Страница 30 из 60
Заставив повторить нашу версию событий несколько раз, вдруг услышал в ответ:
— Расколют нас, волнуюсь я. Обязательно заметят.
— А ты жалуйся, что нас сегодня утром обворовали и надо жуликов ловить! Пусть думают, что волнуешься из-за ограбления. Ты же не знаешь, что дети губернатора погибли, и зачем вызвали на допрос, тоже не известно.
— Значит, они просто брат с сестрой? — вдруг выдал Витька.
— Не о том думаешь! Мы их ни разу не видели и ничего не знаем.
Минут через тридцать к нашему ларьку подошёл Колян в сопровождении ещё двух охранников и сказал:
— Пошли в кабинет к Витамину, к вам разговор есть.
— Сейчас, только товар в бокс уберём, — ответил я.
— Ничего не трогайте, ребята присмотрят. Не волнуйтесь, ни один артефакт не пропадёт, гарантирую.
Мы пошли следом за Коляном, а внутри у меня всё ликовало, что нас вызывают не по одному и ловить на разнице в показаниях не станут, но ошибся.
Когда мы зашли в административный ангар, сначала в кабинет директора запустили Витьку, а меня оставили посидеть на стульчике в коридоре. Из-за закрытой двери слышалось только монотонное бубнение, но содержания разговора разобрать не удавалось. Через десять минут мой напарник вышел из кабинета красный как рак, но хорошо хоть не ругался. Сидевший неподалёку Колян ухмыльнулся, но ничего не сказал. Следом пригласили заходить меня.
В кабинете рядом со столом директора в креслах с колёсиками сидели два неприметных мужика в скафандрах — те самые, которые утром проходили по рынку, пришлось сделать вид, что их не знаю. Один из них, с большими залысинами и длинными редкими волосами светло-рыжего цвета, сказал:
— Присаживайтесь, Владимир Иванович. Как ваш бизнес протекает?
Изобразив испуг, я спросил:
— А вы кто? Из налоговой? Нет у меня ничего такого, так как восемнадцати ещё не исполнилось. А здесь на каникулах, отдыхаю с одноклассником.
Лысоватый деланно рассмеялся:
— Нет, мы не из налоговой службы. Да и вообще не из государственных органов.
— А, ну, тогда пойду. До свидания.
Внезапно второй, более молодой, вскочил и перекрыл мне отступление к двери, а первый, противно улыбаясь, сказал, намеренно растягивая слова:
— Мы представляем очень влиятельных людей нашей области. В ваших же интересах с нами не ссориться, а то каникулы могут и закончиться. Садитесь!
Сев на стул, я уставился на Вениамина Сергеевича, но тот изображал вид, что занимается другими делами, а может, правда, выверял отчёты?
— Так как ваш бизнес продвигается?
— Вы нас с кем-то путаете! Гуляем по горам, изредка находим разные штуковины и продаём. Но все налоги платим!
— Это у вас называется иногда? Так, что на машине марки «универсал» вывозите?
— Да, нашли одно место, где много штуковин лежит. И что такого? Все так делают, что к нам прикопались?
— Что вы можете про этих людей сказать? — мой собеседник вдруг резко сменил тему и показал распечатанные на цветном принтере две фотографии вчерашних летунов.
Сделав вид, что приглядываюсь, изрёк:
— Девчонка симпатичная, а парень неприятный, рожа злая, наверняка преступник.
— Нас не интересует ваше мнение! Когда их последний раз видели?
— Минуту назад, как вы фотографии достали из потрфельчика.
Вдруг второй следователь с силой грохнул кулаком по столу и заорал:
— Отвечать по существу! Думаешь, если броню с четырьмя тысячами нацепил, на тебя управы не найдётся?
Я терпеть не стал и тоже повысил голос:
— А что вам вообще от нас надо?
— Почему подрались с компаньоном? Какую музыку вы ему включали?
И тогда меня понесло:
— Витька наябедничал? Моя машина, что хочу, то и врубаю, не его собачье дело указывать! И уж тем более не ваше.
— Где и когда познакомились с людьми на фотографиях?
— Нигде и никогда.
— Откуда их тогда знаете?
— Вы из портфельчика фотки достали и показали.
— А ваш компаньон говорит другое.
