Страница 46 из 59
К счастью, до их отъезда двенадцатого февраля ничего особенного не произошло, и Алексей смог вырваться. Шоу было запланировано на следующий день, четырнадцатого вся компания решила устроить себе большую экскурсию по Риму, пятнадцатого смотаться в Пизу и вернуться домой на следующий день. Сначала хотели в день Святого Валентина устроить себе праздничный расслабон с кофейнями, барами и ужином в каком-нибудь приличном ресторане, но за две недели до отъезда Татьяна, лучшая Машина подруга (та самая, чья мама — профессор МГИМО), узнав о поездке, настоятельно советовала взять экскурсию у их знакомой, которая уже много лет водит туристов по Риму. Причём рассказывала о ней настолько ярко и увлекательно, что Маша сразу прониклась и уговорила всех остальных поменять планы.
И Людмила действительно оказалась не просто отличным экскурсоводом, а Экскурсоводом. Именно так — с большой буквы. Если бы гидам вручали «туристические Оскары», она была бы обладательницей почетного трофея неоднократно. После экскурсии оставалось только подписаться под каждым словом, написанным на титульной странице её сайта: «Странно оказаться в этом городе, где под ногами оживают легенды и тихо следуют за вами, заманивая в храмы и музеи. Здесь, в тишине, они способны навсегда украсть ваше сердце и приковать вечной любовью к Вечному городу»[30].
Уже на середине экскурсии вся компания, совершенно очарованная и гидом, и городом одновременно, начала упрашивать Людмилу завтра «сгонять», как выразилась Маша, вместе с ними в Пизу.
— Ха! — воскликнула Люда то ли с иронией, то ли с обидой, — теперь, чтобы туда попасть, надо тратить на дорогу часа на три-четыре больше. Туда и обратно, я имею ввиду. И всё из-за вашего клипа, — она с напускной строгостью погрозила Виктору с Машей пальцем. — Туристов даже сейчас уже столько, что на въезде и выезде можно угодить в приличную пробку. Тамошние власти сначала радовались наплыву гостей, но потом за голову схватились. Что будет летом, даже представить сложно.
— Ну, пробки для нас — не проблема. Мы вертолёт арендовали. — сообщила Маша. — Звёзды мы в конце концов, или не звёзды? — похвастаться у неё получилось совсем не высокомерно, наоборот, она словно извинилась за что-то, недоступное остальным.
— О! Тогда — летим, — с воодушевлением согласилась Людмила, — давно мечтала полетать на вертолёте.
Когда экскурсия, к всеобщему сожалению, подошла к концу, Виктор попросил посоветовать приличный ресторан, где можно хорошо провести вечер.
— А давайте я вас отвезу в одну пиццерию. Ручаюсь, такой пиццы, как там, вы не попробуете больше нигде. Туда приезжают только профессиональные пиццееды. Туристов там практически не бывает. Разве что вот такие, как я, гостей привозят. Правда, она не в самом Риме, если мерить московскими мерками — то примерно в Химках.
— Едем! — дружно решили уже порядком проголодавшиеся москвичи, даже не подумавшие усомниться в рекомендации Людочки, как её стала называть даже Маша.
Когда приехали на место, поздороваться с ними вышел сам хозяин, не первый год знакомый с Людмилой. Этому, естественно, никто и не подумал удивляться. Приглядевшись к Маше с Виктором, он развёл руками и посетовал, что сделать Пизанскую башню из пиццы у него никак не получится. Когда все отсмеялись, он добавил:
— Но будет даже вкуснее, чем у Бадди Валастро. Потому что он не умеет готовить пиццу, — чем вызвал новый приступ безудержного веселья.
Вчерашнее шоу шло практически в прямом эфире. Естественно, за тот час, что оно длилось, изготовить такой сложный торт было невозможно. Да ещё такой огромный. Поэтому во время рекламных пауз все просто переходили от одной заготовки к другой. И каждое следующее включение камеры показывало уже итоговый результат каждого из этапов: выпекания коржей, сооружения каркаса, сборку, украшение. Вместо «вишенки» на торте были марципановые фигурки Пиноккио и Чиполлино…
Усевшись наконец за стол, занялись весьма непростым делом — выбором пиццы. Непростым это дело было по очень простой причине — там было почти пятьдесят видов: мясные, рыбные, овощные, комбинированные и даже десертные. Алексей же сосредоточенно изучал винную карту. Наконец все выбрали и сделали заказ. Правда, перед этим Людмила посоветовала взять «домашнее» вино, сказав, что именно оно лучше всего подойдёт именно к пицце, чем вызвала у Арсентьева вздох разочарования от бесполезно проделанной работы.
