Страница 11 из 18
– Он, – произнес Джо, указывая на лысого на экране.
– Кто он?
– Пока что я не могу назвать его имя. Но он мне знаком. Вы знаете, что, когда в Лондоне происходит преступление, практически любое, – мы смотрим, попало ли оно на камеры наблюдения?
– Нет, я только сегодня утром приступила к этой работе, – ответила Бекка, не скрывая сарказм.
– Извините. Так вот, в Лондоне больше миллиона камер наблюдения. Так что, как только становится известным место преступления, мы смотрим записи ближайших камер, снимаем кадр с лицом преступника и загружаем его в централизованную столичную базу криминалистических данных. За последние шесть лет туда попало около ста тысяч изображений неоподов – неопознанных подозреваемых; у каждого есть свой шестизначный код, и этим кодам мы потом присваиваем метаданные.
– Метаданные?
– Я забыл, вы же сказали, что только сегодня утром приступили к этой работе, – с кривой усмешкой отозвался Джо. – Метаданные – это ключевые слова, имеющие отношение к преступлению, к тому, где оно произошло, или к внешности преступника. Они помогают в дальнейших расследованиях – например, как сейчас. По картинке с камеры мы видим, что мужчина, которого я узнал, белый, в возрасте от двадцати пяти до сорока лет, почти лысый, коренастый, с татуировкой на левой руке. Когда я введу эти данные в поиск, это сузит число возможных субъектов со ста тысяч до куда более приемлемого.
– Сколько подробностей вы можете ввести?
– Столько, сколько захочется. Мы используем такие метки, как «гладкая прическа», «шрамы», «сломанный нос», «виниры»[10], «отсутствие пальца», «выбитые зубы», «выступающие вены» и так далее. Меня это неизменно удивляет, однако те, кто совершает повторяющиеся преступления, часто надевают одну и ту же одежду, собираясь «на дело». Такое впечатление, что для них это рабочая униформа. Мы ставим на изображения такие метки, как «красная бандана», «футболка “Супер-драй”»[11], «белые кеды-“Конверсы”» и все в таком духе. Позже, вернувшись в офис, я просмотрю все фотографии людей, соответствующих описанию этого человека.
– И сколько времени это у вас займет?
– Мне может повезти, и я найду кого-нибудь за несколько минут, иначе же это займет несколько часов. Как только ты начинаешь искать, это затягивает. Ты не можешь остановиться, пока не найдешь нужного.
Бекка не знала, что выбрать. Она хотела посмотреть, как он работает, но время было не на ее стороне. Сержант посмотрела на часы. Почти половина шестого. Иногда она хотела бы работать с девяти до пяти, а не с самого ранья и покуда не закончишь. Но сейчас понимала, что, если не направится домой, ее будут ждать упреки.
– Что ж, не работайте совсем уж допоздна, – произнесла она.
– Пока вы не ушли – можно попросить номер вашего телефона?
От этого неожиданного запроса Бекка ощутила трепет внутри. Начало их совместной работы было не очень хорошим, и она знала, что не умеет быть привлекательной так, как это принято сейчас. К тому же Джо не проявлял никаких признаков того, что интересуется ею.
– Конечно, – ответила она.
– Я напишу вам позже, если найду его в базе данных, – добавил Джо.
– Да-да, – произнесла Бекка, чувствуя себя глупо из-за того, что поверила, будто есть какая-то другая причина. Вбила свой номер в его телефон и заметила на заставке экрана фото: пес, лежащий на стеганом покрывале, задрав лапы к потолку и широко раскрыв пасть. Казалось, он улыбается.
– Ваш? – спросила Бекка.
– Да, зовут Оскар, – ответил Джо с гордостью. – Мы взяли его еще щенком.
«Мы». Бекка едва удержалась, чтобы не повторить это вслух. Значит, у него кто-то есть.
– Я оставил его у себя, когда мы разошлись, – продолжил Джо, и на миг лицо Бекки прояснилось.
Позже в тот вечер, когда она сидела у себя в гостиной, широко открыв окна и наслаждаясь прохладным ветерком и стаканом белого вина, пришло первое сообщение от Джо. К сообщению был прикреплен снимок из досье.
Бекка, познакомьтесь с Никки Пенном, – писал Джо.
