Страница 131 из 139
Поздно вечером, оставив гостей, сын появился на балконе, долго стоял, курил и кашлял, глядя на звёзды. А потом ушёл спать. И снилась ему этой ночью светловолосая босоногая девушка в тёмно-синем платье. Она наблюдала за игривой рыжей кошкой, нюхающей цветы, в её загорелой руке была соломенная шляпка...
Хмурый день с редким дождиком не изменил планы молодого человека. Он побывал на кладбище и недолго простоял у какой-то могилы, затем, совершенно грустный, совершил ещё четыре визита. Перед каждым он звонил из автомата, улыбался, что-то радостно говорил, потом шёл, опираясь на трость, к остановке общественного транспорта. Возвращался домой он уже с каким-то чёрным пакетом.
Следующий день у молодого человека прошёл в отдыхе, помощи отцу по закупке продуктов и в нескольких телефонных звонках. А вечером ему предстоял путь. Поезд медленно продвигался среди южных степей.
К обеду поезд прибыл в город у моря. Молодой человек долго стоял на самом высоком месте городского парка, любуясь морем и расстилавшимся внизу городом. Месть кровавыми щенками светилась в его глазах. И тут он услышал тихий и тонкий свист. Из-за кустов тамариска к молодому человеку подошёл черноволосый, цыганского вида парень. После долгой беседы, во время которой черноволосый живо размахивал руками, оба скрылись в неизвестном направлении.
***
В ресторане лабухи старались вовсю. Десятки глаз были прикованы к красавице, жгучей брюнетке, которая танцевала так лихо, что казалось в зал залетел вихрь.
Ну что сказать, ну что сказать,
Устроены так люди,
Желают знать, желают знать,
Желают знать, что будет.
Шелест аплодисментов вплетался в шорох прибоя далеко за окном. Брюнетка вернулась за столик к своему кавалеру - крепкому мужчине лет пятидесяти в белой рубашке с погончиками. Только седой метрдотель ресторана и усатый официант вина знали этого человека. Это был известный адвокат Войтенко. У него был неподалёку на берегу домик, увитый плющом. Войтенка всегда кто-то сопровождал. Сегодня он был с красавицей, смуглой брюнеткой. Рядом с ним сидел молодой блондин, ворковавший с рыжей девицей явно лёгкого поведения.
Седой метрдотель и усатый официант хорошо знали его. Это был помощник адвоката Григорий. Рыжая девица тоже была известной особой, а вот жгучую брюнетку они видели впервые. Войтенко её хвалил и в очередной раз предложил тост за талант Рамоны.
Сам пригубил вино и закусил твёрдым сыром.
Спустя час, приобняв Рамону, он сказал:
- Слушай, девочка моя...У меня рядом небольшое бунгало. Десять минут езды. Давай проведём время в романтической обстановке. Тихо, море рядом...
- А ты будешь себя хорошо вести? - спросила Рамона, кладя в рот кусочек шоколада "Чайка".
- Конечно. Я же ангел. Посмотри мне в глаза...Заметь, я почти не пью, - ухмылялся Войтенко.
- О, да. В отличие от друга!
Рамона показала глазом на изрядно охмелевшего Григория.
- Ну, что поделаешь. Нализался наш Грегори..., - промолвил Войтенко. - Всегда умел пить, а сегодня, наверное, попал под власть Амура... Эй, ты, машину вести как будешь?
Григорий глядел на шефа осоловелыми глазами.
Рамона наклонилась и сказала адвокату на ухо:
- Да, брось ты его. Поехали вдвоём. Будет романтическая прогулка!
Она встала и взяла сумочку.
- Сейчас... Схожу, приведу себя в порядок...
- А он?
- Доберётся к утру как - нибудь. Ты же говоришь - ехать десять минут!
Когда Рамона вернулась, Войтенко расплачивался с официантом.
Увидев, что адвокат собирается уходить, Григорий сделал неуклюжую попытку встать, чем вызвал смех рыжей девицы.
- Да ладно уж, сиди, гуляй, - бросил Войтенко. - Присмотри за ним.
Последние слова адвоката адресовались рыжей девице. Одновременно взгляд Войтенко пробежал по залу и встретился с глазами седого метрдотеля. Тот едва заметно кивнул.
Внезапно упавшая тягучая чёрная ночь скрыла горизонт, море, пальмы и окрестные скалы. Лучи фонарей разрезали тьму возле стоянки автомобилей. "Волга" ГАЗ-3102 неспешно тронулась с места.
Вращая руль, Войтенко подмигнул спутнице и спросил:
- А ты и в правду цыганка?
- Нет, - ответила Рамона. - По национальности я румынка, но род мой из Молдавии.
- Ага! А выглядишь и танцуешь, как настоящая цыганка.
Рамона рассмеялась, обнажив белые зубы на смуглом лице. Она внимательно всматривалась в бегущий впереди свет от фар.
Если бы подвыпивший Войтенко пригляделся, то заметил бы, что девушку выдают руки, нервно сжимающие сиденье.
- Не свалимся ли мы в пропасть?
- Да ты что. Я эту дорогу... как свои пять пальцев... Да и ехать тут...Ты мне дома станцуешь ещё?
- Ну, если будет подходящее настроение! - задорно сказала девушка.
- Оно будет! - заверил Войтенко.