Страница 42 из 50
- Есть там хоть намёк на дверь?
- Абсолютно никакого, - вынужден признать Зак, рассматривая стену над пресловутым столом и проводя по ней пальцами. То же самое делает и Стив, словно впервые эту стену видит. Обои, наклеенные здесь чёрт-те-когда, нетронуты. С них саркастически взирает портрет какого-то генерала в форме Конфедерации.
- Вот и я о чём! - мрачно подхватывает Лу. - Тут по всей длине этого лабиринта аккуратненько проделаны дырки, вроде как для обзора. И ход в спальню точно был, но теперь он забит здоровущим листом фанеры. И давно забит, фанера рассохлась и выглядит сошедшей со складов во время первой мировой. Гвозди соответствующие. Антиквариат, будь он неладен...
- То есть никакой убийца сюда не проникал, - с некоторым разочарованием констатирует Зак очевидное.
- Слава Богу, - эхом отзывается Стив, и даже в тусклом свете пыльной люстры видно, как его впалые щёки заливает румянец облегчения. - Уф, камень с души. Смерть дядюшки Джоза всё-таки была естественной! То есть... кхм... я хотел сказать, что он погиб от собственной руки. Никто его не убивал. Какое счастье, Господи Боже! В моей семье нет убийц!
Он поворачивается к окну и вдруг одним рывком сдёргивает с него пыльную портьеру, расшатывает неподдающиеся шпингалеты и распахивает створку окна. В затхлую комнату врывается тёплый влажный ветер.
- Я бы не была столь категорична, - после некоторого раздумья изрекает Лу. - У меня, есть одно предположение... но это потом. Спальня покойной Кристины Шарп - следующая по коридору. Проход не разветвляется и ведёт как раз в этом направлении. Потом - комната Виктора, но это неважно. Я... м-м... иду.
- Осторожнее, мисс Филипс, - в голосе молодого Монтгомери смешиваются тревога и заботливость и тут Зака осеняет внезапная чудовищная догадка. Боже правый! Наследник Мэнгроув Плейс, кажется, запал на его умную, предприимчивую, храбрую и красивую помощницу! То есть, чёрт побери всё, на Лу Филипс!
"Чтоб тебе провалиться, - уныло думает Зак, глядя на устремившегося к нужной спальне Стивена с необъяснимой досадой.
Этого ещё не хватало!
Нет, ошибки быть не могло, увы. Зак мгновенно припоминает все робкие взгляды, какие Стив бросал на Лу, смущение в её сиятельном присутствии и старомодную велеречивую галантность. Кроссовки принёс! Чёрт, вот же чёрт!
Поток этих неприятных размышлений прерывает голос его взбалмошной компаньонки, едва слышный, но вибрирующий от эмоций. Когда Стив отпер дверь в спальню Кристины Шарп (оба детектива, разумеется, до того посетили её дважды, но, как и полиция, не нашли ничего подозрительного и предосудительного), Лу громко кричит откуда-то из простенка между старинной железной кроватью и книжным шкафом:
- Проклятье, и эта дверца замурована давным-давно! Что за... невезуха!
Лицо же молодого Монтгомери при этих словах становится почти счастливым.
- Выходит, что и вторая смерть в наших стенах произошла не от руки убийцы! - напыщенно восклицает он.
- Аллилуйя, - сардонически откликается Лу из стены.
- Не факт, - Зак неожиданно чувствует настоятельную потребность возразить. - Дверь спальни мисс Шарп вовсе не была заперта, не забывайте. Наличие потайного хода не влияет на возможность...
Лу не даёт ему договорить, она снова кричит:
- Я ничерта не слышу из твоих гениальных соображений, босс! Возвращайтесь к дыре! Надо переговорить!
И в простенке раздаётся удаляющийся топот и приглушённое ругательство.
Стив растерянно потирает лоб, слегка улыбаясь:
- Что ж, идём и мы, мистер Пембертон.
Мистер Пембертон идёт, не понимая, почему у него так резко испортилось настроение. Потому, наверное, что рухнула хорошо и гладко выстроенная версия о таинственном губителе человеческих душ, вылезающем из стен.
Ну или почти рухнула.
- Заметно ли, что по этому ходу кто-то недавно передвигался, мисс Филипс? - строго спрашивает он, едва дождавшись, когда Лу - в порванной на левом плече сорочке, всклокоченная, с глазами, пылающими азартом, выберется из пролома, причём очень грациозно, зараза.
Та машинально отряхивается от клочьев паутины и отвечает, не задумываясь:
- Сложно сказать. Это же не поверхность Луны с отпечатком одинокого башмака Нейла Армстронга. И ищейку туда не запустишь, она от пыли задохнётся... Стоп! - она вдруг безжалостно и совсем неженственно бьёт себя кулаком по лбу. - Тупая безмозглая башка! Енот!
- Вы хотите использовать Феликса в качестве ищейки? - недоумённо спрашивает Стив. - Не думаю, что...
Лу одаряет его убийственным взглядом из-под спутанных кудрей и коротко бросает:
- Конечно, вы не думаете! Вы и не обязаны! Вы наняли нас, чтобы мы думали, но и мы этого не делаем, - теперь она смотрит прямо на Зака так пронзительно, что того пробирает дрожь. - Босс, - голос её становится елейным, - вы не хотите меня спросить, где, чёрт подери, вошёл в стену енот?
С губ Зака чуть было не срывается: "Твою мать!"
- А ведь правда, - вместо этого сухо бросает он. - И где же, по-вашему?..
- Поскольку этот пролом, - Лу выразительно тычет пальцем в сторону дыры, из которой только что вылезла, - организовали мы, то, вероятно, енот проник внутрь стены в том же месте, где это делает злоумышленник.
Стив сжимает челюсти, и на его скулах вздуваются желваки:
- Так вы считаете, что злоумышленник всё-таки был?
- Мистер Монтгомери, - вместо ответа произносит Лу с ударением на каждом слове, - мне нужен этот енот! Прямо сейчас. Немедленно.