Страница 6 из 9
Просто удивительно, как от одного и того же удара машины могут пострадать так по-разному.
Мужчина возвращается и встает рядом со мной.
— Извините, — снова лепечу, надеясь, что ему не плевать на мои извинения, ведь я и правда сильно сожалею.
— Вообще-то, это я виноват, а не вы, — говорит мужчина.
— Да?
— Да, — кивает он, — не соблюдал дистанцию. Вызывайте ДПС, они зафиксируют все и моя страховая выплатит вам деньги на ремонт.
— Но…вы пострадали намного больше. И…это я слишком резко затормозила.
— Неважно. По правилам вы не виноваты.
Другие машины едут, обтекая нас, и меня это сильно напрягает. Не люблю находиться в центре внимания. А водитель каждой из проезжающих машин считает своим долгом повернуть голову в нашу сторону.
Я облизываю губы.
— Послушайте, раз я не виновата, может быть…просто я очень тороплюсь…может быть, мы тогда не будем вызывать ДПС? Мне не нужны никакие выплаты, и я могла бы поехать домой.
Мужчина молчит и смотрит на меня, словно размышляя, а я рассматриваю его.
Старше меня лет на десять. Классическая стрижка из таких, когда волосы зачесаны назад, интеллигентный приятный вид. Мужчина примерно на голову выше меня и одет в костюм из дорогого сегмента, очень похожий на тот, в котором ходит наш администратор, помешанный на идеальном внешнем виде.
Я бы решила, что это какой-то начальник среднего звена или владелец небольшой фирмы.
Дальше рассматривать мужчину считаю неприличным, да и время поджимает, так что я возвращаюсь к насущному.
— Ну, так что вы думаете?
Выходит несколько нервно. Но ничего не могу поделать.
Чувствую, что молоко уже начинает подтекать и мне во что бы то ни стало нужно уговорить этого человека расстаться с миром и как можно скорее.
— Как вас зовут? — спрашивает мужчина и это совсем не то, что я ожидаю от него услышать. Но все же отвечаю.
— Соня. То есть, София Андреевна.
— А меня Герман.
— Очень приятно, — произношу дежурное, — а что насчет нашей ситуации? Просто мне очень надо побыстрее уехать.
— Ну, если надо…Хорошо. Не будем никого вызывать и просто разъедемся по домам.
Я испытываю ни с чем не сравнимое облегчение.
— Спасибо вам огромное, — произношу искренне.
Мужчина начинает нравиться мне гораздо больше, чем за секунду до этого.
— Но при одном условии, — тут же добавляет мужчина и я хмурюсь.
— Что за условие?
— Вы дадите мне номер своего телефона.
— Зачем?
— Как вам сказать…может быть, я как-нибудь вам позвоню и приглашу на ужин.
Я присматриваюсь к мужчине внимательнее.
Он встречает мой взгляд спокойно и даже с легкой улыбкой.
— Ну, так что, Соня?
Да, ко мне периодически клеятся мужчины, но я обычно сразу же говорю о том, что у меня есть грудной ребенок. Эта новость, как правило, остужает любой пыл. Прием не подведет и на этот раз.
— Извините…
Я судорожно пытаюсь припомнить имя.
— Герман, — подсказывает мужчина.
— Извините, — лепечу снова, чувствуя себя неловко еще и оттого, что он понял, я не запомнила, как его зовут.
— Герман, простите, но у меня нет времени на ужины. Также как на обеды или завтраки. У меня совсем маленький ребенок, дочка, и она занимает все мое время.
Надеюсь, у мужчины пропадет всякое желание продолжать общение, но как оказывается, я ошибаюсь.
— А муж? — спрашивает он вместо того, чтобы потерять ко мне интерес.
— Что муж?
— Муж у вас тоже есть?
— Муж, эээ, — мы одновременно кидаем взгляд на мою правую руку, где, конечно, отсутствует обручальное кольцо, — мужа нет.
— Ну, тогда мое предложение остается в силе, — спокойно говорит он, а я теряюсь.
— Но…я…
Тут я думаю о том, что, возможно, мне и правда уже пора перестать шарахаться от мужчин. Может, стоит посмотреть по сторонам, а не жить одними воспоминаниями. Попробовать новые отношения, раз выпадает шанс. Не отношения, но хотя бы простой ужин. Пусть даже мужчина на десять лет старше меня, что с того? Он кажется вполне миролюбивым. Схожу, развеюсь. Может и встречаться начну.
