Страница 4 из 8
– Что делал 303 в моей комнате, когда я потеряла сознание?
– 303 был озабочен твоим состоянием и спросил М8225, не означает ли оно твою интеллектуальную несостоятельность.
– И что ему ответил М8225?
– Нет, не означает. Это просто физическая слабость, естественная после длительной комы. Она не влияет на твои интеллектуальные способности.
– Почему его беспокоят мои интеллектуальные способности?
– Ты Эмма Вальц. Ты самая главная на Базе. Все роботы должны тебе подчиняться. Главнокомандующему важно знать, можно ли доверять твоим решениям.
“Вот как! Какие-то роботы могут объявить меня недееспособной, – от этой мысли холодок пробежал по спине Эммы. – Нельзя давать им повода для этого.”
– Логично, – ответила она.
Усталость навалилась на Эмму, и она была рада лечь спать. “Это просто сон. Когда я проснусь, всё будет нормально,” – успела подумать она прежде чем провалилась в сон.
4. База
Эмма проснулась в той же кремово-серой комнате. Кровать была удобная, она приятно облегала и поддерживала её тело. Эмма чувствовала себя хорошо отдохнувшей, но ей стало грустно. Наваждение продолжалось.
Эмма села на кровати. Она чувствовала себя лучше, чем накануне. Голова не кружилась. В ответ на её движение активизировался Комм.
– Доброе утро, Эмма Вальц.
– Доброе утро, Комм, – машинально ответила Эмма, хотя утро совсем не казалось ей добрым.
Приехал М8225 с завтраком и напомнил, чтобы Эмма делала гимнастику. Эмма сделала, просто, чтобы себя занять. Ничего не делать было неуютно. “Может быть, это, всё-таки, розыгрыш?”
Она решительно отказалась от электростимуляции и, немного отдохнув, снова сделала гимнастику.
После завтрака Эмма решила начать осматривать Базу. “Если это розыгрыш, я быстро наткнусь на его границы”. Она использовала каталку как путеводитель, задавая на карте маршрут, а сама шла рядом, рассудив, что всегда сможет на неё сесть, когда устанет.
Эммина комната находилась в самом сердце Базы, в медицинском центре. Анабиозный центр занимал полностью большое северное крыло. Судя по карте, там были ряды комнат с анабиозными ваннами. Эмма поёжилась от восспоминаний о её вчерашнем визите в одну из таких комнат. В анабиозный центр ей пока не хотелось.
В восточной части располагались производственные кварталы. Эмма решила начать с них. Там были огромные залы, в которых роботы собирали роботов. Количество и разнообразие роботов поражало. Сборка происходила в супер чистых, защищённых от пыли условиях. Комм сказал Эмме, что ей нужно надеть специальный костюм, если она хочет войти в зал. Эмма ограничилась наблюдением через огромные стеклянные стены. Сначала она посетила зал сборки тяжёлых строительных и рабочих роботов, потом зал раканов. В конце зала лента конвейера выносила сотни готовых блестящих новеньких раканов, которые тут же разбегались во все стороны, очевидно, спеша приступить к своим обязаностям. “Всё-таки они ужасно похожи на тараканов,” – в очередной раз подумала Эмма.
В следующем зале роботы собирали роботов, похожих на 303.
– Зачем нужно столько главнокомандующих? – удивилась Эмма.
– Это универсальные военные роботы серии 200, – пояснил Комм.
– Зачем нужны военные роботы?
– Для защиты Базы от диких животных и природных катаклизмов.
“Как-то их слишком много, – подумала Эмма, – даже для большой Базы.”
Вообще, масштаб производства роботов впечатлял. И каких только роботов тут не делали! Некоторых производили в больших количествах, а других делали штучно, по мере необходимости. Эмма узнала, что как только она проснулась от комы, спецально для неё стали собирать робота-повара и робота-портного, оба самой высокой категории, способных готовить и шить по индивидуальному заказу. И сейчас они были готовы и проходили тестирование.
– Приближается время обеда, – добавил Комм, – М8225 сказал, что ты можешь начать есть нормальную пищу. Что-нибудь легко усваиваемое, например рыбу, яйца, овощи и фрукты. Желаешь ли ты выбрать себе обед?
