Страница 320 из 458
Как герцогини отнесутся к столь интригующему началу приключений? А вот и посмотрим, хмыкнул попаданец.
- Игорь, ты чему улыбаешься? - поинтересовалась Латана.
- Сейчас поймёте, - пообещал Егоров, - Нам туда, - показал он в сторону нужной калитке.
- Туда?! - изумилась Камалия.
- Угу. А как ты думала уйти незаметно, - граф Приарский учтиво распахнул скрипнувшую дверцу, - И не забывай. Вы сегодня не герцогини, а наёмницы. Во всяком случае, пока не вернёмся обратно.
Сомнения, что аристократки его не так поймут, у Игоря развеялись сразу же, как только обе они вышли через калитку и уткнулись в заросли ивняка. Никаких "ты куда нас взумал тащить?!" не последовало. Наоборот, выражение интереса на их лицах лишь усилилось, а Камалия, так и вовсе, совсем по девичьи хихикнула.
- Нам направо, - попаданец взял командование их троицей в свои крепкие руки, - Вот по этой тропке топаем. Дружно. Как же так, мы, простые наёмники из далёкого Ливора, могли заплутать в Трине? - решил он совсем чуть-чуть подурачиться с целью помочь подругам вжиться в роль простолюдинок-воительниц, - Занесло непонятно куда. Надо выбираться на нормальную улицу. Латана, не спеши. Давай, я первым пойду.
Перед мостками через канаву с нечистотами и мусором Егоров остановился и решил пропустить вперёд подруг, чтобы иметь возможность их подстраховать, если вдруг что. Но проявлять заботу ему не пришлось, герцогини легко перешли, можно даже сказать, перебежали, качающиеся и скрипящие доски метров пять длиной, и оказались на дорожке возле ограды богатой усадьбы.
- Игорь, - Камалия, шедшая первой, остановилась и кивнула в сторону двух оборваных, заросших и грязных мужиков неопределённого возраста, увлечённо роющихся в свежих помоях, выплеснутых недалеко от калитки.
- Нищих что ли не видела? - попаданец протиснулся между кузинами, - Они ведь не только подаяния просят на площадях. Вот так они примерно и живут, в естественной, так сказать, среде обитания.
Он не сразу обратил внимание, что герцогиня Нейторская пальчиками плетёт заклинание.
- Я о другом, граф, - от Камалии сверкнула голубоватой сосулькой магическая стрела и мгновенно пробила голову ближайшего из бомжей, расплескавшись взрывом смеси крови и мозга, - Ты же про Стрелу Льда спрашивал, - в этот момент второй оборванец жутко взвыл и при попытке убежать свалился в местное подобие канализации под открытым небом, откуда раздались хлюпанье вонючей жижи и вопли страха несчастного, - Видишь, это заклинание намного быстрее Огнешара - Лана тебе говорила - но и ущерб меньше. Но, главное, от Льда уже в полусотне шагов спасёт обычный пехотный щит. Зато, среагировать и уклониться от магической стрелки сложнее. Энергии требуют одинаково. Ты чего? - удивилась герцогиня, увидя нахмуренный лоб приятеля.
- Ему голодранца жалко, - просветила её кузина, сохраняя серьёзную мину, хотя сама лучилась иронией.
- Серьёзно? - чуть выдвинувшись вперёд, герцогиня Нейторская взглянула на попаданца, - И в самом деле, - хмыкнула она, - Странно. Игорь, скажи, зачем этому отребью жизнь?
Что он мог ответить? Ведь Камалия искренне не понимала всю бесчеловнчность своего поступка. Она, как и прочие аристократы Орваны, руководствовалась этикой, совсем не схожей даже с понятиями земного средневековья.
Заслуга монотеистических религий Земли заключалась в том, что они дали понятие души и, как следствие, признание ценности любой человеческой жизни, вне зависимости от того, в шелка ли люди одеты или в рваньё.
Здесь же религия вообще однозначных понятий, что такое добро и зло, грех и добродетель, не определяла. Бог Хаос тот вообще поощрял всякие беспутства.
