Страница 35 из 56
— Держись там. — Пожелал мне Михаил уже в спину.
Я вышел на улицу, под жаркое вечернее солнце. На всем в округе лежал оранжевый отсвет. Воздух вибрировал, отдавая накопленный за день жар. Я свободно миновал барьер и сел на заднее сиденье дорогого такси. Водитель поздоровался и тронулся. Потянулись извилистые повороты горной дороги, затем мы выехали на ровную трассу, идущую вдоль побережья, и набрали приличную скорость. Въехали в освещенный тоннель. Место, в которое нас занесла судьба, было красивым, особенным, несло в себе аромат вина, сыра, горячих камней и моря. Жаль, что это был не отпуск.
Мы въехали в город. Я отвлекся и не успел прочитать его название, вроде бы какой-то из тех, что начинаются на Сен, типа Сен-Тропе, Сен-Клэр или Сен-сюр-Мер. Такси остановилось возле здания в стиле хай-тек из стекла и бетона. Стоянка была забита машинами, а у входа толпились журналисты. Мне стало не по себе. Не любил я публичные места, терялся в них и чувствовал себя неловко. К машине подбежали двое в черных костюмах. Я открыл дверь и вылез из машины.
— За такси уплачено? — Поинтересовался я на всякий случай у водителя.
Он махнул головой.
— Фаркат Басам? — Спросил один из парней в костюме.
— Да, это я.
— Мы из службы безопасности. Пройдемте, мы проведем вас через другой вход на всякий случай.
— Боитесь, меня затопчут журналисты?
— Не только. Поступил подозрительный звонок с угрозами. Мы считаем, что это происки ваших конкурентов, но проигнорировать предупреждение, не имеем права.
— Ведите, куда хотите. Мне бы скорее покончить с этим представлением.
Мы не пошли, а побежали легким бегом. Вдоль дороги стояли микроавтобусы с вооруженными людьми. Оказывается, шоу, организованное роботами, вызвало нешуточный интерес. Многие отнеслись к нему пониманием, что это приведет к слому существующего баланса мирового порядка. Так я воспринял изобилие серьезной охраны по периметру здания.
Меня завели внутрь, провели коридорами в гримерку, в которой манерный парень с недовольным выражением лица, поводил мне кисточкой по физиономии.
— Нет, ну про кремы для лица и коррекцию бровей мы никогда не слышали. — Ехидно произнес он.
— Слышал, но к себе никогда не применял.
— Оно и видно.
— Не зли меня, парень, или кто ты там, мне сейчас и так не по себе.
— Ой-йо-йой какие мы брутальные. Всем самцам самец.
— Пошел вон, придурок. — Я оттолкнул его руку с кисточкой так, что он свалился на пол. — Извини.
Я вышел из гримерки. Охранники проводили меня к сцене. Я знал все, что сейчас произойдет. В моей памяти включился синхронизированный план сегодняшнего мероприятия. Это обстоятельство помогло мне взять себя в руки. Признаться, меня уже начинала бить трясучка. Мою персону перепоручили девушке с наушником в ухе и рацией в руках.
— Привет. Минута ожидания.
— Привет. Хорошо, подождем. — Я выглянул на сцену.
Аудитор насчитал четыреста пятьдесят семь человек. Большая часть гостей сидели вразнобой, но были те, кто сидели обособленно. Я решил, что это группы единомышленников, представляющие интересы совместного бизнеса.
— Вы все помните? — Спросила девушка.
— Вроде.
— Если что, вот вам наушник, я буду подсказывать.
— Спасибо. — Я сунул в ухо черный наушник.
— Меня слышно? — Раздалось в ухе.
— Да, очень четко.
— Итак, десять, девять…. — Она начала отсчет, отдающийся в моем сознании волнами дрожи.
— Один. Пошел.
Я выскочил на сцену почти вприпрыжку, как это делали молодые энергичные бизнесмены, брызжущие идеями. Зал вяло захлопал. Это немного меня покоробило. Значит, моя презентация вызывало немало скепсиса. Я закрыл глаза на мгновение, сделал глубокий вдох и выдох и начал вещать, изредка посматривая на презентацию, идущую позади меня на большом экране. Я говорил то, о чем имел только общее понятие, но говорил смело, размахивая «миелофоном» как указкой. Презентация шла тридцать две минуты. Я почувствовал, что выложился на ней, как марафонец. Настал черед вопросов из зала по возникшим вопросам.
