Страница 355 из 458
Помимо производства дорожной плитки в технограде, аналогичное было развёрнуто на оправдавшем себя принципе частно-государственного партнерства и вблизи Гирфеля.
В южной части города попаданец выбрал большой заросший пустырь, где когда-то располагались склады, сгоревшие лет десять назад. Здесь и начали разбивать первый в этом средневековом мире общественный парк. И больше половины его уже было сделано. А в оставшейся части среди зарослей имелось место, откуда землянин и хотел начать городскую прогулку с друзьями.
— Готовы? — спросил он, когда привёл своих спутников в кабинет.
— Как видишь, — Лойм, выглядевший солидным приказчиком состоятельного торговца или менялы, держал за руку правительницу — мечту всей своей жизни.
— Тогда поехали, — Егоров сплёл заклинание, — Не задерживаемся на входе. Это вам не портал, — он первым шагнул в магическое свечение.
Через пять секунд вся их дружная компания оказалась на небольшом пятачке травы, окружённом разросшимися высокими кустами.
— Нам куда дальше? — спросила правительница оглядевшись.
— А вот в этот прогал прямо и топаем, — Игорь взял жену за руку, — Мы с графиней первыми, вы за нами.
Через сотню шагов, пройдя среди строительного мусора, они вышли в уже обустроенную часть парка.
— Здесь же не хуже, чем в моём дворце! — не сдержала возгласа изумления Латана, увидев ровные тропинки, выложенные дорожным камнем, окрашенные скамейки из лиственницы и дуба вдоль них, беседки в окружении фруктовых деревьев, постриженные в шары и ромбы кусты, доставленные из Лосиного леса, — Хаос, тут даже лучше!
— Так, это, фирма веников не вяжет, — Игорь был доволен произведённым эффектом, — Сейчас ещё увидишь новую городскую мостовую от парка до почти уже самой ратушной площади.
Несмотря на то, что добропорядочным горожанам по идее сейчас полагалось бы находиться в храмах, парковые аллеи были наполнены гуляющими, а почти треть скамей и половина беседок были заняты людьми. В противоположных друг от друга краях главной дорожки стояли парные патрули стражников, следивших, чтобы среди почтенной публики не затесались бы какие-нибудь голодранцы или хулиганы.
— Когда успели-то? — засмеялась правительница, — Как тебе только это удаётся, Игорь? Толстяк, — так она между своими называла градоначальника, — даже под угрозой содрать с него шкуру, никогда у меня такой расторопности не проявлял, как после нескольких бесед с тобой. Чем ты ему грозил?
Ничем Игорь градоначальнику не угрожал. Смысла не было. Тот и так знал административные возможности фаворита правительницы. А вот заинтересовать попаданец главного городского чиновника смог, предложив тому включить младшего из четверых его сыновей, бесхозного оболтуса семнадцати лет в состав правления завода по производству керамики, трёх видов плиток и кирпичей, а заодно и самому градоначальнику вложиться в это предприятие, купив себе четвертную долю.
Да, из опыта жизни в родном мире, зная деятельность некоторых мэров российских городов, Егоров осознавал опасность того, что со временем плиткой будет уложена вся столица, где надо и где не надо, а затем может начаться постоянное обновление покрытий. Пока в одном месте уложат, пора настанет менять в другом.
Впрочем, поразмыслив, попаданец пришёл к выводу, что такая пора придёт не скоро, а узду на градоначальника найти всегда можно, хотя б Латаной пригрозить. Её все ужасно боятся.
— Твой Толстяк понимающий человек, Лана. Я ему просто объяснил, как красиво получится. И ведь получается?
— Очень, — правительница не заметила, или сделала вид, что не заметила, или понимала это как необходимую конспирацию, в общем, на руку Лойма, оказавшуюся у неё на спине немного повыше попы, она никак не отреагировала, — Мой город намного красивее, чем у Авлоя.
— Подожди, ещё пока рано делать такие выводы, — не согласился Игорь, — Но мы к этому уверенно идём.