— Я не в курсе про всех его знакомых, может, там вообще Витькины родственники из какого-нибудь Барнаула изображены?
Пожилой следователь с залысинами снова взял инициативу на себя:
— Но ведь, когда увидели фотографии, вы узнали людей на них изображённых.
— Нет, ни разу не встречал. Если бы не сказали про родню моего напарника, ни за что не догадался.
— Откуда такой странный вывод?
— Если он их знает, значит, родственники, так как Витька ни с кем не дружит.
— Но вы же с ним друзья?
— Нет, просто приятели.
— А сюда с ним поехали?
— Да, он предложил, я согласился.
— Где вчера ходили, покажите на карте.
— Ага, щаз! Может, ещё и ключ от квартиры, где деньги лежат, принести? Читали такую книжку? Там ещё и про уши от мёртвого осла написано.
Молодой следователь снова вступил в игру:
— Откуда у вас десять щитов на прилавке, если у других продавцов их почти нет?
— Оттуда, в горах нашли.
— Кто на вас вчера напал? — перехватил инициативу пожилой.
— Один тип, несколько дней назад. Мы его Вениамину Сергеевичу сдали. Как звали и кто такой — не знаю.
— Почему же, очень даже известно. А почему вас «снайпером» называют?
— У меня второй спортивный разряд по стрельбе.
— Именно потому компаньон и пригласил вас?
— Не знаю.
— Но двух охранников вы с тысячи шестисот метров уничтожили?
— Повезло, они заряды для плазменной винтовки в разгрузке россыпью хранили.
— А что у вас в поясной сумке, будьте добры, высыпьте на стол.
Вздохнув, вывалил всё содержимое на самый краешек.
— Доминошки? А зачем вы их собираете?
— Нравятся, красивые.
— А что в тетрадочке?
— Записи мои, пытаюсь алфавит пришельцев расшифровать.
Пожилой следователь пролистал тетрадку и к своему неудовольствию убедился, что не вру.
— С какого расстояния вы вчера стреляли в летунов?
— Нападение произошло несколько дней назад, один человек с ярким щитом и мечом, в броне и на крыльях. А расстояние около пятидесяти метров. Он мне ещё крышу машины прорезал. Если не верите, можете посмотреть сами.
— Какой интересный артефактик, зарядка?
— Неопознанка.
— Зачем с собой носите?
— Хотел разобраться, как работает.
— А куски проволоки для чего?
— Мы из неё крючки делаем, чтобы товар развешивать.
— Винтовка у вас уникальная, говорят?
— Не знаю, мне нравится.
— Сколько снарядов потребуется, чтобы пробить тяжёлую броню?
— Те чудики, которых поисковики наняли, на своих боезапасах подорвались.
— Много вы уже зарядов израсходовали, и для каких целей?
— Можно подумать, я их считаю.
— А знаете, сколько лет тюрьмы дадут за владение таким оружием?
— Ноль. Раз ничего не видно, значит, и не существует.
— Когда вы вчера сбили в ущелье двух летунов, они ещё живые были?
— Да пошёл ты в жопу, козёл старый! Памяти ни хрена нет, а туда же лезешь расследовать. Говорят тебе, один напал, и не в ущелье, а на полевой дороге возле толкучки. Мы его живым сдали на руки охранникам.
Не думал, что молодой так хорошо драться умеет. Несколько ударов я заблокировал, а потом он сильно в шлем заехал. Витьке до такого уровня тренироваться ещё не один год.
И хоть у меня в голове ещё кружилось, но следователь меня рывком поднял с пола, усадив на стул:
— А теперь по минутам рассказывай вашу вчерашнюю поездку!
— У меня что, часы есть?
— Когда вы поехали в горы?
— Как наплыв покупателей схлынул, пообедали и сразу отправились.
— Дальше!
— Дорога кончилась, припарковались и пошли.
— Сколько часы в машине показывали?
— Да я за ними не слежу, ведь если клемму с аккумулятора снимаешь, они всё равно останавливаются.
— А смартфон сколько показывал?
— Он у меня в шкафчике хранится.
— Пошли в горы, на сколько километров углубились?
— Понятия не имею. На машине счётчик есть, а у скафандра нет. И одно дело по дороге идти, а другое по горам.