Когда официант, записав семь видов пиццы, продиктованных Руденко, повернулся к Люде, она, не заглядывая в меню, продиктовала ещё столько же других. Переждав недоумённые возгласы, пояснила с улыбкой:
— Иначе пришлось бы делать ещё один заказ. Да и то не факт, что не придётся.
Через два часа, с безмерным удивлением глядя на груду пустых тарелок, на три пустых литровых кувшина и четвёртый, в котором оставалось на донышке, Наталья чуть заплетающимся языком пробормотала:
— Не знаю, как вы, а я решительно не понимаю, как всё это в нас поместилось. Особенно в меня. Знаете, Людочка, я всегда верила в добрых волшебниц, но никогда не думала, что встречусь с кем-то из них.
Остальные только одобрительно промычали что-то нечленораздельное, поскольку сил на более осмысленное выражение благодарности ни у кого не осталось.
— Это не я, — ответила Людмила, чуть смущенно улыбаясь, — это страна такая. Вам ещё обязательно надо приехать сюда в начале лета. Я отвезу вас в одно место, которое называют ароматным раем. Это окрестности озера Неми. Столько земляники, клубники, голубики и других ягод вы не увидите нигде в мире[31]. Особенно земляники. А какая там ювелирка из живых ягод! Как землянику сохраняют в натуральном виде в серёжках, кулонах, подвесках и ожерельях, я до сих пор не понимаю, хотя мне рассказывали это десятки раз.
А ещё я знаю одну небольшую гостиницу, примерно на полпути между Римом и Неаполем, про которую я, даже если бы очень сильно захотела придраться, не смогу сказать ни одного плохого слова.
— Может ну её, эту Москву? Останемся до лета? Прямо здесь, — нашел в себе силы пошутить Виктор.
— Да, хорошо бы, — поддержала его Маша, тяжело отдуваясь — но нас Пиза завтра ждёт. И этот Серджио неугомонный.
Синьор Гуерра ждал их на площади Чудес не один. С ним вместе было полдюжины человек, профессиональную принадлежность которых можно было определить с первого взгляда. Куртки, костюмы и рубашки на мужчинах, пальто, брючные костюмы и блузки на женщинах, обувь, шарфы, береты и шляпки, сумки и сумочки, солнцезащитные очки, перчатки, всё это пестрело логотипами известных Домов Моды. Армани, Версаче и Прада, с которыми договаривался ушлый журналист, прислали по паре своих сотрудников для согласования места и времени фотосессии Виктора и Маши в нарядах этих брендов. Кроме них Серджио притащил и собственного фотографа. Упускать возможность получить профессиональные снимки на фоне настоящей Башни никто не стал, и после перекуса в ближайшем кафе немолодой фотограф, которого звали совсем не по-итальянски — Стив, мучил их примерно час и вместе, и по отдельности.
С представителями высокой моды договорились о приезде в середине июня. Те сначала сильно кривились от такого длинного ожидания, намекая, что интерес к клипу может иссякнуть, и надо действовать по принципу: «куй железо, не отходя от кассы»[32]. Людмила, взявшая на себя роль переводчика (не у всех английский оказался на уровне, достаточном для обсуждения тонкостей), именно так и перевела какую-то итальянскую пословицу. Видимо, итальянцы в своей поговорке ничего смешного не видели, поэтому с удивлением поинтересовались причиной дружного хихиканья.
— Если хотите работать с русскими, надо не только Феллини и Антониони восхищаться, но и советскую киноклассику знать, — снисходительно бросила Маша.
30
Очень надеюсь, что такие люди, как Людмила Дорошенко есть в любой реальности.
31
Такие места не могут не существовать везде, в любом мире, под любым небом
32
фраза из фильма «Бриллиантовая рука»