Страница 74 из 93
На праздничном фуршете в честь окончания фестиваля случился сюрприз — видимо, отец мои слова о любимых индийских актерах во время отпуска запомнил, поэтому меня познакомили с Митхуном Чакраборти. Сфоткались, пожали руки, и он оставил мне и смотрящему на мужика как на бога Анилу автографы.
В летящем обратно в Уцуномию самолете поведал отцу и Ито-сану идею закрытого конкурса среди зарубежных издательств за право на адаптацию "Махоутокоро". Идея была горячо поддержана и запланирована к реализации сразу по приземлении.
***
Из-за неожиданного фестиваля объехать маленьких мангак пока не получилось, но предстоящие визиты уже согласованы. Реакция у всех родителей оказалась ожидаемо-скептическая, ведь даже маленький Масаши, у которого нет денег на подписку, жил лучше остатков семейства Хиро, поэтому им было что терять на старом месте. Особенно Хироми — у них-то вообще ферма! Туда отправимся в последнюю очередь и на выходных — это же аж на Хоккайдо лететь.
Не получилось этого сделать и в пару ближайших после возвращения дней (успел дать пару интервью новостям и журналу "Кинэма Дзюнпо", где в основном хвалил организаторов фестиваля и славный город Калькутту), потому что за день до отборов на математическую олимпиаду батя запер меня дома с невнятным напутствием "готовься". Готовился я в итоге к производству заказанной Ито-саном дорамы — адаптировал сериал "Зачарованные". Тут — по такому же принципу, как и везде — снимаю пару серий, показав "как надо", а дальше — только общий контроль. Очень удобно!
Наконец-то довелось посетить сельхозакадемию — не то чтобы я сильно к этому стремился, но если объект есть, нужно его посмотреть. Академия воспользовалась шансом, показав прибывшим на олимпиаду ребятам лучшее, что у них есть — загоны с лошадями, коровами и свиньями. Очень самонадеянно — почти все девочки признавали, что зверушки "такие милые!", но также зажимали носики от исходящей от милашек вони.
В компании Андо- и Сакуры-семпай, Саотоме-сан и пары второгодок из математического клуба сопровождающего нас всех, важно надувающего щеки Араки-сенсея и еще пары сотен учеников с их сенсеями двинулись ко входу в спортзал. Деточки, пользуясь возможностью, брали у меня автографы. Всего таких центров по всей Японии около 60-ти. Экзамен длится три часа, и состоит из двенадцати вопросов, каждый из которых оценивается в один балл. Десяти процентам лучших дадут какую-то непонятную "ступень А", и они будут участвовать во втором этапе отбора.
Уселись за столы — ими заставили весь огромный спортзал, получили от дронов в футболках "Хонда" — спонсор же! — листочки с заданиями, и приступили к делу под бдительным надзором курсирующих между рядами преподавателей. А вот и закономерный итог попытки сжульничать на таком важном мероприятии — плачущего, красного как помидор пацана и такого же его учителя со сканадалом выпроводили в коридор. Еще нас на время покидала пара девочек — этих приводили в чувство нашатырем и валерьянкой. Это — нормально, и никто их ругать не стал.
Аккуратно отслеживая прогресс окружающих, справился с заданиями третьим — чтобы не палиться. Араки-сенсей ничего по этому поводу мудро говорить не стал, и довез меня до дома на своей новенькой "Хонде". Еще один взяточник!
— Как прошло? — Тут же нарисовался в коридоре отец.
— Нормально! — Пожал плечами я и принюхался, — А чем это так вкусно пахнет?
— Подарки от местной общины сикхов! — Улыбнулся родитель, — Я даже не знал, что доктор Каннан из них!
— Все индусы на одно лицо, да? — Не удержался я.
— Как и мы для них, — Не стал играть в ханжу отец, и мы отправились на запах индийской еды.