Страница 23 из 65
Вывел из корабля нашу грузо-пассажирскую платформу и загнал на неё всех. Тут же рванули в клинику, где когда-то Линда трудилась. Там надолго не задержались. Линду ещё помнили, так что все процедуры с детьми провели моментально. Пол часа и у нас на руках четыре карты ФПИ на всех детей. Оттуда отправились в администрацию станции. Там тоже всё прошло довольно быстро. Предъявили свои и детские карты ФПИ и в детские карты внесли отметки о гражданстве. С Анной вообще без проблем, а вот насчёт других детей какой-то клерк побурчал, что мамашам вообще тоже не мешало бы сменить гражданство. Правда, на моё замечание, что мы мол не против, так что давай, приступай, меняй им граждаство на королевское, он выпучил глаза и с минуту не мог понять, что от него хотят.
— Ладно, парень, не напрягайся, — успокоил я его, — шучу я так. Сам собираюсь заняться сменой гражданства у своих жён, но руки никак не доходят.
Он тут же начал объяснять что и как надо делать, куда писать и через кого. Минут 15 голову нам морочил, но наконец угомонился и мы покинули административное здание. Всё, главное сделали, теперь в любой момент можем улетать. Это не значит, что мы так вот возьмём и улетим. Нет уж, поживём тут немного.
Вернулись в док. Жилой модуль был законсервирован и его решили не трогать. Да и не поместились бы мы все там. Покупать и устанавливать ещё один смысла нет. Не понятно, насколько мы тут задержимся. Решил, что и в корабле пожить сможем. Но тут же поменял своё решение. Жёны решили устроить девичник. Ну, как же, а похвастаться перед своими землячками? А в корабль пускать посторонних я категорически запретил. Ну, если им так хочется, пусть сами и возятся. Вспомнят свою старую специальность, слава богу, все техники. Правда, нам с Анной пришлось поработать няньками. Ничего, справились. И они тоже — через пару часов жилой блок был готов к проживанию. Линда с Эммой взяли платформу и подорвались в магазин. Через час вернулись с кучей коробок. Пошёл посмотрел. Ни фига себе, вина аж шесть коробок. В каждой по 12 бутылок.
— Вы это чего, обалдели что ли?
— Да успокойся ты. Мы же не собираемся всё сразу выпить. На склад пойдёт, вино-то хорошее.
— Ещё бы было плохим, по 50 кредитов за бутылку.
— Да ладно тебе. Что ж нам кислятиной давиться?
— Ладно, смотрите сами, взрослые девочки уже. Только про детей не забывайте.
— А ты разве не посидишь с детьми?
— Я вечером с Гором встречаюсь и когда освобожусь не знаю.
— Ну да, ну да. После ресторана в бордель заглянешь, да? Мало тебе нас?
— Да не собираюсь я в бордель. После ресторана сразу домой. Но когда буду, точно сказать не могу. Так что вы не особо с вином усердствуйте, до моего возвращения, во всяком случае.
— Ладно, но постарайся вернуться пораньше.
— Попробую, но обещать ничего не буду.
Вот так. Кайф я им, конечно, обломал. А что? Я первый с Гором договорился о встрече. Но посмотрим, может и в самом деле пораньше вернусь. Пусть уж оторвутся как следует.
После обеда девчонки перебирали свои наряды, готовясь к встрече со своими давними подружками. И постоянно меня дергали, жалуясь, что им нечего надеть. Намекая, что не плохо бы до какого торгового центра съездить.
— Линда, вы обалдели что ли? Да только на прошлой станции вы две платформы барахла на корабль притащили.
— Там были в основном детские вещи.
— А до этого? На каждой станции тряпками обзаводитесь и нечего одеть?
— У нас почти все вещи дома остались, на острове.
— Ваши проблемы. Вы прекрасно знали, куда мы летим, могли и прихватить свои наряды. Вы их для чего покупаете, по лесу дефилировать? Что-то я ни разу никого из вас в лесу в вечернем платье не видел. Никуда не поеду и вас одних не пущу. Пока все свои тряпки до дыр не сносите, ничего больше покупать не разрешу.
— Геор, хватит уж. Чего завёлся? Никуда мы не собираемся, так, пошутили просто.
И она подхватив своих компаньонок быстренько слиняла. Правильно, а то ведь я в сердцах могу и какую гадость придумать и потом буду стоять на своём, даже если и не совсем прав. Что есть, то есть, знаю за собой такой грех, грех упрямства. И она знает. Потому и свинтила, пока я совсем не распалился. Хотя, и в самом деле, чего я завёлся-то? Ну покупают они эти тряпки постоянно и что, обеднею что ли? Тем более, тратят они свои, у меня денег не просят. Доставляет им это удовольствие и слава богу, хоть чем-то могут себя порадовать. Пусть их. Просто с детьми сидеть не хочется, пока они по магазинам ошалаться будут. Это да, что есть, то есть. Дети, конечно, мои и я их люблю, но когда они все трое орать начинают, то хоть сам плач. А орут они частенько. Одному что не понравится, заорёт, остальные тут же подхватывают. Так-то девчонки их сразу по разным комнатам растаскивают и они успокаиваются, а если я один с ними остаюсь, как я их растащу? Правда, я с ними один ещё и не оставался, надолго, во всяком случае, но не особо и хочется. Не фига, пусть мамы с ними и возятся. Вот подрастут, тогда и я ими займусь.
Из дома удрал пораньше, пока жёны ещё чего не придумали. По пути связался с Гором и передал ему, что выдвигаюсь. Он обещал ждать меня уже на месте. Ну, да, он то живёт рядом, это мне из промзоны пилить. И в самом деле, только зашёл в ресторан, как увидел Гора, уже поджидавшего меня. Обнядись, постучали друг друга по спине. Вообще то, здесь такое проявление чувств не приветствуется, но Гор это от меня перенял. Хоть на нормального человека стал похож. А то у других всегда морда крпичом и только когда напьются, то хоть какие-то чувства проявлять начинают. Может так и надо, не знаю, я то к другому привык. Если что не нравится, то так об этом и говорю, если человек дурак, то у меня не заржавеет, сразу ему это выложу, если приставать начинает, если умный, то и об этом сообщаю. Может потому и влипаю в разные истории. Хотя, давно уже никуда не влипал, ну так и с людьми я общаюсь в последнее время редко. Если не считать жён и детей, но они то для меня всегда будут самыми лучшими, самыми умными и вообще, самыми-самыми.