Страница 47 из 51
Сестер сопровождают по коридорам. Бетонное оформление меняется на офисное, старые лампы на незаметные световые панели, будто солнце проникает сюда. Но, нутром чувствует Алиса, они глубоко в стене каньона в каменном бункере. Они входят в кабинет к парню в камуфляже и черном берете. Ботинки с бронированными носами, стёрлись до железа, армейский нож в не новых расшатанных ножнах, ствол в кобуре — военный при полном параде. Маша долго разговаривает с ним, затем переходит на повышенные тона:
— Посмотри на неё. Я говорю, посмотри? Это что по-твоему охотник? Агрессор? Бедная девочка идет со мной. Она идет со мной. Это не обсуждается. Не спорь!
Вот ты какая Мари — упрятала меня на несколько дней в бункер без еды и воды — высушила, а затем изменила. А теперь я бедная девочка. Но лучше заткнуться, говорит себе Алиса.
— Проведи ей тест, Олаф. Проведи ей тест, — Маша всё повторяет по два раза.
Но слова сестры давят и на Алису. Она пытается найти ледяной звенящий стержень внутри, но его больше нет, только обостренные чувства. Вот что случилось и с Мари тоже. Она стала человеком. Она и была человеком, отдергивает себя Алиса.
— Мой АИ просканирует тебя, — неохотно говорит Олаф.
— Она не агрессор, — отвечает АИ, — обнаружена высокая эмпатия.
— Видишь! — пальцем показывает Мари, — Олаф, помоги мне. Мне нужен транспорт до Лабиринта Ночи. Не заставляй меня идти в Тартугу.
Но по глазам Олафа понятно, что он закончил разговаривать с Машей это раз. И он дико разочарован, что упустил охотника это два:
— У меня только что был охотник, который полностью уничтожил все поставки найса! О да, именно так и говорят на рынке, — глаза Олафа загораются.
Он в полтора раза выше Маши и когда он подходит к ней, она делает шаг назад, изображая страх перед его угрозой, — вот она, у меня была она, — он показывает пальцем на Алису и теперь та тоже чувствует страх. Олаф продолжает сердиться:
— А сейчас у меня ничего нет! Ничего!
— Ты человек или нет! Сначала замучил девочку, а теперь еще и отправляешь нас в Тартугу! Олаф, я единственная, кто сможет выторговать условия автономии для твоего Хаоса.
— Может быть. А еще это сделает война!
— Мы все проиграем, не обманывай себя. Не мне тебе говорить, ты был в горячих точках, ты сражался. Сколько ты потеряешь своих? Ты уже посчитал потери? О я знаю тебя, ты посчитал. И оно того стоит, Олаф? — похоже, он начал сомневаться в своем решении.
— Я тебя не забуду, — Маша подходит и обнимает его. Нежнее, чем обычно обнимают друзей. Целует в щеку.
У них была связь, Мария любила Олафа. Это была короткая и красивая мысль, которая вызвала в Алисе ответное чувство. Она иррационально обрадовалась за сестру и мужчину, хоть он и мучил её в своих застенках. Хотя казалось бы, пистолет и нож, ещё складник в сумочке Марии, тупых предметов в комнате хоть отбавляй, даже стулья были бы на её стороне. Есть чем разгуляться. Но Алиса больше не хотела убивать.
Олаф вышел из кабинета. Мари усадила Алису за стол, включила пластиковый электрический чайник.
— Ты в безопасности, сестра. Буквально несколько дней и всё закончится. А пока я присмотрю за тобой.
От этих слов Алиса почувствовала себя беспомощной, снова выступили слёзы. Ты убила меня, Мари. Как и обещала.
Глава 38. Вести для Солнечной системы
Подъезды к отелю заблокировали бронемашины. Несколько раз срабатывала система воздушной обороны — атака с воздуха на Марсе носит больше характер геноцида, чем боевых действий. Но, тот канал, который круглосуточно крутят в номере, уверяет, что дополнительный купол раскрывается мгновенно. Другой информации нет. Если подключить к себе новый АИ, то её “земная” Аида перестанет существовать, системы конфликтуют, а с ещё одной потерей Алиса не смирится.
