Страница 311 из 793
Себерт с хрипом хватал ртом воздух. Пот катился по его лбу и крупными каплями стекал с широкого кривого носа. Тёмные глаза убийцы с ужасом смотрели на руки, потому что кровь на них была его собственной.
Сегодня ночью Паук в очередной раз отправил его на дело. Но оно было простым: патрулировать городские крыши, примыкающие к «Небесному храму», откуда, по мнению Вариса, могут выйти вражеские лазутчики, днём играющие роль законопослушных монахов. «Апостолов», как они себя называют.
Такая работа уже стала привычной для Себерта, хоть ранее он и занимался немного иным. В основном заданиями, связанными с несанкционированными политическими… мероприятиями, которые являлись продолжением распри между двумя купцами или для того, чтобы покарать предателя. Совет Магистров Пентоса правил днём, у всех на виду, а такие как Себерт и его подручные, уже давно работающие на евнуха — ночью. Невидимыми тенями перемещаясь по городу, не оставляя свидетелей.
Так повелось уже давно, но увидев могущество Вестероса, который пришёл в Пентос под видом лорда Арвинда Моустаса и его железных легионов, а после получив предложение о возможности «переезда» от Вариса, Себерт, наряду с десятком других убийц, думал не долго. Конкуренция в Эссосе и так слишком велика. «Жалостливые», например или «Безликие». Каждый богач первым делом думает о них. Им же, мелким гильдиям или и вовсе, одиночкам, приходится перебиваться мелочёвкой. Предложение от их старого и проверенного покровителя — Паука, было хорошей сделкой.
Так ему казалось.
Себерт пересекал ничем не приметную крышу, когда арбалетная стрела вдруг молотом ударила в его левое плечо. Убийцу отбросило назад, и некоторое время он просто лежал, бессмысленно глядя на ночное, затянутое тучами небо, одновременно пытаясь понять, что произошло. Когда наконец оглушение миновало и вспыхнула боль, он перекатился на бок. Стрела прошла насквозь. Она валялась на потрескавшейся плитке в нескольких метрах от мужчины.
Себерт перекатился поближе к окровавленной стреле. Одного взгляда хватило, чтобы понять: это не простая стрела. Её выпустили из тяжёлого арбалета — арбалета другого убийцы. Когда этот факт пробился сквозь сумятицу мыслей Себерта, мужчина встал на колени, а после поднялся на ноги.
Пошатываясь, он подбежал к краю крыши. Кровь обильно текла из раны, пока убийца спускался вниз, в тёмный переулок. Наконец, коснувшись мягкими подошвами скользкой, залитой помоями брусчатки, он остановился и попытался сосредоточиться. Им объявили открытую войну. Неужели «тайная» война, которую ранее Варис вёл против «Небесного Клинка» — Арвинда Моустаса, стала явной? Или вмешался некто другой? Третья сторона? Кто-то стравливает могущественного лорда и его собственного хозяина? Но они и так были «на ножах». Даже интересно, кто же из остальных игроков вообразил, что ему или ей хватит сил лишить Паука власти над собственной паутиной? Даже властитель Новиграда, если это всё-таки он, не может быть столь самоуверен!
В любом случае, если получится, Себерту следует вернуться в своё тайное логово. Ему нужна перевязка и лечение. Вдобавок нужно сообщить информацию, что этой ночью стало опасно гулять по крышам.
С этой мыслью он побежал.
Мужчина метнулся в укромный переулок, когда по его спине прокатилась ледяная дрожь. Убийца замер и затаил дыхание. Это было недвусмысленное ощущение, верное, как инстинкт: за ним гонятся. Он взглянул на пропитавшуюся кровью одежду и понял, что не сумеет опередить преследователя. Наверняка охотник видел, как Себерт скользнул в этот переулок, и уже нацелил арбалет на его дальний выход. Во всяком случае, так бы поступил сам Себерт.
«Нужно изменить правила, приготовить ловушку для охотника» — подумал он, посматривая по сторонам. «Но для этого необходимо оказаться на крыше».
Себерт вернулся к началу переулка, не выходя из него, и изучил ближайшие здания. Буквально в десяти метрах находилась Гильдия Алхимиков, до которой он мог аккуратно добраться, оставаясь вне поля зрения своего оппонента. Их крыша имела приличной высоты размер и, что самое важное в текущей ситуации — удобный уступ для карабканья. Этим можно воспользоваться… Особенно если быть тихим и не взбудоражить местную охрану. Оказавшись же наверху, пройти десяток метров вперёд и устроить засаду.
«Жаль, что не получится так же тихо отсюда уйти», — мрачно подумал эссоский наёмник, зажимая свою кровоточащую рану, — «все спуски отлично видны с противоположной стороны. Меня просто расстреляют на открытой местности. Придётся выжидать и готовить ловушку».
После скрытного подъёма на крышу Гильдии Алхимиков, он чуть не потерял сознание, но теперь Себерт присел, пытаясь отдышаться, спрятавшись в тени флюгера, всего в нескольких зданиях от злосчастного проулка. От физического усилия он потерял очень много крови. Конечно, Себерт и раньше видел кровь, но никогда — так много собственной. Он впервые всерьёз поверил, что может сегодня умереть. По рукам и ногам растекалась слабость, и мужчина осознал, что, если задержится здесь, уже не сможет уйти. С тихим стоном Себерт заставил себя подняться. До нужного, подходящего ему места было лишь несколько десятков метров.
С трудом преодолев их и даже не получив арбалетный болт, Себерт упал на колени. Жадно хватая ртом воздух, убийца прогнал прочь мысли о смерти и неудаче. Осталось всего-то осмотреться, прикинув наиболее вероятную точку появления охотника, а потом хорошенько спрятаться. Две задачи. Две простейших задачи.
«Вот», — остановился его взгляд на широкой трубе, нелепо торчащей из здания какой-то мастерской, — «например за ней. Как раз идёт небольшая возвышенность — все соседние крыши будут как на ладони».
И охотник придёт за ним.
Себерт остановился, проверил собственный арбалет на спине и три стрелы в колчане на левом бедре. Затем злобно уставился в темноту вокруг.
— Кто бы ты ни был, ублюдок, — прошептал он, — я тебя достану.
Медленно и осторожно мужчина двинулся в нужное ему направление. Добравшись до трубы, он устало опёрся прямо на неё. В глазах потемнело и убийца потерял сознание.