Страница 362 из 458
Подруги переглянулись и рассмеялись.
— Не только из-за подвесок, но и их заодно выбрали, — Тания извлекла ювелирное изделие, сильно похожее на то, с которого в фильме Три мушкетёра миледи срезала две ленты, — Лучше бы спасибо сказал.
— Спасибо, только у нас даже в давние времена такое женщины лишь носили.
— У вас так, у нас эдак, — философски заметила Латана, — Подходи уже. Ты что, серьёзно хочешь, чтобы обо мне плохо думали?
Упрямиться и изображать из себя капризного ребёнка бывший спецназовец конечно не стал. И хоть наряжаться Новогодней ёлкой ему не нравилось, но раз надо, значит надо.
— А откуда посол Веска-то взялся? — спросил землянин, покорно позволяя подругам ходить вокруг него, определяя, какую побрякушку и куда ещё можно пристроить, — Королевства и империя вроде бы должны вести все политические и торговые дела через канцелярию Конгресса в Трине.
— Не обязательно, — Латана, склонив голову, подумала и прикрепила к правому рукаву графского камзола золотой булавкой медальон с алмазом в центре и мелкими рубинами вокруг, — Можно и напрямую с герцогствами налаживать отношения. Но в данном случае, как я подозреваю, посланник Хлорига вчера прибыл с вопросом династическим. Король Веска не только хочет со мной союза военного и политического, но и попытается решить вопрос династический. Придурка своего, младшего виконта Ямирона, мне в герцоги-консорты подсунуть. Могу, конечно, и ошибаться. Вот так хорошо. Скажи, Тания? — с удовольствием оглядела она друга.
Глядеться в зеркало — настоящее, из приарского стекла — Игорю не захотелось. Пусть и терзали его сомнения, что украшения на нём смотрятся также органично, как на корове седло, но раз подругам нравится, то и ладно.
Попутно Игорь решил вопрос, который пообещал баронету Фиру насчёт поиска менял и компромата на них. Правительница согласилась, долго не раздумывая. Латана была злопамятна, мстительна и жестока, но не упряма.
В Большой гостиной правительницу дожидались виконт Дин, хмурый по причине того, что не любил официальные обеды не меньше своего дяди Игоря, граф Майен, министр двора Парн и его супруга Эмиля, дворцовая управительница. Маленькую Игорину, видимо, оставили на руках у нянек.
Не хватало сейчас из старой компании друзей только Лойма, Кольта, Гильмы и комиссара Дильяна. Первый убыл на север часов пять назад, а остальным присутствовать на предстоящем застолье было не по статусу.
С некоторой долей зависти взглянув на графа Моснорского, на котором россыпь украшений смотрелась естественно, попаданец ему негромко сказал:
— Сядем рядом, поговорим.
— Есть о чём, — согласился Майен.
Из одиннадцати гирфельских владетелей графств на обеде во дворце правительницы присутствовали девять — графы Приарский, Моснорский, Кесп-Тилский, Кленский, Лиденский, Квиндский и правящие графини Чемезская и Оммарская.
Лойма не было сейчас по понятным причинам, а Тингера Варского Латана вызывать не стала, ему и так найдётся, чем заняться — граф Ремсский везёт ему послание герцогини, в котором содержатся все необходимые указания.
Создание Игорем во время его прошлогоднего путешествия в Гирфельском герцогстве сети пространственных перемещений позволяло теперь Латане весьма оперативно собирать высших владетелей. Пусть порталы имелись не во всех графствах, но всегда можно было добраться до ближайшего кланового форта и оттуда сразу же переместиться в столицу.
Говорить за столом в присутствии иноземных послов, да ещё и при звуках песен менестрелей о серьёзных государственных делах никто всерьёз не собирался. Поэтому беседы велись в основном личного характера — кто на ком женился, у кого кто родился и всё в том же духе.
