Страница 111 из 129
Женщины, как обычно и бывает, вполголоса разговаривали о чем-то своем, но больше всего расспрашивая Илану, переставшую бледнеть и краснеть от каждого вопроса. Зато сыновья цесаревича Павел и Игорь навострили уши. Видимо, им тоже было интересно узнать про эту самую элиту, не раз о ней слышали.
— Туда набирают только дворян, — многозначительно посмотрел на меня император. — Природных князей, столбовых, титулованных, служилых, даже патентованных дворян, кроме имеющих иностранное происхождение. Каждый год кандидаты подают прошение на мое имя, и после тщательной проверки я утверждаю списки. Дальше начинаются экзамены, по результатам которых отсеиваются те, кто оказался слаб. Экзамены проходят в несколько этапов, и в конце остаются только самые лучшие. Обратите внимание, молодой человек, я не сказал: сильные и умелые. Именно лучшие. Отбор идет по многим параметрам, и физическая сила не всегда является основным критерием.
— Но главный из них — Дар? — уточнил я.
— Именно так, — подтвердил кивком Мстиславский. В его глазах, зуб даю, скакали веселые чертики, словно император уже давно понял, к чему я клоню. — Дар владения любой Стихией. Потому что спецы «Арбалета» никогда не облачаются в полевой пилотный доспех. Они защищаются токмо своим выпестованным Даром. Хоть с голым торсом на врага — но магический щит является основным оружием волкодава. Ну и виртуозное владение любым видом оружия.
— Может быть, это мне подходит, — задумчиво произнес я. — Ведь наличие ППД не ставит крест на кандидате, верно? Можно и в бронекостюме врагов уничтожать. Голый торс — это лишь символ безудержной отваги и готовности к смерти. Так еще древние ратоборцы поступали.
Княжич Павел забавно выпучил глаза от моего нахальства, Лидия тоже замолчала, каким-то образом уловив мужской разговор, заинтересованно посмотрев в мою сторону, да и все разговоры стихли мгновенно.
Раздался смех Юрия Ивановича.
— Господин Волховский проявляет недюжинную прыть! Вот пример, достойный подражания тем, кто опускает руки!
— А что скажут
— Конечно, до совершеннолетия я зависим от взрослых, — нарочито грустно вздыхаю. — Но ведь потом могу же сам решать за себя.
— Учеба все равно необходима в твоей жизни, — нахмурилась Анастасия Павловна. — Куда бы ты ни пошел — по военной стезе или по гражданской — необходимо что-то иметь в голове. Растрачивать свою жизнь гипотетическим испытателем — крайне неразумная мера. А уже элитный «Арбалет» — это запредельный уровень, как по моему женскому мнению.
— Согласна, — поддержала ее княжна Лидия и показала мне кончик языка.
— А девушки там служат? — спрашивая императора, я решил поддеть напарницу.
— Нет, женщин не берут. Это было принципиальным решением при формировании спецподразделения, — по моему ощущению, ответ цесаревича был излишне торопливым. Он строго посмотрел на дочь.
Я усмехнулся про себя. Если в «Арбалете» все же есть женщины, то подтверждать это цесаревич не хотел. Подозреваю, княжна не раз приставала с подобным вопросом к отцу. Да уж, девушка очень активная, глаз да глаз за ней нужен.
А так — правильное решение. Я вспомнил убитую Зосю. Как бы поступила Лида, встреться она с миниатюрной полячкой на той дороге? Честно, я не хочу, чтобы княжна убивала людей. Это неправильно. Женщины должны обольщать мужчин, радовать их своей красотой, нарядами, одним своим присутствием… по моему скромному мнению. До сих пор не понимаю, зачем Зося пошла в наемники, осознавая, к чему может привести такое решение. Ходить по лезвию ножа, каждую минуту ожидая смерти… Нет, каждому свое, как и заложено природой.
— Благодарю вас, Анастасия Павловна, — вежливо киваю в ответ. — Ваши советы бесценны, и я, несомненно, буду придерживаться их.
Разговоры опять разбились по интересам. Я с облегчением смотрел на Илану и радовался, что ее никто не игнорирует. Даже наоборот, женщины о чем-то ее постоянно спрашивали вполголоса, и одноклассница бойко отвечала, улыбаясь. На ее порозовевших щеках появились симпатичные ямочки. Мужская половина лениво перебрасывалась ничего не значащими фразами. Принесли десерт, и я понял, что обед близится к завершению. Недолго же нам уделили внимания. Признаюсь, ожидал большего.
Но я ошибался.
После чая император поднялся первым, и взглянув на меня, неожиданно спросил:
— Викентий, не желаешь ли посмотреть мою рабочую библиотеку? Я слышал от Александра Яковлевича, что ты весьма живо интересуешься старинными книгами по одной загадочной теме.
У меня застучало сердце. Сам император хочет поговорить со мной наедине! Пусть я не искушен в понимании завуалированных фраз, как большинство аристократов, но это явный намек на аудиенцию. Вскочив на ноги, вытянулся как какой-то молодой лейтенант перед седовласым генералом:
— Почту за честь, Ваше Высочество!
— Тогда милости просим, — усмехнулся Мстиславский и галантно раскланялся с дамами. — Просим прощения, что покидаем ваше общество. Может быть, любезные мои, займете нашу очаровательную гостью интересной экскурсией по дому? Тут есть что показать.
Хитро подмигнув мне, он кивнул в сторону выхода и уверенно вышел из столовой. Я подбодрил Илану улыбкой и поспешил следом за государем. Мы пересекли гостиную, вышли в широкий коридор и через несколько шагов поднялись по лестнице на второй этаж, где находился огромный холл с разнообразной мебелью. Кроме вооруженных охранников я не увидел ни одного слуги. Может, они где-то и были в таком огромном помещении, но именно на нашем пути они не попадались. Возможно, это случайное совпадение, а может — намеренно подстроенная ситуация, чтобы меня никто не видел.