Возможно тогда я не буду так остро реагировать на Никиту или одно только упоминание о нем.
Да и его пыл охладится, если увидит своими глазами, что мне давно нет до него никакого дела.
Мысли проносятся в одно мгновение и я принимаю решение.
— Хорошо, — киваю, — я дам вам свой номер.
— Очень рад, — улыбается мужчина и готовится забить его в адресную книгу.
Я диктую, он вносит, а потом жмет на вызов. Мой телефон оживает в сумочке все той же Truly Madly Deeply.
Певец выводит I'll be your dream I’ll be your wish и брови нового знакомого ползут вверх.
— Интересная мелодия, — комментирует он, а я чувствую, что стремительно краснею.
— Мне пора. До свидания, — говорю мужчине, разворачиваюсь и побыстрее залезаю в салон своей машины.
Завожу двигатель и трогаюсь с места.
Как раз в этот момент загорается зеленый и я побыстрее уезжаю с места происшествия.
Глава 5
— Сонечка, все в порядке? — спрашивает тетя Лена.
Она встречает меня с Машуней на руках, и я сразу же несусь в ванную, чтобы вымыть руки и поскорее обнять и расцеловать своего молочного бутуза.
— Да, все в порядке, — перекрикиваю шум воды.
Мою руки, скидываю пиджак и блузку.
Оставляю вещи на стиральной машине, накидываю халат и спешу в гостиную.
— Иди ко мне, мое солнышко, — тянусь к дочке.
Забираю Машу на руки, отношу в детскую и усаживаюсь с ней в глубокое кресло, сунув одну ногу под попу.
Дочка уже тянется ко мне ручонками и тыкается в майку, пытаясь сосать молоко через нее.
— Подожди секундочку, — останавливаю, а потом освобождаюсь от лифчика и прикладываю малышку к груди.
Дочка начинает жадно сосать, а я откидываюсь на спинку и закрываю глаза.
Кайф.
Я знаю, что грудное молоко полезно и мне приятно от осознания, что я делаю все возможное, чтобы дочка росла крепенькой и здоровой. А еще чисто физически становится легче, потому что грудь перестает так распирать.
К вечеру то же самое произойдет со второй грудью, она нальется молоком. И я снова смогу покормить дочку.
Таким способом я всегда укладываю ее спать без проблем и очень довольна, что в свое время прислушалась к умным советам.
Несколько раз за кормление я целую дочку в головку, на которой растет мягкий золотистый пушок, цветом волос Машуня пошла в Никиту, а когда она засыпает, осторожно встаю и перекладываю ее в кроватку.
Устраиваю поудобнее и накрываю легким одеяльцем. Еще раз поправляю одежду на себе и принимаюсь разглядывать дочку.
Она у меня очень милая, еще по младенчески пухленькая, и такая симпатичная. Мне кажется, она пошла в Никиту больше, чем в меня. Но я слышала, что дети со временем меняются. Иногда до неузнаваемости.
Желудок урчит и я решаю, что пока дочка спит, не грех перекусить и выпить чая.
— Сонь, пообедаешь? — кричит из кухни тетя Лена, стоит мне пройти в гостиную.
— Да, конечно.
Спешу на зов, а потом подхожу к тете, которая суетится у плиты, и обнимаю ее за плечи.
— Что бы мы без вас делали, — говорю своей любимой тетушке, целую ее в щеку и усаживаюсь за стол.
— Ой, ну, Сонечка, мне самой приятно помогать вам. Ты же знаешь.
— Все равно большое спасибо.
— Вот, кушай.
И тетя ставит передо мной тарелку с борщом.
— Обожаю, как вы готовите.
— Ну, Костик уехал, семью так и не завел, мне теперь и готовить-то особо некому. Вот разве вам. Так что мне только в радость.
Про дядю Валеру мы, по негласной договоренности, не упоминаем, слишком свежа еще рана, а вот про тети Лениного сына периодически заходит разговор. Хоть тетя и не выказывает особого энтузиазма от этой темы. Парню уже за тридцать, а до сих пор не женат, детей нет. При том, что тетя много лет просто мечтала о внуках.
— Сонь, мы сегодня столько видео сняли.