Страница 48 из 270
Вэйл сунул ему карточку. Стоя в очереди после поезда, он почти целиком соскреб ее – просто из предосторожности.
– Чё такое с твоим пропуском?
– Собака.
Невразумительно хрюкнув, тот принялся просматривать список. Физиономию его своротило на сторону, словно список составлен на каком-то неведомом ему языке.
– Чё-то на седня ты у меня не числишься.
– Именно это я и сказал, когда меня растолкали сегодня утром. Ну, раз вы так говорите, то я уматываю отсюда. – Дэвид протянул руку к карточке.
– Не, погодь пока, – вскинул сардельную ладонь держатель списка. Опять уткнулся в листок, выудив ручку из-за уха. Переводя взгляд с пропуска на листок и обратно каждые пару секунд, нацарапал внизу страницы «Коннер Андерсон» детскими печатными буквами. Вернул пропуск Дэвиду, и гроздь сарделек поманила следующего в очереди.
Следующая комната оказалась чем-то вроде вестибюля с дежурной за столом и двумя беседующими между собой охранниками. Бросив взгляд на Дэвида, когда он проходил мимо, они тут же вернулись к разговору. Отыскав следующую табличку с путями эвакуации, Вэйл продолжил путь к реактору.
К его облегчению, карточка срабатывала на каждой встречной двери. Он почти добрался до реакторного зала.
– Эй, стой!
Дэвид обернулся. Это был один из охранников из вестибюля.
– Ты кто таков?
– Коннер Андерсон.
С недоумением поглядев на него, охранник выхватил оружие.
– Вот уж нет. Не шевелись.
На лице у Барнаби отражался такой же страх, какой Кейт чувствовала в душе. Почему-то это придало ей уверенности, словно она главарь заговора.
При виде тощего азиата, несущего вахту перед двустворчатыми дверьми жилого корпуса, читая комиксы, ее новообретенная уверенность несколько пошла на убыль. Завидев их, страж отшвырнул брошюрку на стол и уставился на них в ожидании, когда они подойдут к считывателю карт на стене.
Кейт провела своей карточкой. Зеленый.
Распахнув дверь, шагнула внутрь. Барнаби следовал за ней, едва не наступая на пятки.
– Нет! Вы – вы сканировать тоже! – охранник указал на Барнаби, выпучившего глаза и попятившегося, будто ему грозит расстрел.
– Вы сканировать, – охранник ткнул пальцем в сторону считывателя.
Барнаби прижал бэйджик к груди, потом провел им через щель. Красный.
Охранник поднялся.
– Пропуск, – протянул он руку к Барнаби.
Белокурый ученый попятился к стене, выронив пропуск.
– Это она меня заставила! Она сумасшедшая!
– Ничего страшного, Барнаби, – ступила между ними Кейт. Подняв упавший пропуск, сунула его британцу в руки. – Я хотела, чтобы он проводил меня до работы, но и так сойдет, – положив ладонь Прендергасту на поясницу, она подтолкнула его прочь. – Ничего страшного. Увидимся позже, Барнаби. – Повернувшись обратно к охраннику, подняла свой пропуск и провела им через считыватель снова. – Видите – зеленый.
И, толкнув дверь плечом, вошла.
Выждала секунду.
Дверь оставалась закрытой; хочется надеяться, теперь опасность позади. Кейт зашагала дальше по коридору. Через каждые футов двадцать встречались большие двери – очевидно, выходящие в коридоры, ведущие куда-то еще. Сколько видел глаз, везде одно и то же – двери и симметричные коридоры. И тишина – тревожная, неуютная тишина.
Чиркнув карточкой у ближайшей двери, Кейт вошла внутрь. Какой-то барак или… общежитие – первое, что приходит на ум. Она оказалась в большой общей комнате, в которую выходили шесть комнат поменьше, каждая с двухъярусной кроватью. Нет, не совсем, как общежитие… слишком спартанская обстановка – скорее, как камеры в тюрьме. И все пусты. Наверное, покинуты. В камерах царил беспорядок – одеяла и вещи разбросаны по полу, личные пожитки раскиданы по крохотным умывальникам возле коек. Вид такой, словно обитателям пришлось убираться впопыхах.
