Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 60 из 81

Павел Григорьевич вспомнил: действительно, загорелись ребята a красным уголком, особенно после того, как познакомились в больнице с тем раненым студентом. А потом они уже сами вызвались разыскать пропавших мальцов - это было после того, как в штаб прибежали те заплаканные, измученные женщины и рассказали, что творится у них дома. И каждый раз при этом ребята волновались, горячились и не считали потраченное время.

Так в чем же дело? Неужели прав Огнев? Неужели главное во всех этих случаях - риск, опасность, поиски? Нет. Что-то другое, куда большее, двигало ими, хотя они и сами, наверное, не осознавали это.

Что же именно?

И вдруг мелькнула догадка. Ну, конечно! Как же он раньше этого не понимал?

У Павла Григорьевича даже чуть-чуть порозовели от волнения скулы, и он машинально потянулся к лежавшим на столе папиросам.

– Не в том дело, - резко произнес он.

Огнев, угадав его состояние, с удивлением посмотрел на Артамонова. Всегда спокойный, выдержанный, Павел Григорьевич сейчас действительно волновался, хотя внешне это выразилось в таких малоприметных деталях, что заметить их мог только опытный глаз Огнева.

– И тебя проняло. Ну, давай излагай, - сказал он.

Артамонов между тем уже справился с охватившим его волнением и заговорил своим обычным невозмутимым тоном, но слова его были необычны, ибо они отражали чувства, которые неожиданно пробудились в нем. И эти слова тоже удивили Огнева, так несвойственны они были Павлу Григорьевичу.

– Видишь ли, - не спеша заговорил он, - любая человеческая беда, любое человеческое горе всегда вызывает отклик в людском сердце, если оно, конечно, открыто добру. Ну, а если эту беду, это горе причинили какие-то люди, то появляется еще и злость и желание наказать таких людей. Так вот, разгромленный красный уголок, раненый парень в больнице это именно такая беда. Пропавшие ребятишки, их заплаканные матери и неустроенные семьи - это именно такое горе. И наши хлопцы не могли не откликнуться на все это. Будь спокоен, они не сыщики, и не так уж их увлекают сами поиски, сами опасности. Они просто добрые и хорошие хлопцы и идут на что угодно, чтобы помочь людям. Вот в этом и главная причина их азарта, их беспокойства и их хороших дел. В этом, я тебе доложу, и главный смысл нашей работы. Понятно тебе? Мне, например, уже понятно.

Артамонов положил на стол пачку папирос, которую все это время вертел в руках.

– Все верно, - задумчиво согласился Огнев, потом упрямо тряхнул головой, - но к этому все-таки надо приложить и риск, и опасность, и разгадку чего-то.

Павел Григорьевич усмехнулся.

– Приложить - да. Но это, повторяю, не главное. А что касается тех рапортов и сводок, то тут, брат...

Он не успел закончить. В комнату вошли Николай Вехов и Коля Маленький.

– Не пришел еще? - спросил Николай, подходя к Артамонову.

Павел Григорьевич взглянул на часы и озабоченно покачал головой.

– М-да, четыре. А занятия в школе в половине второго кончаются. Что бы это могло значить?

В это время Коля Маленький о чем-то допытывался у Огнева. И тот, наконец, ответил:

– Магазин этот нашли. Да жаль, поздно.

– Это как понять? Ну, не тяните душу, Алексей Иванович! Кажется, народ здесь свой. Доверять можно.

– Конечно, можно, - улыбнулся Огнев. - Так вот, сегодня я еще раз с Федором толковал. Ночью-то он пьяный был, да и я спешил. Оказывается, общий наш знакомый магазин ограбил и... - он вздохнул, - сторожа убил.

– Убил?!

– Да. А путь к нему пока только один - через того самого Уксуса. А к Уксусу - через ваших ребят, вернее - через Блохина Витьку. А его-то вот и нет.

Огнев досадливо махнул рукой.

– Нет, так будет! - воскликнул Коля Маленький. - Чтоб я не родился!

Артамонов озабоченно сказал:

– Наверное, в школе что-то случилось. Родителей мы предупредили.

– А как узнать? - спросил Огнев,

– В школу надо позвонить, - ответил Николай. - Ольгу Ивановну, их классного руководителя, вызвать, или еще там учитель есть, Игорь Афанасьевич.

Коля Маленький весело отозвался:

– Его, его! Это такой старик, обсмеешься!

– Почему обсмеешься? Старик что надо, - возразил Николай и, обращаясь к Артамонову, добавил: - Он Витьку Блохина хорошо знает и с нами дома у него был. С дедом его, знаете, какие разговоры о воспитании вел? Заслушаешься!

Артамонов позвонил в школу, но никого из учителей там уже не было.

Когда Игорь Афанасьевич возвратился домой, он с удивлением обнаружил, что жена и дочь тоже дома и обедать собираются вместе с ним.

– Ну, знаете... не ожидал... - обрадованно заявил он, Усаживаясь к столу и по старой привычке засовывая салфетку за ворот. - За последние дни просто одичал. Мы же, например, с дочкой и двух слов не сказали.

– Очень много работы в библиотеке, - вздохнула Маша.

Лицо Игоря Афанасьевича неожиданно приобрело тревожное выражение, и он взволнованно сказал:

– Ты вообще преступно относишься к своему здоровью. Когда ты, наконец, пойдешь к врачу? У тебя слабые легкие, больное сердце, повышенная утомляемость. И целый день без воздуха! Надо что-то предпринимать в конце концов! Я просто не знаю, чем это все может кончиться... Ты окончательно погубишь здоровье и тогда...

– Папочка, оставь Машу в покое, - вмешалась Софья Борисовна, худенькая, энергичная и жизнерадостная женщина лет сорока пяти. - Она вполне здорова и заболеть может только от твоих причитаний.

– Сколько раз я тебе говорил! - вскипел Игорь Афанасьевич. - Во-первых, я тебе не папочка, я ей папочка! - и он ложкой указал на Машу. - Во-вторых, это не причитания. Вы обе абсолютно неразумны. Думаешь, ты очень здоровый человек? А печень?

– А! - беззаботно махнула рукой Софья Борисовна. - Подумаешь, печень!

Игорь Афанасьевич пожал плечами и развел руками.

– Ну, знаете!.. Это просто ужасно! Живу среди каких-то... каких-то варваров!

По многолетнему своему опыту Софья Борисовна поняла, что надо срочно переводить разговор на другую тему, иначе обед будет сорван.

– Папочка, - ласково и кротко сказала она, - ты бы лучше рассказал Маше о своем недавнем знакомстве. Ей это будет интересно.

С лица Игоря Афанасьевича мгновенно слетело выражение тревоги и негодования. Из-под очков разбежались к вискам лукавые морщинки. Он многозначительно поднял палец и с видом заговорщика подмигнул дочери.