Страница 12 из 54
- Поехали!- оборвал я свой короткий спич – и наша кавалькада застучала копытами по городской брусчатке. Ровно трёх человек: меня и двоих сопровождающих. Остальные остались на постоялом дворе небольшого посёлка на расстояние трёх полётов стрелы от города. Нечего лишний раз светиться. Да и дешевле выйдет.
Зачем я приехал в Аугсбург? Моя цель - Фуггеры. Нужно было присмотреться к этой семейке, прощупать почву, возможно, войти в контакт. Конечно, сейчас они не только супербогачи, а титулованные дворяне. Но, время, когда у руля семейного бизнеса стояли настоящие зубры, прошло. Нынешние не тянут даже на волчат. Так, что шансы найти взаимный интерес имеются. Я теперь тоже не лыком шит. Есть титул, люди, некоторая толика денег. Для того, чтобы замутить небольшую афёру – хватит.
Для постоя нашли небольшую гостиницу в предместье города. Типа, посада - если перевести на русские реалии. Начитавшись в будущем о коварных городских хозяйках, которые не глядя, выливают на головы несчастным прохожим помои, прикупил на всех в ближайшей лавке необходимый антураж. Широкополые шляпы, чтобы отходы жизнедеятельности не попадали прямо на голову. Плащи и ботфорты мы уже давно приобрели. Весна, значит, грязь и дожди – без них никак. Кстати, потом заметил, сколько по городу не ходил, никто ничего сверху не выливал. Может, повезло, а может здешний магистрат урегулировал проблему штрафами.
Родовое гнездо семьи Фуггеров впечатляло. Настоящий город в городе. Место здесь не экономили: сад, фонтаны – не дом, а дворец. Подобное пахло очень большими деньгами. По слухам, в усадьбе были собраны культурные сокровища со всего мира. Всё, что можно и нельзя было достать за деньги. Картины, статуи, редчайшие свитки и манускрипты. Фуггеры активно поддерживали разные виды искусства, жертвовали огромные деньги на благотворительность. Они построили целый квартал Фуггерей для обедневших горожан. Если ты прожил в Аугсбурге два года, не имеешь долгов и являешь католиком – то за один гульден в год можешь поселиться в одной из квартир, пока твои финансовые дела не поправятся. Эдакое первое социальное жильё в мире. Единственное, что от тебя потребуют – три раза в день произносить молитву, благодаря своих благодетелей. Фуггерей существует и в моём будущем. Условия проживание те же – один евро в год. Добавились, правда, небольшой церковный налог и счета за коммуналку. Когда союзники в 1945 разбомбили город, потомки Фуггеров восстановили квартал за свой счёт. Они и сейчас оплачивают его содержание.
Сходили, посмотрели, за небольшую мзду привратник провёл нам короткую экскурсию. Неплохо для средневековья. Мои спутники вышли с ошалелыми глазами. Иван два раза переспросил: а это правда, жильё для бедняков? Я кивнул, а про себя добавил: в Европе весь шестнадцатый век позже назовут всего двумя словами – эпоха Фуггеров.
Стараясь не привлекать внимания, сходили глянуть на родовой гнездо германских банкиров – Фуггерхаус. Яков Фуггер сам рисовал эскизы для его постройки, перенеся на них свои впечатления от итальянской архитектуры. Внутри комплекса, находятся четыре внутренних дворика, богато украшенных мозаикой и тосканским мрамором. Главные ворота Альдертор обладают достаточной шириной и высотой, чтобы можно было проехать верхом на лошади.
Что же, визуально с местообитанием Фуггеров мы ознакомились, осталось только наладить личный контакт. И самое главное придумать, как развести их на деньги. Причём, сделать это на законных основаниях, без грязных уловок и явного криминала.
Ночь почти не спал – думал. Утро встретило меня с красными от беспокойной ночи глазами, злым и раздражительным. Причём, «пёрло» меня совсем не от того, что не выспался. Настроение испортили неутешительные выводы, к которым привели мои ночные бдения. А именно, что без этих самых грязных уловок – ничего у меня не выйдет. По крайней мере, быстро. А ждать у моря погоды, чтобы поймать переменчивую птицу удачи за хвост – времени не было.