Вы его нашли! – немедленно ответила она. – Он из ваших неоподов?
Ого, усваиваете наш жаргон! Нет, но привлекался за избиение своей бывшей. Также у него есть условный срок за футбольное хулиганство, вдобавок он состоял в запрещенной группе «Сохраним Британию белой». Но вот уже тринадцать лет за ним ничего не числится.
Считаете, эти убийства могли быть совершены по расовым мотивам?
Не исключено.
Бекка позвонила Нихату, чтобы сообщить ему последние известия. Инспектор решил, что, поскольку досье Пенна чисто с самого 2003 года, его следует расценивать скорее как свидетеля, чем как подозреваемого. Соответственно, с визитом к нему можно подождать до следующего утра. Когда Бекка написала об этом Джо, он предложил присоединиться к ней.
Вам что, больше нечем заняться? – набрала она.
Хотелось бы на это посмотреть. х[12]
Напечатанная им буква «х» заставила Бекку задуматься: уж не флиртует ли он? Она осмелилась улыбнуться. Что такого было в Джо, отчего она начинала чувствовать себя смущенно хихикающей школьницей? У них было так мало общего, к тому же почти весь день они только и делали, что гладили друг друга против шерсти. Может быть, это чисто физическое влечение… Может, ей все же нужно распаковать свою покупку с сайта для взрослых…
«Соберись, женщина!» – сказала она себе. Но потом, намеренно проигнорировав этот внутренний голос, начала планировать, как ей одеться на следующий день. К полуночи она успела покрасить волосы, нанести автозагар, погладить блузку и в первый раз за месяц побрить ноги.
Глава 9
Он обмакнул оставшийся ломтик белого тоста в желток, потом положил поверх ложку тушеных бобов и отправил все это в рот.
На тарелке оставались половина сардельки и полоска хрустящего беконного жира, но он решил, что завтрак окончен. Ему случалось завтракать и вкуснее. Но он проголодался, а нищим не приходится выбирать. По множеству предыдущих своих визитов в этот паб он знал, что это – самое привлекательное, что есть в меню. Помимо того, оно было одним из самых вредных блюд. Не то чтобы его это волновало. Когда его время подойдет к концу, убьет его вовсе не холестерин.
Он написал Маргарет, сообщив ей, что идет домой, поскольку его встречи закончились намного позже, чем ожидалось. График не особо волновал ее, пока он выполнял задачи, которые она перед ним ставила, и он мог приходить и уходить, когда хотел. Однако такое отношение проявлялось далеко не ко всем его коллегам – он и Маргарет заключили между собой особое соглашение, и она никогда не говорила ему «нет».
Впервые он закинул удочку в ее сторону после прошлогоднего летнего барбекю-корпоратива. Они пьяно ковыляли обратно в офис, чтобы забрать свои сумки и вызвать такси до дома. Но спустя несколько минут она уже уткнулась лицом в его рабочий стол, сбрасывая бумаги на пол, пока он пялил ее сзади. Маргарет была на десять лет старше его, но у нее был неистовый сексуальный аппетит – словно у женщины вдвое моложе. На следующий день он, невзирая на похмелье, заехал в офис только ради того, чтобы воспроизвести запись с внутренней камеры безопасности. Потом сделал копию и сохранил в «облаке». Это был отличный рычаг воздействия на тот случай, если Маргарет не захочет сделать что-то для него.
Он посмотрел на свое отражение в ложке, лежащей на столе. Невероятно преобразился с тех пор, как был неуклюжим, застенчивым юнцом – тощим, прыщавым, с ужасной прической, из-за которой ни девушки, ни парни просто не замечали его. Теперь ему было под сорок, и признаки старения только-только начали проявляться. Чуть заметные морщинки пролегли вокруг глаз, в белокурых волосах едва наметилась седина. Быть может, в то, что он унаследовал от своей ничтожной матери, все-таки затесалась парочка полезных генов…
10
Виниры – накладки на зубы для придания им максимально эстетически привлекательного вида.
11
«Супердрай» – британская марка модной одежды.
12
В сетевой переписке «х» означает поцелуй любого рода, иногда самый невинный, полностью аналогичный, скажем, приветствию или прощанию, – но в любом случае это признак неформального общения.