Страница 10 из 16
Дура! Глупая девчонка, возомнившая, что знает людей, разбирается в них. Ничего подобного.
Открываю шкаф в надежде найти что-нибудь подходящее и снять это чертово платье, но тут все мужское. Наплевав на слова Тимура, достаю одну из его рубашек, швыряю на кровать. Долго пытаюсь снять с себя этот белоснежный наряд, от которого внутренности наизнанку выворачивает. Тошнит, черт возьми! Но мне удается это сделать. Напяливаю на себя одежду Тимура. Пусть орет сколько хочет. Пусть несет ерунду, но я не буду подчиняться ему, его словам. Не тут-то было. Сукин сын! Ты еще пожалеешь, что со мной связался!
Какое-то время сижу на подоконнике, разглядываю город. Хочется оказаться там, внизу, и дышать полной грудью. Но чувствую: Тимур еще долго будет держать меня тут. Есть у него какой-то план, который, даже не сомневаюсь, мне ни чуть не понравится. Ведь не просто так он меня сюда притащил.
Не помню, когда ложусь в кровать, как проваливаюсь в сон, но просыпаюсь от грохота. Такое ощущение, что Тимур ушел и напоследок хлопнул дверью.
– Катись к черту! – ворчу себе под нос.
Хочу снова провалиться в темноту и ничего не помнить, но совсем не получается. Разве голодный человек может спать? Не помню, когда ела последний раз.
Тяну время, ковыряясь в шкафу. Сама не понимаю, что хочу найти, но, быть может, есть старый телефон? Ага, да. Тимур настолько тупой, что оставил его для меня, чтобы я с родственниками поговорила, которых он ненавидит. Наивная…
Выхожу из комнаты. Невыносимо хочется пить. Еле нахожу стакан внутри огромных шкафов и заполняю его водой. Рука сама собой тянется к холодильнику.
– Сукин сын! – рычу от увиденного. Чего тут только нет. – Сукин ты сын!
Захлопываю со всей силы холодильник и иду обратно. Не буду я есть. Лучше с голоду помру.
Ворча себе под нос, хожу из угла в угол. Резко останавливаюсь у комнаты. Мое внимание снова привлекает фотография в рамке. Взяв ее в руки, присматриваюсь. Блондинка… Почему ты кажешься мне такой знакомой? Откуда я тебя знаю?
Время не идет. На улице темно, а Тимура все еще нет. Чувствую себя отвратительно, бессильно. Беспомощно! Матвея я никогда не боялась, но Тимур меня пугает. Потому что я даже не представляю, чего от него еще можно ждать.
Снова забираю рамку. Этот ребенок… Невинный малыш… Матвей, как ты мог? Как?! Зверь проклятый!
Вздрагиваю и кладу обратно, услышав очередной грохот. Тимур, кажется, вернулся. Он что, специально так шумит, да? Или всегда так ненормально себя ведет?
Не успеваю убежать в комнату, как мужчина оказывается в гостиной.
– Ты… – слышу в спину, плавно оборачиваюсь. – Какого черта ты… Мою одежду… – рычит сквозь зубы, швыряя пакеты на диван. Приближается и останавливается буквально в сантиметрах от меня. – Пошла и сняла это с себя! Живо!
– У меня нет одежды! Ты не понимаешь?! – автоматом протестую и сразу чувствую железную хватку на запястье.
– Мне плевать, – жестко, с ненавистью. – Голой ходи! Похрен. Сняла!
Меня начинает трясти от злости. Желание впиться в лицо этого гада ногтями не проходит ни на минуту. Часто дыша, пытаюсь стойко держаться на ногах, но не получается. Чувствую себя отвратительно. Голова кружится, а в глазах начинает темнеть. Подшатываюсь, еле успеваю упереться спиной в стену.
– Мляяя! – рычит Тимур, схватившись за мой локоть. – Решила умереть от голода? Нет, такого удовольствия ты не получишь. У меня на тебя большие планы, – как маленькую девочку, берет меня на руки и тащит в сторону кухни.
– Отпусти! Не трогай меня! – кричу.
Бью его куда попало, но он даже не реагирует. У меня просто не осталось сил с ним спорить…
– Сядь и заткнись! – рявкает, усаживая на стул.
– Не хочу! Оставь меня в покое!
На самом деле очень хочу есть. Желудок сводит, но видеть перед собой этого человека совсем не хочу. Я никогда не испытывала ненависти ни к кому так сильно, как к этому психу. Кроме Матвея, конечно. Но разница в том, что я знала, чего хочет добиться брат, какие цели преследует. А вот чего хочет от меня Тимур – я понятия не имею. И это выводит меня из себя.
– У меня нет времени с тобой нянчиться, Мирослава, – наклоняясь, жестко чеканит. – Сядь смирно и ешь то, что тебе дают. Не заставляй меня заталкивать тебе в рот еду силой. Поверь, тебе это совсем не понравится.
ГЛАВА 7
– Чего ты боишься? – шепнув себе под нос, я внимательно смотрю на девочку, которую нарисовала на листе бумаги А4. Если Тимур узнает, что я зашла в его кабинет и украла все необходимое для рисования, он меня наверняка начнет унижать, оскорблять. Накажет за непослушание. Но пусть делает что угодно. Эти две недели превратились в несколько бесконечных лет, ставших для меня настоящим адом. – Чего же?
Сны, не дающие мне покоя… Они теперь на бумаге. Девочка бежит, стараясь избавиться от мужчин. Они ее преследуют. Прекрасно знаю, что эта девчонка – я. Бегу от Матвея, не оглядываясь, но с другой стороны есть еще один человек. Тимур. И его я боюсь намного больше. В этом сне единственное, что меня волнует, мой страх. Я не боюсь за себя. Не боюсь за сестру или же за мать. Это что-то другое, чего я никак не могу понять.
– Черт возьми! Чего же? – на глаза наворачиваются слезы.
От бессилия и… беззащитности. Я безумно хочу выбраться отсюда и свалить как можно подальше, но не менее хочу узнать, чего я боюсь в своих снах. Меня убивает безысходность.
Тимур вот-вот придет. Я наизусть знаю, когда он появляется дома и когда уходит. Ничего не изменилось. Тот же жестокий, бесжалостный человек. Ему действительно до одного места моя судьба.
Стараюсь не вступать с ним в диалог и вообще не попадаться ему на глаза. Потому что не могу не ответить на его подкалывающие слова. Это приводит нас к конфликтам, а я безумно хочу спокойствия. Устала…
Голодной не остаюсь. Точнее, Тимур каждый день заставляет меня есть. Утром и ночью, когда он дома, так точно. Иногда у меня складывается такое впечатление, что в его квартире есть скрытая камера. Даже несколько! И он наблюдает за каждым моим шагом. Пыталась найти их, однако ничего подобного не нашла.
– На кухню! – раздается грубый баритон. Я вздрагиваю и быстро прячу рисунок за спину. Тимур прислоняется к косяку двери и внимательно смотрит на меня. Он заметил украденные мною бумагу и карандаш, валяющийся на кровати. Но почему-то молчит, и это меня удивляет. – Не расслышала? На кухню.
Он уходит, я же мысленно ругаю себя. Да, Тимур, я глухая, раз не расслышала, как ты хлопнул дверью, что делаешь каждый проклятый день, чтобы подействовать мне на нервы.
Прячу все под матрас, дабы он не увидел. Не спеша иду на кухню. Не ела с утра, да и аппетита особо нет. Однако Тимур сейчас заставит нажраться. Чертов грубиян! Самодовольный сукин сын! Ррррр!