Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 8 из 54

Меня окутывает дымка. Пока что прошло всего пара секунд. Вижу расширяющиеся от удивления глаза Сергея. Он спешно выставляет перед собой щит, вливая в него немеряно маны.

«Три, два, один...»

Окно портала, вход передо мной, выход позади Сергея. Синхронно со мной второй портал открывает Рики, вход перед Сергеем, выход позади меня, горизонтально, на высоте ладони от усеянной крупными острыми камнями земли.

Отправляю файербол через портал. Мгновение, и он появляется позади Сергей, там, где нет никакого щита, и взрывается, едва коснувшись моего противника.

Глава 4. Пробуждение

Отправляю файербол через портал. Мгновение, и он появляется позади Сергей, там, где нет никакого щита, и взрывается, едва коснувшись моего противника.

Взрыв получился ошеломительным. Меня он практически не зацепил, между мной и эпицентром – окно портала, куда взрывом выбросило Сергея. А вот остальным прилетело. Кого-то снесло взрывной волной, кого-то посекло каменной шрапнелью. В поднявшейся суматохе все ненадолго забыли про нас с Сергеем. Кроме Виноградова, он как раз подошёл туда, куда выбросило Катиного отца, чтобы оценить, может ли он продолжать бой.

Я тоже подошёл. Моим глазам предстала страшная картина.

У Сергея кромкой портала срезало кисти и ступни. Сейчас это были обрубки, но кровь не шла – срезы уже затянулись.

Спина пузырилась. Одежды на ней не осталось, а кожа вместе с мясом чудовищно обгорели.

Удар в землю тоже не прошёл без последствий. Но здесь его хотя бы прикрыл щит. Похоже, спереди он практически не пострадал.

— Мне кажется, — я указал Виноградову на прожаренный стейк, в который превратился Сергей, — ему уже хватит.

— Мне тоже так кажется, — Юрий Савельевич согласно кивнул. — Не вздумай добивать, будет считаться убийством.

Я повернулся, ища глазами Катю и деда. Катя застыла на краю площадки, не в силах даже пошевелиться от ужаса. А дед уже шёл к нам. С другого края площадки к нам бежал Марк. По насыпи спускался целитель Тихомировых.

Пока я оглядывался, с Сергеем начали происходить изменения. Спина покрылась серой плёнкой, а обрубки рук и ног начали вытягиваться, превращаясь в новые кисти и ступни. Я указал на это Виноградову.

— Пять, ... четыре, ... три, ... — начал он обратный отсчёт.

На счёт пять спина полностью заросла серой плёнкой.

На счёт четыре руки и ноги приобрели обычный размер.

На счёт три появились пальцы.

— Два...

На счёт два Сергей перевернулся на спину и сел.

— Один...

— Пошли вон, — голос Сергея звучал хрипло, но он всё же говорил. — Я ещё не закончил!

Сергей встал. Выглядел он, мягко говоря, не очень.

«Он всё же разобрался с биометом!»

«В таком случае нам конец. Спасибо, Рики, что была со мной. Это были лучшие дни моей жизни!»

«Я люблю тебя, Миша!»

Ответить Сергей мне не дал. Он мгновенно ощетинился, как дикобраз, иглами. Серыми, блестящими. Они прошли через защитный покров, будто его и не было, просто впитав его, и проткнули моё тело одновременно в десятке мест. Биомет, мать его.

Боль!.. Тело взорвалось нестерпимой болью. Грудь, живот, руки, ноги! Никогда бы не подумал, что может быть настолько больно!

Рефлекторно, уже теряя сознание, я схватился за эти иглы руками, чтобы не упасть.

И в этот момент Рики закричала.

Вся доступная мана, сколько её было в Источнике и в кольце, выплеснулась через этот её крик. Электрический разряд между моими руками, не задевая меня, нашёл самый лучший проводник, который был поблизости.

Биомет.

Позже Вадим мне объяснит, что биомет очень хорошо проводит электричество, но всё же не так, как металл. У него довольно высокое сопротивление. А сейчас мне оставалось лишь смотреть, как уникальный доспех плавится в этой дуговой печи, расплёскивается, как сгорает плоть и кипит кровь Сергея.