Попаданца это вполне устраивало. Он собирался обсудить с Майеном военные планы, а пока — стараясь делать это незаметно — рассматривал графов, один из которых прибыл с женой и младшим одиннадцатилетним сыном, и двух правящих графинь. Старшая из них Истала Оммарская сидела, перешептываясь о чём-то со своим мужем-консортом, а младшая — семнадцатилетняя Йолина — смотрела через стол на Риднока Кесп-Тилского, надувшись, как мышь на крупу.
Графиня Чемезская чудом выжила в прошедшее время государственной смуты, укрывшись в одном из удалённых замков. Все её родные, поддерживавшие имперскую партию и, следовательно, права на гирфельскую корону принцессы Ливорской, были убиты людьми узурпатора.
По каким-то, пока неведомым Игорю причинам, эта девушка подозревала графа Риднока, с чьими владениями Чемез соседствовал, что этот интриган каким-то боком является соучастником удачного покушения на её родителей, брата и родной тётки с мужем.
Попаданец не раздумывая сегодня использовал бы на Йолине Раскрытие Замыслов — уж больно тревожная информация поступала из её манора, а Латане ещё только внутренних феодальных раздоров и войн не хватало — только свой резерв Игорь уже опустошил на Копирование, и до нужного объёма энергия ещё не восполнилась, даже на одно применение заклинания.
Однако, можно пока не торопиться с выяснением планов графини Чемезской. Совет владетелей будет только завтра, так что никуда эта надутая мышка от землянина не скроется.
Гостей собралось больше сотни, и все они часто бросали взгляды не только на правительницу, но и сидевшую от неё по левую руку — правая сторона, разумеется, предназначалась наследнику — главу портального клана, фигуру всем известную и весьма загадочную. В отличие от находившегося рядом супруга, графиня Тания почти ни с кем из сановников или придворных не общалась, а, появляясь во дворце, почти сразу скрывалась в апартаментах герцогини и если оттуда и появлялась, то вместе с хозяйкой дворца и тем самым возможности подойти к себе и что-либо обсудить не предоставляла.
Однако, когда менестрели перешли к исполнению мелодий и ритмов зарубежной эстрады, как шутливо попаданец называл свои сплагиаченные произведения, тут же смолкли вск разговоры, а взоры присутствовавших обратились в сторону музыкантов. Даже дворцовые рабы на короткое время позабыли, чем им грозит отвлечение от своих обязанностей, развесили уши и открыли рты.
Зря Егоров сомневался в достойном звучании "Отеля Калифорния" при исполнении на местных музыкальных инструментах. Семь струнных, два подобия флейты и большой, почти классический бубен зазвучали так, что даже землянина, как говорится, зацепило.
Ещё и акустика готического зала немало способствовала хорошему восприятию.
— Майен, — негромким голосом отвлёк соседа от погружения в музыкальное искусство граф Приарский, — Если пожелаешь, я устрою тебе и твоей супруге отдельный прогон песен. Хоть сегодня вечером, хоть завтра. А сейчас, извини, отвлеку. Просто, я хотел тебя попросить, после обеда, когда все выйдут на прогулку в парк, переговорить с нашими коллегами о направлении части своих дружин к границе с Ригасом. Кое-что в наших планах придётся изменить, в свете последних известий. Я имею в виду тот сюрприз, который нам подкинул Тулвий Третий.
— Ты про адмирала Ги Резёра? — с явным сожалением отвлёкся от музыки граф Моснорский, — Так на мой взгляд, никакой угрозы для нас нет. Пятьдесят вымпелов — это грозная сила для любого флота. Вот только, про серьёзные действия на берегу тут и говорить не стоит.
— И тем не менее, Майен, нужно это учитывать, — не согласился с приятелем попаданец, — к тому же, лично у меня нет уверенности…, - Егоров сделал паузу, чтобы переждать оглушающие шум и восторженные крики, поднявшиеся по завершению первой сегодняшней земной композиции, и продолжил, — что полученные сведения полностью достоверны. Где пятьдесят, там может оказаться и сто пятьдесят, а помимо боевых галер и фрегатов могут оказаться и десантные галеоны или шлюпы.