Страница 3 из 7
Ксюша достала из рюкзака три бутылки и поставила перед шурином.
– Три, – посчитал он. – Братишка тут три бутылки.
– И чего? – переспросил Лёня.
– Я просил три на человека. Ты зачем жену взял, если на неё бухла нет?
– Ты мне водки пожалел? – надулась Ксюша.
– Было бы чего жалеть. Что же давайте по рюмочке и домой. Что бы я ещё с вами куда поехал. Никогда, – Дима сел на корточки и плюнул в костёр. – Вы мне теперь не друзья, а ты брат мне не брат. Только Данька мне друг. С ним и пить буду. Давай друг накатим, пусть этим людям будет стыдно.
Наступила ночь. Воздух стал прохладней, и люди жались ближе к огню. На огромном чёрном небе высыпали звёзды, и яркая луна освещала весь лагерь. Иногда над головами людей пролетали, шурша перьями, какие-то птицы, а со стороны реки доносились всплески кормящейся рыбы.
Дима изрядно напился и без меры, грубо и пошло шутил над всеми, кроме новенькой. Он надеялся на ночь в её объятиях, почему-то решив для себя, что это возможно, и поэтому неуклюже ухаживал за ней, отпуская в её адрес слащавые и банальные комплименты. Дима старался напоить девушку, с понятной для неё самой и всем остальным, целью.
– Ну, Катя, давай за моё здоровье, – Дима протянул стакан с водкой.
– Мне хватит, уже не хочу, – отказалась девушка, отстраняя рукой протянутый стакан.
– Я же заболею, если не выпьешь. Давай, давай, мне нельзя болеть.
– Давай мне, – предложила Ксения, спасая подругу. – Давай я выпью.
– Не-еет. Тут принципиальный вопрос. Желает Катя мне здоровья или нет?
Катя взяла водку и пригубила, поставив стакан рядом с собой.
– И чего там? – наклонился над стаканом Дима, пытаясь рассмотреть наличие водки.
Катя оттолкнула его и накрыла ладонью стакан.
– Ну не честно. Ты так всех мужиков, наверное, обманываешь. Так замуж никогда не выйдешь или уже замужем?
– Ну, началось, – пробурчала Ксюша. – Она не замужем и за тебя не пойдёт.
– Почему? Я хорошо зарабатываю.
– Дурак. Она сейчас возьмёт и согласиться, – Ксюша покрутила пальцем у виска, обращаясь к шурину.
– А я не против. Я серьёзно. Думаете, я шучу?
– А кольцо есть у тебя? Жених.
– Кольца нет пока, а зачем оно? Что за предрассудки? По новым правилам кольцо не обязательно.
– Ты правила на ходу не придумывай. Будет кольцо, тогда посмотрим. И то нам, какое попало не нужно. С камнем хотим, драгоценным, – проговорила Ксюша, подмигнув подруге. После этого она поднялась с места и пошатываясь подошла к Данилу. Она молча потянула его за куртку пытаясь поднять. Данил не поддался, а с улыбкой посмотрел на неё, – Тебе чего женщина? Ошиблась? Вон твой муж сидит.
– Поговорить надо, – ответила Ксюша, продолжая тянуть. Лебедев поднялся, и они отошли в сторону.
– И чего ты сидишь такой сладкий? – спросила Ксюша, по-прежнему сжимая в кулачке край его куртки. – Я Катю для тебя привезла, а не для него. А ты сидишь и носом шмыгаешь, как, – девушка попыталась придумать ассоциацию и не смогла. – Шмыгаешь и ушами шевелишь как, – девушка опять задумалась и не чего не придумав спросила, – Ты понял?
– Понял. Только я рисоваться не буду, хватит нам одного петушка, – Данил освободил край куртки и вернулся к костру.
Ксюша то же вернулась и хотела присесть, но промахнулась и упала на спину. Леонид подбежал к ней, поднял и повёл к палаткам. Девушка сначала послушно шла, но вдруг что-то вспомнив, вырвалась и снова оказалась у костра.
– Мы не обсудили, кто с кем спит, – объявила она. Потом немного подумав, исправилась. – То есть кто, где спит. Блин. Кто в какой палатке спит. Давайте решать.
– А чего решать? Вы все спите в той палатке. А мы с Катей вон в той, – предложил Дима, поднимаясь на ноги.
– Захотел, чего. Я так и думала. Может тебе ещё и с Лерой постелить? – накинулась на него Ксюша. – Катя и Данил спят, в палатке с Артёмом и Лерой. А ты родственник с нами.
