Страница 8 из 139
Спасаясь от жгучего янтарного солнца, они уселись на скамейке под ветвями липы.
- Представь себе, нужно особенно хорошо повторить советских поэтов. Вообще, кто не знает на память стихов, тот может пару схлопотать.
Ира улыбнулась:
- А я многих советских поэтов хорошо знаю. И Блока, и Маяковского, и Багрицкого...Так, что очень надеюсь, что мне это не грозит... Надо только повторить.
- А Твардовского "Ленин и печник" помнишь? - поддел Стёпа - Её сегодня упоминали...
Ира легко рассмеялась и сказала:
- Помню!
- А вот мне беда... - погрустнел Стёпа. - Я их слабо знаю...
- Ну, давай вместе ещё раз пройдёмся по билетам, - предложила Ира. Ей стало немного жаль Стёпу. Его редкого цвета глаза - зеленоватые были печальными.
Молодой человек не сразу ответил, но за мгновение преобразился. Мир для него стал вдруг краше и осмысленнее.
- Давай! - охотно воскликнул он. - Я у тут тёти живу. Отдельная комната... Вместе всё и повторим. А что? Два дня осталось...
- Хорошо.
- Ир, а пойдём в вареничную... Перекусим, отдохнём, - предложил Стёпа.
- А ты знаешь где вареничная? Все эти дни я сама себе дома обеды готовлю. Но сейчас не прочь заглянуть куда-нибудь и что-нибудь проглотить. А то бабка, хозяйка моя, такая язвительная, такая приставучая, считает, что я на её кухне делаю что-то не так.
- Конечно, пойдём, - радостно сказал Стёпа. - Вот там, через две улицы, будет вареничная. Недалеко от кинотеатра Шевченко.
- Веди меня. Вербовск я плохо знаю... Значит, пирожков на разносах не берём, как планировали?
- Не берём. Да ну их, ты знаешь, Ир, неизвестно их качество. А вареничная хороша.
И Стёпа повёл Иру через сквер к ближайшей остановке.
Трамвай мчался по улице. Его дёргало, своими железными колёсами он давил пырей и овсюг, росшие у рельсов. Городок зарос не только дикими травами. Деревья, особенно вербы, тоже украшали его. Наверное, отсюда и пошло название города - "Вербовск".
И только его главные улицы - старинные, строгие и чопорные были облагорожены людским трудом.
Кафе, в которое они пришли было уютным: стены апельсинового цвета, декоративные глиняные кувшины и тарелки с росписью в нишах, большая, приятная взору картина на дальней стене, вышитые скатерти на столах.
Кроме семейной пары и одинокого, уже немолодого мужчины больше никого не было.
Взяв подносы, они заказали пахучих вареников с мясом и сметаной. Сели за удобные столики. Стёпе выпало сидеть под большой картиной.
Когда первоначальный голод был преодолён, Ира, с улыбкой слушая рассказ Стёпы о сдаче английского, машинально подняла взор на картину. В глаза бросилось море зерна, блещущего под южным солнцем, словно золото, молодые смуглолицые работницы в белых платках и тёмных юбках. Одна из колхозниц, наклонившись, завязывает мешок, её подруга, делая передышку, закатывает рукав. Её коричневая нога выделяется на фоне, желтого, будто песок, зерна. Картина наполнена какой-то радостью, восторгом свободного труда, языческой благодарностью природе за щедрый урожай.
- А ты как сдавала английский? - жуя спросил Стёпа.
- Просто, - улыбнулась Ира, отвлекаясь от картины. - У меня никаких сложностей не было. Мне попались лёгкая тема "Winter sports", да и перевод как-то одолела. Четвёрка!
- Клёво! - восхитился Стёпа. - А я столько мучился с этим английским. У нас в посёлке долго учительницы не было. Мы язык-то толком не знали...
- Ну, главное, что ты своим самоотверженным трудом всё преодолел! - похвалила Ира. - Молодец! Главное - результат!
Стёпа заулыбался довольно.
- А вот, оглянись, посмотри, какая картина, - предложила Ира.
Стёпа обернулся и какое-то время бегал глазами по полотну.
- Какие-то тётки на току. Зерно собирают. Урожай. В нашем совхозе такое наблюдал не раз. Только тут видимо совхоз уж очень богатый. Наш-то победнее будет. Правда техника у нас получше.
- Наверное, картина создавалась давно. И сделана она очень здорово, - сказала Ира. - А давай спросим про неё, ну, вот... у работницы столовой.
Прежде чем Стёпа успел что-то сказать, Ира уже спрашивала:
- А вы не подскажите, что это у вас за картина на стене висит? Кто её написал?
Женщина в белом халате, менявшая на соседнем столе скатерть, строго посмотрела на Иру и недоумённо пожала плечами:
- Да откуда же мне знать? Какая-то ... живопись. Вроде ничего... Висит, ну и висит... Сколько таких картин по нашим кафе, столовым общепита развешано.
- Понятно, - рассеянно произнесла Ира и улыбнулась. - Спасибо вам.
- Да не за что, милая.
- Вот видишь. Самая настоящая поделка, - объяснил Стёпа.
Они встали, унесли подносы с посудой на мойку. А когда проходили мимо стоянки автомобилей, их окликнул мужчина средних лет. В его тёмных очках отражались деревья. На голове был берет, несмотря на жаркую погоду.
- Ребята, простите, я был в кафе, сидел недалеко от вас и, получается невольно слышал часть разговора. Кажется вы картиной интересовались.