Страница 137 из 381
Тот выглядит похоже на свой прообраз из киновселенной, с поправкой на возраст. Насколько я помню, тот был немногим моложе Дамблдора. Так что сейчас выглядит довольно представительно. Темные волосы, небольшой живот, аура эдакой мудрости и мягкости… В целом вызывает доверительное отношение.
Около декана быстро собирается весь наш первый курс, после чего он представляется и толкает речь. Тут не было восхваления факультета, либо каких-то поучений, нет, всё было проще. Профессор был отличным психологом и знал, что с только что оторванными от дома детьми нужно говорить по-другому. Он даже успокоил Розье! Пообещал помогать в любой ситуации, заверил, что коллектив за них горой. Для чистокровных, с влиятельными и богатыми родителями, передал, что из его кабинета всегда можно открыть камин, если срочно понадобится «на пять минут» заглянуть домой.
Пожалуй, оставляет скорее положительное ощущение, хоть я и понимаю тех, кого он раздражает. Это довольно своеобразный тип людей, которых нужно уметь понимать. Думаю, что с возрастом он стал более искусно скрывать минусы, тем самым становясь «своим» для большинства остальных. Эдакий человек-хамелеон.
Тем не менее, знакомство состоялось и, наказав хорошо учиться, декан ушёл к себе. Наконец-то можно ознакомиться с литературой! Ловлю взгляд Тома, едва удержав инстинктивное желание использовать ментал. Вместо этого демонстрирую ему книгу. Тот кивает, вновь сосредотачиваясь на разговоре, к которому подключился и Нотт. Пусть налаживает связи, а я пока почитаю.
Занимаю свободное место на диване в углу, у стены. Он стоял в стороне от камина и казался заброшенным. Думаю, это сделано специально и даже уверен, что на нем сидит какая-то компания, но сейчас её нет.
Книга оказалась достаточно интересной. Радовало, что здесь не было авторских соплей и различных «левых» комментариев, с пространственными размышлениями, чем часто грешили учебники. Нет, здесь было проще — давалось заклинание, потом движения палочкой, после чего живая картинка, где это движение повторялось наглядно. Далее шло описание самого заклинания, а также подсказки по мысленным образам и эмоциональном настрое, нужном при применении чар.
Впрочем, мыслеобразы и эмоции были нужны далеко не по всем заклинаниям, а лишь по самым сложным. Буквально в самом начале я и наткнулся на чары отмены, о которых говорил Берген. Ничего особо сложного в них не заметил, разве что движение палочкой было заковыристое. Интересно, как будет проходить изучение новых заклинаний? То есть, как быстро я смогу отказаться от жестов палочкой, при применении чар? А потом ведь их нужно на невербальное перевести…
Конечно же, за вечер дочитать книгу не успел. В одиннадцать начинается «комендантский час», после которого запрещено покидать гостиную. Само собой никто не загоняет учеников спать, это решают они сами, вот только за прогулы, если проспал, лишают балов, а когда такое происходит по неуважительной причине, да ещё и повторяется, можно легко нарваться на неприятности. В самых запущенных случаях даже вылететь из школы. Причем деньги за обучение не возвращаются. Об этом упоминал Дипетт, когда вчера толкал свою речь. Думаю, что родители юных магов это знают, поэтому проинструктировали своих чад ещё дома.
Тем не менее, не стал искушать судьбу, особенно сейчас, пока я ещё никто и звать меня никак. Так что пошёл в спальню в одиннадцать часов. Лучше почитаю утром, тогда это ни у кого не вызовет никаких вопросов. Книгу ставлю на нижнюю полку, где имелись свободные места.
Задумываюсь на секунду, осматривая шкаф и его недосягаемые вершины. Чары приманивания тоже нужно учить побыстрее, уж больно полезные.
Эх, уже целый список набрал: бытовые чары, манящие чары, чары отмены… без списка запросов, что я специально веду во внутреннем мире, было бы сложно даже ориентироваться.
Когда я уходил, Реддл всё ещё сидел с Лестрейджем и Ноттом. К ним также присоединился Роули и Мальсибер. Ладно, потом узнаю, что они там обсуждали.
В спальне натыкаюсь на Долохова, который читал учебник ЗоТИ. Антонин поймал мой взгляд, направленный на книгу.
— Завтра же занятие, — поясняет он, — вот, решил ознакомиться, тебе бы тоже не помешает, — усмехается мой сосед.
— Уже читал, — махнул рукой, став расправлять кровать, — там всего четыре заклинания и куча ответвлений от них же. Ничего интересного.
— Да ладно? — он с удивлением закрывает учебник, начиная заново его рассматривать. — То есть как четыре? Я просто только на второй главе, — поясняет он.
— Угу, чары отталкивания там самые могучие, так что рекомендую выбрать другую книгу.
— Ха-ха, чары отталкивания? Как они вообще относятся к защите от темных искусств?
С Долоховым мы разговорились. Начали с учёбы, потом к заклинаниям, которые успели выучить. От этого плавно перешли к семье. Он оказался бастардом влиятельного клана волшебников из России. Отец — наследник рода, так что юного Антонина, или Антона, если на русский манер, со скрипом признали, но обучаться отправили подальше. «С глаз долой из сердца вон», как говорится, но сам Антонин был не против. Свою мать он никогда не знал, только слышал, что она была из маглов. Как так получилось, ему было неинтересно, да и отношение к нему в семье было в лучшем случае терпимое. Единственное что он знал, в роду есть артефакт, который позволяет находить «потерянную кровь», тем самым фиксируя появление новых членов рода Долоховых. Так его и нашли, сразу после рождения. Тогда глава рода — Димитрий Долохов и сказал:
— Кровь от крови, чувствую, что сильна магия в нем. Оставим ребенка, воспитаем.
Вот воспитание и пошло. Антонину преподали ту же науку и дали такое же начальное образование, как даётся всем остальным детям рода. Вот только шпыняли его регулярно, как Гарри Поттера в семействе Дурслей. Да и отцу его прилетело, за такого «наследника». По-тихому «прикопать ублюдка» помешало лишь заступничество деда, который и был главой. Тем не менее, благодаря такому отношению к себе, Антонин вырос в жесткого и беспринципного человека, знающего довольно много и уже даже участвовавшего в негласных детских дуэлях.
— Мне рассказали, что британские волшебники — те ещё расисты, но тут у вас вообще всё не так, как было в России, — рассказывал Долохов, — пока вполне терпимо, даже комфортно, только Шляпа эта ещё… я вообще-то хотел на Гриффиндор поступить.
Ого, неожиданно. Долохов — гриффиндорец? Ха-ха!