Страница 3 из 15
Выйдя из лифта, Элиз поспешила к выходу из дома, не давая себя обогнать. Юноша шел по пятам и даже не думал отставать от неё. Направившись прямиком к закусочной, Элиз буквально ощущала своего преследователя за спиной. И только когда она вошла в закусочную и, обернувшись, посмотрела через стеклянную дверь, поняла, что никто её не преследовал и юноша пошел дальше по своим делам, с ней не связанными. Что это с ней такое сегодня с утра? Пора брать себя в руки.
Элиз увидела перед собой небольшую очередь. Людей было немного, но, так как они стояли на расстоянии двух метров друг от друга, очередь начиналась от прилавка и заканчивалась возле входной двери, аккурат перед ней. Делать нечего, пришлось встать в очередь и терпеливо ждать. Хорошо, что не на улице. Худо-бедно, но очередь двигалась и пришел черед Элиз делать заказ. Решив для себя, что она хотела бы купить, Элиз опустила взгляд с большого табло-меню на кассира, и ей бросилось в глаза небольшое объявление, что стояло на стойке перед кассиром. Объявление гласило: «В связи с поломкой терминала безналичная оплата невозможна. Приносим свои глубокие извинения.» Все мысли словно выдуло в миг из головы. Все, кроме одной: «А у меня наличные-то есть?»
– Извините. Одну минуту, – извинилась Элиз и быстро открыв сумочку стала судорожно искать кошелёк.
Найдя его и не обнаружив внутри денег, она расстроилась и спросив о ближайшем банковском отделении уступила своё место в очереди. На её счастье, ближайшее отделение банка было в пяти минутах ходьбы. Быстро найдя старинное красивое здание, где расположился банк, она потянула на себя большую тяжёлую дверь и вошла внутрь. Направившись в сторону аппаратов, выдающих наличные деньги Элиз увидела, что и к ним стоит очередь. Увидев же на терминале оплаты счетов объявление о том, что терминал не работает, она остановилась, так как вспомнила о неоплаченном счёте, что она носила в своей сумочке второй день. Счёт был на кроссовки, найденные в интернете – ярко-красные, качественная отделка, ограниченный тираж. И предоплата, конечно же. Очень не хотелось упускать шанс приобрести эту обувь. И шёл уже второй день из пяти отпущенных на оплату. Развернувшись, Элиз направилась в сторону стоек, за которыми работники банка обслуживали клиентов. К каждой из стоек тянулась очередь. Выбрав ту, что покороче, она встала за пожилой дамой с белоснежной копной волос, опиравшейся на тёмную лакированную деревянную трость.
Тут в отделение банка ввалилась небольшая компания молодых людей бурно и достаточно громко что-то обсуждавшая. Шум привлёк внимание, как посетителей банка, так и его работников. Наконец к компании подошел один из работников банка и попросил вести себя тише. Молодые люди извинились и замолчали. Молчали они не долго. Через некоторое время они вновь стали переговариваться, но на сей раз шёпотом, и что-то их веселило.
Хоть очередь и продвигалась достаточно быстро, но вгрызающийся в стенки желудка голод делал ожидание для Элиз мучительным. И вот, наконец, очередь почти дошла до Элиз. Подойдя к стойке, пожилая дама, которая стояла перед ней, поздоровалась с молодым служащим банка, медленно проговаривая слова, будто она тщательно продумывала каждое слово.
– Чем могу быть Вам полезен? – спросил служащий, лицо которого выражало сдержанное превосходство и неудовольствие, что придётся иметь дело с таким клиентом.
– Я хочу снять деньги, – ответила дама и передала ему свою карточку.
– Какую сумму Вы желаете снять? – поинтересовался служащий, беря её карту в руки и вставляя в прорезь считывателя магнитных карт.
– 20 крон, будьте добры, – ответила дама, добродушно улыбаясь ему.
– Мы не выдаём сумму менее 200 крон. Вы можете снять 20 крон в наших аппаратах, что стоят там, – служащий указал пальцем на стоящие недалеко от входа аппараты и терминалы и вытащив из считывателя карту протянул её ей.
Озадачено охнув, дама медленно повернула голову туда, куда ей указал служащий и увидев не только аппараты выдачи денег, но и очередь к ним, задумалась на секунду и медленно повернувшись к служащему, не беря в руки свою карту, сказала:
– Но там такая очередь, а я уже стою перед Вами.