Сейчас она рядом с сестрой, а та самая охраняемая девушка в Кандоре, да и на планете. В отеле выставили охрану: четверо в холле, двое на входе, ещё четверо на выкупленном этаже — по двое у лифта и у дверей номера.
Есть ли в мире эквивалент спокойствия? Мари соответствует ему, она озерная вода в штиль, её глаза кубики льда. Ей плевать на количество охраны.
— Ты как? — второй раз за день бросит она.
— Нормально, — такого ответа Алисы ей достаточно.
Алиса старается не думать о себе. А поскольку на своих чувствах она не хочет концентрироваться, то наблюдает за сестрой. Сама не понимает, что ищет чувства к ней.
Её кожа розовая, а ранние морщины вокруг глаз только оттого, что ей было не до них. Её действия рассчитаны, движениям она уделяет ровно столько внимания, сколько нужно для их совершения. Она пьёт ром, несколько раз прикладывалась к бутылке. Когда сестра в другой комнате, его пробует и Алиса. Ей нравится, что он гасит чувства. Новые приобретения в собственной химии мозга не по душе им обоим. Из чего Алиса делает вывод, что ультравода побывала и в сестре.
Что ж как и обещала, Мари убила её. Теперь вместо Алисы вот это. Страдающее. Умирающее со скуки. Но всё ещё держащееся рядом со своей убийцей. Мари обещала ей ответы. Чтобы их дать, она готовится вместе с командой профессионалов с главного метаканала Марса к вещанию на всю Солнечную систему.
Тяжёлый свет выделяет плавные губы Маши, её белые зубы. Чёткую линию чёрных бровей — их покрасили только что. Её причёска смотрится цельным терракотовым массивом, а не отдельными волосами. На ней тёмная куртка с плечами, армейского кроя, ниже светло-голубая майка — каноничный цвет республики — цвет Марсианского льда.
Напротив, во втором номере люкс, в туалете на кафеле лежит волос длинной с ладонь. Алиса долго смотрит на него, пока наконец не смывает. Свет теперь и здесь кажется жёстким. Или это время — последний месяц её измотал. Она смотрит в отражение — моложе сестры, более сильное и гибкое тело. Всё ещё тело охотника. Алиса убирает распущенные волосы в привычный хвост.
Мари в кресле. Прямая спина, нога на ногу. Минимальный макияж — только для того, чтобы свет не съедал кожу, пока АИ ведущих снимают её. Чёрная куртка контрастирует с белыми панелями номера и нежной кремовой обивкой кресла.
Три, два один — отсчитывает помощник. Комната уходит в эфир.
Начинается заседание совета республики. Советники удалены, в амфитеатре депутаты двух партий, Мари на виртуальной кафедре. После небольшого приветственного слова от спикеров она поднимается со своего места:
— Я создатель инфополя Марса, но кроме этого, я ещё и землянка, — она говорит с чувством, интонации выражают то, что она хочет выразить. Это не разговор в совете. Это разговор во дворе дома, на какой бы планете он ни был. Мария продолжает:
— Никто на Земле не понимает, как работает метаполе, как появляется новый АИ, что это такое. Никто этого не понимает и на Марсе. Даже я не понимаю, как это работает полностью, хоть и создала его. Ноосфера управляла нами. Как человечеством. Подталкивала или тормозила открытия, если человечество не было к ним готово этически и морально. Но мы подчинили её. Поле информации, место которое невозможно представить — идей, объяснений, смысла, терминов, математики и приказов нашим АИ. Каждый человек подключён к общему знанию Солнечной системы, он управляет предметами, своим перемещением в пространстве в роботакси или машинах, в космосе в кораблях с помощью АИ.
Она делает паузу. Счётчик транслирует — метаполе Марса, так же как и Земли, решило, что Мари сейчас самый популярный человек.
— Наше знание, наша коллективная информация растёт. Ничто уменьшается. Но что случится, если ноосферу — ту, что развивалась без нас, саморегулировалась, давала нам технологии только в нужный момент, что будет, если поместить её в метаполе, а потом взять и ограничить? Не пустить в эфир самое важное. Оставить себе секрет. Начать торговать им. В мире где вся информация свободная, владелец секрета становится самым сильным существом, он имеет власть над всеми, у кого его нет. Но кроме того, будет вот что.