Посему, смирившись, стал искать варианты. Первое, что сделал – отправил своих собирать информацию. По уму, с этого и надо было начинать, прежде чем устраивать мозговой штурм нынешней ночью. В моём отряде удачно затесалась парочка выходцев из земель, входящих сейчас в рыхлое государственное образование под названием «Священная Германская империя». Ганс, родом из Баварии, бывший ландскнехт, профессиональный наёмник, сбежавший на край мира в дикую Московию, чтобы избежать виселицы. Хотя, учитывая, что он обокрал церковь, попутно зарезав священника, то дело могло бы закончиться четвертованием или сожжением на костре. Кроме, знания языка и местных реалий – в Гансе меня привлекала надёжность, этот не предаст, чревато. А отсутствие у него религиозной нетерпимости, позволяло использовать его в щекотливых делишках, связанных с церковью.
Вторым был Жан, француз, искатель приключений. Мы подцепили его в Варшаве, где он пропивал последние оставшиеся гроши. Бесшабашный малый, бывший помощник оружейного мастера, он неплохо разбирался в средневековом огнестреле. Чем-то он мне приглянулся, в результате Жан, присоединился к нам в качестве отрядного оружейника. По пути мы усердно учили французскую мову, смею надеяться, достигнув неплохих успехов.
Посему, пока остальные члены нашего боевого братства, сидели на постоялом дворе, дегустируя знаменитое баварское пиво, Ганс и Жан, шныряли по тавернам и кабакам Аугсбурга, собирая нужную информацию.
Через три дня у меня родилось некое подобие плана.
Охрана у Фуггеров была поставлена неплохо. Для средневековья. Конечно, времена, когда на Якоба Богатого покушения совершались чуть ли не каждый месяц остались в прошлом. Нынешнее руководство клана, уже не стояло у конкурентов и некоторых должников словно кость в горле, но пара десятков наёмников в их поместье дежурили на постоянной основе. Ничто по сравнению с отрядом какого-нибудь германского феодала, но, чтобы защититься от воров и уличных грабителей, их вполне хватало.
Иоганн Якоб Фуггер, немецкий банкир, меценат и собиратель произведений искусства, стал главой семейного клана по принуждению. Родственники буквально заставили его, надавив морально на чувство долга, принять на свои плечи руководство семейным бизнесом. Иоганн, или как звали его среди своих, Ганс, старался изо всех сил, но чтобы достичь уровня Якоба Богатого или своего дяди Антона, этого было мало. Надо было быть одержимым, делая деньги ради самих денег, то есть отдать все силы на увеличения богатства ради богатства. Молодому же поколению Фуггеров подобного было уже не надо. У них сложились свои увлечения, появились новые цели в жизни. А деньги? Денег у них хватало, чтобы безбедно прожить несколько веков, ни в чём себе не отказывая. Так Иоганн был автором нескольких книг и трактатов, его второй страстью, после коллекционирования древностей, было изучение истории.
От двух браков, к настоящему времени, Ганс имел более десяти детей, большая часть которых сейчас проживала за пределами Баварии. Одной из его любимиц была дочь от первого брака, Юстина Бенигна. В двадцать два года, не блеща телесной красотой, она проявила себя в изучении экономики и банковского дела. Её не интересовал флирт и счастливое замужество, истинной страстью девушки были финансовые операции и бухгалтерские гроссбухи. Отец, умиляясь таланту дочери, втайне периодически пользовался её советами. Женщины Фуггеров не раз проявляли себя на семейном поприще, но то было в прошлом, когда они являлись просто богатыми простолюдинками. Став имперскими графами и крупными землевладельцами, Фуггеры не могли позволить своим дочерям демонстрировать подобные таланты. Время свободы Юстины истекало, вскоре ей предстояло стать супругой какого-нибудь графа, барона или даже, желающего поправить свои финансовые дела герцога. Учитывая же её патологическую неприязнь к мужскому полу, ей была прямая дорога – уйти в монастырь. Понятно, что подобная перспектива саму девушку вовсе не радовала. Именно, опираясь на последние обстоятельства, я и строил все свои планы и расчёты.