Винить Камалию за её жестокость было бы бессмысленно - она была просто, как тот ребёнок, ещё не понимающий, что такое хорошо, а что такое плохо.
У Игоря не получилось внушить земные понятия о справедливости даже Латане. Его сюзеренша лишь приняла как факт, что другу её жестокосердие претит, и при нём она старалась, как говорится, шашкой не размахивать.
Короткое время у попаданца была надежда, что его рассказы о реальной земной жизни что-то в принцессе поменяют, но она их, как и Тания, воспринимала такими же фантастическими и сказочными, что и те выдуманные писателями истории, только менее интересные и захватывающие. Так что, делиться воспоминаниями о своём мире Егоров вскоре перестал, а расчёт на изменение взглядов Латаны на права и достоинство людей не оправдались. Почти людоедская этика орванских аристократов пустила слишком глубокие корни, чтобы один случайно занесённый в этот мир спецназовец мог что-то кардинально в этом отношении изменить.
- У меня нет ответа, Камалия, - сказал он, - Кроме того, что убитый тобой нищий мог оказаться таким же переодетым аристократом как и мы. Может барон какой-нибудь, а то и граф. А ты взяла и без разбора прибила бедолагу.
Сказанное приятелем рассмешило герцогинь, а его сюзеренша даже продолжила шутку, резонно заметив, что Камалия это наверняка понимала, но не беспокоилась, так как у переодетого в грязную, вонючую одежду титульного дворянина, имелся бы при себе защитный амулет.
- Не один ты у нас предусмотрительный, - напомнила другу правительница Гирфеля.
- Раз так, тогда пошли дальше, - вздохнул землянин, - И помним, что за использование оружия или боевой магии вне дуэльных площадок и не для защиты от вооружённого нападения полагается повешение.
- У меня в Нейторе - кол.
- А у меня, как и здесь в Трине, петля. В Ливоре тоже кол. Правда, у себя в Пелоне я приказала использовать гарроту для таких преступников, только, так и не успела никого из драчунов приговорить к ней. Пришлось бежать раньше.
Подруги поделились сведениями, направляясь вслед за вновь возглавившим их маленькую компанию графом Приарским.
- Тогда, Камалия, считай, что ты заработала и на петлю, и на кол, и на гарроту тоже, - обернулся на ходу Егоров, - Хотя, да, вам же закон не писан. Но я всё же настоятельно попрошу ...
- Да поняли мы, Игорь, поняли, - уверила Латана, - Кама больше не будет так делать. И я.
Улочка, на которую они вышли, находилась в стороне от основных городских присутственных мест, площадей и дорог, и даже не была вымощена. Приключенцев сейчас спасало то, что дождей не было уже несколько дней, иначе друзья утонули бы в грязи.
Тот трёхэтажный дом, вдоль забора которого Игорь провёл своих подруг, смотрелся среди остальных зданий, как лэнский замок-башня в окружении призамковых построек. Видимо, в особняке обитал кто-то из мутных торгашей, занимаюшийся не совсем честным бизнесом, раз поселился в таком непрезентабельном районе.
- Я тебе рожу расцарапаю! - вопила какая-то тётка возле хлебной лавки, на такую же, как и она, полную товарку.
Ширина улицы не превышала десяти метров, поэтому смеющаяся и подзуживающая ругаюшихся женщин куча народа, перекрыла весь проход в нужном землянину направлении.
- Ротозеев расталкиваем, но без лишней грубости, - распорядился Игорь и увидел, с каким удовольствием, чуть даже оторопев - таких сцен, с использованием местных идеоматических выражений герцогиням видеть ещё не приходилось - смотрели аристократки на ругань горожанок, - Лана, Кама, вы, конечно, числитесь провинциалками, но такие разборки для вас не должны быть в диковину. Так что, двигаемся дальше.
Он первым сдвинул какого-то мужика, судя по его фартуку, с частицами опилок на нём, мастера по дереву, и пошёл ближе к забору ледоколом, прокладывая путь сюзеренше и её кузине.