Ретировавшись из комнаты, Кейт возобновила путь по главному коридору. Ее теннисные туфли громко взвизгивали на каждом шагу. Вдали послышался разговор. Надо идти в его сторону, хотя в душе Кейт противилась этой необходимости. Здесь, в пустых безлюдных комнатах, куда безопаснее.
На следующем «перекрестке» она свернула, направляясь прямо к разговаривающим. Теперь она увидела их – двух или трех женщин за высокой стойкой с лежащими на ней стопками папок, напоминающей пост дежурной сестры в больнице.
Теперь послышался и другой звук, уже с другой стороны – громкий ритмичный топот ботинок, эхом раскатывающийся по пустому коридору. Все ближе и ближе. Кейт тихонько двинулась в сторону сестер. Голоса их звучали уже вполне внятно: «Они им нужны сейчас же». – «Знаю». – «Я так и сказала». – «Найти смысл в том, что они вытворяют, нечего и думать». – «Они даже не лечат…»
Кейт резко обернулась – топот прямо позади. Шестеро охранников бегут к ней с автоматами наизготовку.
– Стой где стоишь!
Она могла бы броситься в бегство и, может статься, добежала бы до поста медсестер. Охранники стремительно приближались – уже в каких-то двадцати футах от нее. Кейт сделала шаг, другой, но они уже налетели, окружили, нацелили на нее автоматы.
Кейт подняла руки.
Дэвид поднял руки.
Нацелив на него пистолет, охранник подобрался поближе.
– Ты не Коннер Андерсон.
– Кроме шуток? – буркнул Дэвид под нос. – А теперь убери пушку и заткнись; нас могут прослушивать.
Охранник оцепенел. Озадаченно посмотрел в пол.
– Чего?
– Он просил меня выйти вместо него.
– Чего?
– Слушай, мы с ним ночью оттянулись по полной. Он сказал, что его турнут, если я не выйду, – напирал Дэвид.
– Ты кто?
– Его друг. А ты, должно быть, его вправду смышленый друг на работе.
– Чего?
– А других слов ты не знаешь? Слушай, убери пушку и веди себя естественно.
– Коннер сегодня выходной.
– Ага, я уже понял, гений. Это его спьяну черт за язык дернул – как в воду пернул. Я его прикончу, если вы, болваны, не прикончите меня прежде. – Дэвид покивал ладонями поднятых рук и головой, как бы говоря: Ну так что, ты туда или сюда? Охранник все молчал. – Мужик, ты уж или пристрели меня, или отпусти.
Тот неохотно убрал пистолет в кобуру, по-прежнему с крайне недовольным видом.
– Куда идешь?
Дэвид направился к нему.
– Сматываюсь отсюдова; каким путем короче?
Повернувшись, тот указал рукой, но не издал ни звука. Дэвид отключил его резким ударом по основанию черепа.
Теперь надо действовать быстро. Он побежал вглубь здания. Остался еще один вопрос, который Вэйл загонял в глубину сознания, занятого более насущной проблемой выживания. Но теперь пора подумать, как вырубить электричество. По его замыслу, лучше не атаковать сами ядерные реакторы – они изолированы и имеют надежную защиту, даже если предположить, что удастся к ним подобраться. Тем более что их целых три. Его лучшая ставка – на линии электропередач. Если взорвать ЛЭП, это напрочь отрежет весь комплекс от электроснабжения, в том числе и поставляемого реакторами. Но тут он как карась на суше. Что, если силовые кабели проходят под землей или недостижимы по каким-то иным причинам? Или проходят через тщательно охраняемое здание перед АЭС? Поймет ли он, что это кабели, даже когда увидит? Такая уйма «что, если»…
Найдя на стене очередную план-схему, Дэвид быстро пробежался взглядом по зонам. Реактор 1, Реактор 2, Реактор 3, Турбина, Пульт управления, Главная трансформаторная… Трансформаторная — пожалуй, это сгодится. Она расположена напротив реакторов, и, похоже, провода от каждого реактора тянутся туда.