— Вы же понимаете, что ваше изобретение очень похоже на жульничество. — Произнесла темнокожая женщина. — Когда вы представите действующее оборудование?
— Оно готово. В моих руках прототип устройства ментальной связи. Оно не будет похоже на конечный образец, и предназначено именно для наглядной демонстрации возможностей.
— Как оно работает? — Спросила женщина.
— Я могу читать с его помощью ваши мысли, но не любые, а только те, которые вы транслируете намеренно. То есть, вы в голове будто бы звоните мне и разговариваете, а я отвечаю вам.
В зале раздался скептический смех.
— Я понимаю ваш скепсис. Согласен, звучит так, будто я хочу вас обмануть. Но зачем мне это нужно? Правда легко вскроется, если это обман. Моя цель простирается далеко и заключается в том, чтобы помочь нашей стране обрести статус технологического лидера, избавиться от экономической и политической зависимости от других государств и стать для мира ориентиром прогресса.
— Это все пафосные речи, а как проверить?
— Скептики поднимите руки. — Попросил я.
Поднялось около сотни рук.
— Те, чьи мысли можно произнести вслух, поднимитесь на сцену, проведем испытание работоспособности демонстрационного образца. Смелее. Обидеть инженера может каждый, особенно такого гениального как я.
В зале раздался смех. Поднялись около десятка человек и направились к сцене.
— Есть в зале те, кто может поручиться, что добровольцы не являются подставными? — Поинтересовался я у публики, желая придать доверия моим словам. — Поднимите руку, кто знает этого мужчину и уверен в том, что я с ним ни о чем не договаривался.
Поднялись четыре руки. Маловато.
— А вот эту симпатичную мадам кто знает?
На сцену поднялась женщина в деловом синем костюме, очках и строгой прическе. Ее поддержали два десятка рук. Уже лучше.
— А вот этот солидный месье в форме кому-нибудь известен?
Руки поднял весь зал. Я даже смутился, потому что понятия не имел кто это. Как-то неловко для француза.
— Вы так не шутите, это же заместитель министра обороны. — Подсказал мне наушник. — Мсье Ришар.
— Мсье Ришар, я должен был поинтересоваться у публики. — Произнес я нарочито извиняющимся тоном. — Теперь знаю, что пост страна доверила вам не зря.
На этом я завершил поиск доверия публики. Десять человек выстроились передо мной. Я подошел к крайнему мужчине.
— Вам надо сконцентрироваться, чтобы мысль, которую вы хотите передать была четкой. Проговаривайте ее про себя не отвлекаясь. — Попросил я его, затем обратился в зал. — Отличный побочный эффект от владения таким устройством будет заключаться в том, что люди научаться концентрироваться на своих мыслях. Это своего рода медитация. Итак, вы думаете, а я произношу ваши мысли, когда услышу их.
Я встал напротив мужчины, держа «миелофон» углублениями друг к другу. Мне тоже надо было сконцентрироваться, чтобы услышать чужие мысли.
— … пять, шесть, нос чешется, шесть, шесть было, семь.
Я слышал его мысли, будто думал сам, но я их не думал и нос у меня не чесался.
— Стоп, я повторю последнее, что услышал. Пять, шесть, нос чешется, шесть, шесть было. — Произнес я.
Мужчина невольно почесал нос, посмотрел на меня, как на чудо и похлопал.
— Верно. Это мои мысли. — Признался он.
— Замечательно. Теперь попробуем услышать ваши мысли, мадам. — Я встал напротив женщины в синем костюме. — Вы готовы думать? Провокационный вопрос, правда?
— Вам меня не надуть, Фаркат. — Ответила она.
— Давайте проверим. Думайте четко и ясно. — Я вытянул «миелофон» перед собой.
Долгое время я слышал обрывки фраз, будто их вращали в центрифуге и они звучали в короткий миг касания микрофона. Потом центрифуга стала замедляться, фразы стали длиннее и осмысленнее.
— … сущность данного явления в отчуждении продуктов индивидуального самосознания состоит в том, что силлогизм человеческого мозга абстрагирует позитивистские концепции индетерминизма, то есть соотношения неопределенностей.