– Извините, но таковы правила банка. Я ничем не могу Вам помочь. Пожалуйста, освободите место – за Вами очередь, – служащий стал смотреть поверх её головы на Элиз.
Очередь же наблюдала за происходящим, ожидая, чем всё закончится. Кто-то следил за этим с равнодушием, кто-то с раздражением, кто-то с сочувствием. Молодую компанию это явно забавляло, и они весело перешептывались. Подумав ещё пару секунд, пожилая дама обратилась к служащему с новой просьбой:
– Тогда, я бы хотела снять все деньги со своего счёта.
– Все деньги? – удивился служащий.
– Да. Сколько там у меня?
Он вновь вставил карту в считыватель и посмотрев на экран монитора ответил:
– У Вас на счету 196 тысяч 500 крон.
– Хорошо, – сказала дама, – Я хочу снять все деньги.
Обескураженный такой просьбой, служащий даже вспотел.
– Но, мы не можем Вам выдать такую сумму так просто. Вы должны назначить время, к которому банк подготовит Ваши деньги. Только тогда Вы сможете прийти и забрать такую сумму.
Подумав несколько секунд, дама, медленно проговаривая слова, спросила:
– А сколько Вы сможете мне выдать наличными прямо сейчас?
– Прямо сейчас я могу Вам выдать 35 тысяч крон, – ответил служащий.
– Хорошо, выдайте мне их, – попросила дама.
Вздохнув, служащий банка направился в специальную комнату, где в течение десяти минут отсчитывал 35 тысяч крон купюрами разного номинала. Вернувшись, он перед дамой ещё раз пересчитал деньги и придвинул к ней.
– Пожалуйста. 35 тысяч крон. Что-нибудь ещё?
Дама взглянула на стопки денег перед собой. Затем взяла из стопки с двадцати-кроновыми банкнотами одну и придвинув всё остальное к служащему банка ответила:
– Я бы хотела положить эти деньги на свой счёт.
Повисла тишина. Служащий банка смотрел на клиентку, не в силах вымолвить ни единого слова. Спустя несколько секунд компания молодых людей разразилась громким хохотом. Вслед за ней стала смеяться вся очередь. Служащему было не смешно. Служащий ощущал себя полным дураком.
Оплатив счёт и заодно сняв наличные деньги для закусочной, Элиз вышла из банка улыбаясь. Она снова и снова вспоминала произошедшее в банке и служащего банка, и ей становилось каждый раз весело. Господи, какое у него было лицо! Элиз направилась опять к закусочной чтобы, наконец, позавтракать. Ещё раз отстояв очередь, Элиз заняла свободный столик на улице. Теперь можно было утолить и голод, и жажду, присоединившуюся к нему. Она начала есть с интересом посматривая по сторонам. То там, то тут сидели люди за столиками и тоже завтракали: кто в одиночестве, а кто и целым семейством. На общем фоне одинаковых, таких привычных лиц выделялась группа туристов, судя по всему, из Китая. Азиаты вели себя шумно и беспокойно. Некоторые из них нет-нет да и вскочат с фотоаппаратом в руках, чтобы сделать снимок то их группы, то прохожих, а то и какого-либо здания. Настроение Элиз вдруг начало портится. Причину она ещё не осознала. И тут до неё дошло – это нарастающая головная боль. Поставив на колени свою сумочку, Элиз расстегнула замок и стала копаться внутри в поисках таблеток от боли. Но таблеток не оказалось и, быстро покончив с завтраком, Элиз поспешила к аптеке, надо было купить как можно скорее лекарство от головной боли, до того, как боль начнёт вгрызаться в мозг, распространившись по всей его поверхности, и в глаза. По опыту зная, что будет дальше, Элиз, действительно, спешила.
Положив лекарство в рот и запив его бесплатной водой из ёмкости в аптеке, Элиз решила пройтись по магазинам и купить себе что-нибудь для души. Она любила ходить по магазинам, всякие мелочи радовали её. Приятно было сначала посмотреть на вещь, потом потрогать её, представить себе, как бы она смотрелась в доме или на ней самой. Когда в одном из магазинов, стоя у стеллажа с тёмными очками, она вертела в руках и примеряла новые очки для предстоящего лета, ей позвонил её коллега по музыкальной группе Николас, и они условились встретиться у неё дома, чтобы поработать над текстом песен для нового музыкального альбома. Сегодня больше никто не мог приехать для мозгового штурма, и день обещал быть достаточно тихим. Николас был человеком достаточно спокойным и не особенно поддерживал Элиз в её авантюризме, особенно в их компании.