Мне тоже досталось. Но те куски игл, которые были во мне – так во мне и остались, где-то обломившись, где-то расплавившись у основания. Брызги биомета оставили ожоги и на мне, а руки и вовсе... Но в тот момент ничего этого я уже не чувствовал, потому что наконец-то потерял сознание.

Приходил в себя я медленно и мучительно. Ничего не болело, мучения доставляла как раз скорость, с которой возвращалось сознание. Потом кто-то посветил

в глаз, и я зажмурился.

«Рики...»

«Меня нет...»

«Мы живы или умерли?»

«Отстань...»





«Ты точно жива. Про себя пока не уверен».

Ответа не последовало, Рики уснула. Я, недолго думая, последовал её примеру.

В следующий раз я просто проснулся. Обыкновенно. Открыл глаза в светлой больничной палате. Осмотрелся. Две кровати, моя со всех сторон обставлена всякими приборами, а вокруг второй ничего. Но там тоже кто-то спит.

Хотелось в туалет. Кажется, от этого я и проснулся.

Оторвал от себя какие-то датчики на присосках и прищепках. Приборы недовольно запищали, и разбудили второго пациента.

— Марика?

— Проснулся! — уставилась она на меня так, будто первый раз видела. — Миша проснулся!

С радостным воплем она сперва ринулась обнимать меня, а потом выскочила в коридор.

«Чего это она, Миша?»

«А я почём знаю? Я как бы тоже спал. Ты как?»

«Как заново родилась... так это, кажется, говорится?»

«Дааа, и правда! — я от души, с хрустом, потянулся и встал с кровати. — Именно так. Но в туалет хочется, как будто вечность ждал!»

В палате обнаружился отдельный туалет, где я и закрылся.

— Только что здесь был! — о, а вот и Марика.

— Молодой человек, — старушечий голос с нотками веселья донёсся из палаты, — порадуйте нас своими успехами!

— А это что, надо было в баночку? — ответил я. — Простите! Сейчас руки вымою и я в Вашем распоряжении!

Закончив с умыванием... хмм, надо ногти подстричь... я вышел из туалета в палату.

— Здравствуйте, — обрадовался я знакомой старушке-целительнице, как родной, — только простите, нас так и не представили.

— Маргарита Николаевна, — та улыбнулась. — Раз Вы, молодой человек, вспомнили про этикет, значит, совершенно здоровы.

— Чувствую себя великолепно! Долго я спал?

Маргарита Николаевна сразу стала серьёзной.

— Вы пробыли в коме две недели, только вчера кома сменилась обычным сном. Откровенно говоря, мы уже начали терять надежду.

Я на всякий случай присел на краешек кровати.

— А Сергей? Катя? Чем вообще всё закончилось?

— Миша, ты победил, — вмешалась Марика. — Сергей не выжил, когда вас друг от друга взрывом отбросило, спасать уже некого было. То, что осталось, похоронили в закрытом гробу.

— Взрыв не помню... А Катя?

— Мы тоже подумали, что ты сознание потерял раньше. Катя в соседней палате. Она тоже две недели в коме пролежала, и пришла в себя одновременно с тобой. Какое-то чудо!

— Скажешь тоже, чудо! — хмыкнул я. — Эта идиотка сама себя прокляла. Сергей знал, что если убьёт меня, то и его дочь погибнет.

— Миша, что с твоими способностями? — спросила Марика с видом опытного врача. — Можешь огонь создать?

Я молча выставил вверх указательный палец и создал над ним огонёк, как у зажигалки, который также молча задул.

— Хорошо, молодой человек, очень хорошо, — кивнула Маргарита Николаевна. — Мне надо также оценить состояние Вашей спутницы. Она может сама мне ответить?

Я вылупился на неё, открыв рот.

«Она что, про меня?»

«Но откуда???»

— Миша, мы всё знаем, — взяла меня за руку Марика. — Все мы. И поклялись хранить это в тайне. И про Рики, и про Аврору.

— Понятно, — я кивнул. — Наверное, я много пропустил?

— Не так уж чтобы очень. Я вот на практике у Маргариты Николаевны, до поступления в Академию. И тоже на второй курс! Давай, выпускай Рики.

«Рики, тук-тук-тук, выходи!»

— Да я и не взаперти, — ответила Рики, которой я передал контроль над телом. — Но у нас с Мишей свои правила. Приятно познакомиться!