Эмма не чувствовала себя голодной, но мысль о реальной пище вместо питательного пюре её порадовала.
– Да, это было бы хорошо.
Она устала ходить и села на каталку. Эмма ожидала, что каталка повезёт её в её комнату, где на компьютере можно будет просмотреть меню и выбрать обед, но каталка поехала прочь от Эмминой комнаты, по незнакомым коридорам.
– Куда мы едем? – спросила Эмма и подумала, – “Может, тут есть ресторан?”
– На ферму.
“На ферму?!”
Но Эмма не успела как следует удивиться. Они как раз выехали наружу, и перед ней раскинулось поле, самое настоящее зелёное поле с отдельными деревьями, прудами и ручейками. На нём паслись несколько коров и коз, рядом с ближайшим прудом деловито ходили куры, о чём-то между собой переквохтываясь.
– Но ведь сейчас январь… – вспомнила Эмма, – январь в Колорадо…
– Это закрытая ферма. Здесь поддерживается искусственный климат. Ферма состоит из трёх миниферм, на каждой свой климат со сдвигом в 4 месяца. Таким образом на каждой из них земля и животные имеют естественный и привычный для них климат и периоды отдыха, но свежая продукция доступна в любое время года. На этой мини-ферме сейчас лето.
То пешком, то на каталке, Эмма обошла всю ферму. Она была не очень большая, но хорошо продуманная. В прудах и ручьях было полно рыбы. В низинках вдоль ручьёв росли фруктовые и ореховые деревья, там и сям втречались грядки с овощами и ягодами. Всё было очень ухоженное.
– Если люди в анабиозе, кто же ухаживает за всем этим?
– Большинство работ автоматизировано. Везде датчики и камеры. Робот-диспетчер следит за ними и, если нужно, посылает рабочих роботов для ремонта или сезонных работ.
На обед Эмма ела жареную форель и салат из свежих овощей. М8225 добавил ещё манговый сок. Еда была приготовлена роботом, но приготовлена отменно.
– Комм, из чего сделан этот сок? – спросила Эмма.
– Из свежих манго.
– Это тропический фрукт. На ферме они не растут.
– Для тропических растений на Базе есть оранжерея.
После обеда Эмма поехала посмотреть оранжерею. Оранжерея была огромная, но на удивление запущенная. Тропические растения буйно разрослись и переплелись между собой. “Хотя, может быть так и надо? – подумала Эмма. – Я не специалист по тропическим растениям.” Растения явно чувствовали себя хорошо, многие цвели.
– Я хочу войти внутрь. Как туда попасть?
– В оранжерею нельзя входить. Запрет Главнокомандующего 303.
– Почему? – Эмма опасливо покосилась на большие красивые цветы за стеклом.
– Решение 303, – повторил Комм.
– Но почему он принял такое решение?
– 303 не объясняет свои решения. Он их принимает.
“Неисповедимы пути 303? – иронично подумала Эмма. – Впрочем, они же роботы. Им не положено спрашивать объяснения.”
– Ты, Эмма Вальц, можешь отменить его решение. Ты главнее.
– Сначала я бы хотела знать, почему было принято такое решение. Наверно, у 303 были серьёзные причины для этого.
– Если ты хочешь знать логическую цепочку этого решения, я могу запросить 303.
– Да, запроси, пожалуйста.
– Эта информация закрыта от постороннего доступа. Подтверди, что ты автор запроса.
– Как?
– Приложи свою правую руку к экрану каталки для сканирования отпечатка.
Эмма приложила руку, и специальная программа её отсканировала.
– Допуск к информации разрешён, – объявил Комм. – Высокая влажность в аранжерее приводит к короткому замыканию в электронных устройствах. Изначальное решение о запрете приняли люди. Они пытались создать влагозащищённых роботов, но экспериментальные модели были неуклюжими и неэффективными и всё равно выходили из строя раньше, чем окупали своё производство. Люди стали сами ухаживать за растениями и выполнять все необходимые работы, а роботам запретили туда входить. Робот может войти в оранжерею только, чтобы спасти человека, если жизнь человека в опасности.