беспристрастной правды, ради ее же блага. В конце концов, у всех них в этой школе определенный статус, и это не дает им права расклеиваться и распускать себя.