— Мы подходим к выходу из парка, — поправила мужа Тания, — и стражники как-то странно на нас смотрят.
— Просто вы очень красивые, — пояснил Лойм.
Попаданец от неожиданности чуть не запнулся. Оказывается, старина умеет в комплименты, усмехнулся землянин.
— Мы его теряем, Тань, Лана, — сообщил он жене и венценосной подруге, вызвав их смех.
За распахнутыми воротами парка, которые правительница со свитой миновали вежливо поздоровашись со стражами, характер дорожного покрытия не изменился — такая же плитка, и тоже вычищенная рабами городских коммунальных служб.
— Гирфельский вестник! — громко кричал стоявший у дверей кондитерской мальчишка лет тринадцати-четырнадцати, — Последний номер! Герцог Тринский объявил войну Ригасу! В канаве Тополиного района нашли тела двух задушенных младенцев! Описание предстоящих пыток и казни кровельщика Докнита! Кто ночью навещает вдову Альтигию!
— Хватит надрываться, — подошёл Игорь к горлопану, — Почём?
— Пятьдесят гиров.
— Сколько?! — возмутился попаданец.
— Дяденька, я ведь цены не назначаю, — не смутился пацан, — Мне велено за половину ругира продавать, я продаю. Хочешь — бери. Не хочешь — не бери. Гирфельский вестник! — опять завопил он.
— Да погоди, на вот, — землянин отдал пять медных десятигировых монет и забрал газету.
Если Лойм был серьёзен, держа по прежнему руку на весьма опасном месте, то обе подруги еле сдерживали смех.
— Зачем тебе вестник, Игорь, — спросила герцогиня, — Он же от первого дня. Завтра свежий номер выйдет.
— Я этот не читал, — сообщил попаданец, — Давайте дальше пройдём, тут не очень вкусные пирожные и сдоба, — он посмотрел на крыльцо кондитерской, — я знаю, где пекут получше.
Выбранная Игорем для посиделок кондитерская находилась всего в трёх кварталах от дворцовой площади, и посетители в ней собирались в основном приличные — семьи обеспеченных горожан, приезжие дворяне, мастера и подмастерья с жёнами или подругами. Никаких наёмников, пьяных матросов или, тем более, оборванцев тут не встретить. Одним здесь было скучно, а другим — дорого.
В отличие от будней, как землянин и предполагал, сегодня народа в зале оказалось совсем немного — меньше четверти его вместимости.
Тихое, не конфликтное местечко.
Это авторы фэнтезийных книг про попаданцев стремились устроить своим героям в каждой главе драку с очередным врагом, штурм какого-нибудь замка или данжа или захват очередных трофеев. Нужен был экшен и читательский интерес.
А вот Игорю, собственной персоной реально оказавшемуся в шкуре таких бедолаг, меньше всего хотелось на каждом шагу устраивать стычки. Он их старался по максимуму избегать и находить другие способы решения проблем. Трофеям же предпочитал гарантированный, стабильный, растущий доход от прогрессорства. Не так это может и интересно, зато спокойней, не только для своей головы или задницы, но и для судеб людей, ставших ему по настоящему родными и близкими.
Попаданец видел, что его сюзеренша явно была бы не прочь испытать у себя ещё раз всплеск адреналина, но решил, что пока того тринского незапланированного трактирного побоища ей вполне достаточно.
Впрочем, Латана и сама это понимала — с ней была беременная подруга, которой влипать во всякие мутные истории точно не следует.
— Пирожные с элем? А ты можешь быть оригиналом, Лойм, — усмехнулся попаданец, приобняв друга за плечо, — Так, предлагаю вон тот столик, у окна.
— А с чем тогда будем, раз ты говоришь, что вино здесь — как правильно? — средней паршивости? — граф Ремсский в одежде приказчика смотрелся вполне органично, не во дворце или замке родился всё же, — Или опять травяной отвар закажешь?