– Ну, уж нет, – закричал Дима. – Катя сама сказала, что хочет спать со мной. А вы забирайте к себе Данила.
Ксюша с удивлением взглянула на Катю и спросила, – Ты такое говорила?
Катя продолжала сидеть, не обращая внимания на спор.
– Хватит врать мне, она такого не говорила, – закричала Ксюша на Диму.
– Да заорись, – крикнул Дмитрий и ушёл к палаткам. Он вытащил свой спальник из одной палатки и переложил во вторую, после перенёс спальник Кати туда же.
Вскоре в лагере наступила тишина. Леонид увёл жену спать, и молодожёны то же незаметно исчезли. Только Дима продолжал караулить Катю у костра, но водка рубила и его, заставляя клевать носом. Наконец он сдался и шатаясь направился к палаткам. На пол пути развернулся и направив указательный палец в Катю объявил, – Я жду тебя, но не долго. Уже у палаток он громко отлил, протяжно пёрнув и в заключение звучно отрыгнул.
Данил посмотрел на Катю. Девушка то же боролась со сном.
– Пойдём, поспишь в машине. У меня матрас и одеяло есть. Сейчас тепло не замёрзнем.
Девушка ответила осторожным взглядом.
– Ну не у костра же тебе спать, – мужчина тронул девушку за плечо, и она словно очнувшись, пошла с ним. Лебедев разложил кресло в машине и расстелил матрас. Вынул из сумки свитер и передал Кате. Девушка надела свитер поверх спортивного костюма и расположилась в машине, накрывшись шерстяным одеялом. Данил закрыл машину изнутри и повесил на боковые окна тряпки, тем самым защитившись от ненужных взглядов со стороны.
– Согрелась, – спросил он девушку, накрываясь курткой.
– Да, спасибо. Ты сам то, не замёрзнешь?
– Тепло и хорошо, как в квартире. Не люблю палатки. Машина как дом. Моё пространство. А палатка – тряпка. Не чувствую себя защищённым.
За пространством машины послышался шум. Кто-то бродил по лагерю запинаясь о котелки, ели слышно ворча.
– Катя, Катя, – не громко звал Дима.
– Объявился, ухажёр. Спи спокойно. Я, закрыл машину. Перебьётся, – прошептал Лебедев, поворачиваясь на другой бок.
Шаги приблизились, и кто-то дёрнул дверь. – Катя ты здесь? Катя открой.
Было слышно тяжёлое сопение Димы, который постояв у машины, вскоре ушёл.
– Я не хотела ехать. И надо было предвидеть подобное, но Ксюша настояла. У меня сложный период на работе, подумала «отдохну на природе», – проговорила Катя, оправдываясь.
– Да ничего. Я-то же не хотел, но поехал. То же сложности – правда, не с работой. Ты спи и не чего не бойся. Приставать не буду. Не потому, что не нравишься или ещё чего. А потому, что не считаю это правильным. Надеюсь, понимаешь. Мир женщин сложен и не угадать порой, как надо поступить. Если пристаёшь –намекнёшь на доступность и обидишь. Если не пристаёшь – то же обидишь, пренебрежением. Да ещё нерешительным обзовут.
– Как глупо. Сложен, мир мужчин, а не женщин. Думаю, тебе не везло, и встречались капризные дуры. Но поверь, женщины разные. Я благодарна за место в машине и не стану думать о тебе плохо. И, разумеется, не обижусь, если не станешь приставать. И не потому, что не нравишься, а потому что считаю близость продолжением любви. Спокойной ночи.
– Спокойной ночи, – повторил он, улыбаясь.
Данил проснулся от сильной жажды. Солнце уже ярко светило нагло, проникая через лобовое стекло, целясь в глаза. Мужчина посмотрел на спящую девушку и перевесил тряпку на зеркало заднего вида, преградив лучам путь к её лицу. Вылез из машины и спустился к реке. Неплотный белый туман нависал над водой. Крепкий запах реки и еловых веток наполнил дыхание, вызывая желание дышать глубоко и часто. Лебедев присел на корточки и умыл лицо. Остался сидеть, любуясь видами. Вернувшись к месту костра, нашёл остатки холодного чая и напился из котелка. Вытер губы рукой и потянулся, расправляя суставы.
Через час дым костра и запах гречневой каши с тушёнкой разбудили друзей. Они выползали из палаток с заспанными лицами и заплывшими глазами. Катя то же проснулась и появившись из машины сразу спустилась к реке. Дима уже сидевший у костра подмигнул Лебедеву и сиплым голосом спросил, – Ну как дала?