Страница 307 из 458
- Ты имеешь в виду "островную радость"? - Тихий поднёс было вновь кувшин вина к графскому кубку, но увидел, что тот полон, и налил только себе, - Этой дури и раньше не мало было. Травка дёшева, её и покупают-то только нищие или старые, выброшенные хозяевами рабы. А тебе она зачем?
- Незачем. Не хочу, чтобы её вообще в Гирфеле продавали. Организуй разгон торговцев этой дряни, можешь утопить их всех в заливе. Терпеть не могу наркоту, даже лёгкую. Считай это моим бзиком. Сделаешь?
Главарь банды что-то у себя в голове прокрутил, допил третий кубок - Игорь специально за Тихим не считал, но свою наблюдательность никуда девать не мог - и ответил уверенно:
- Сделаю, конечно, раз ты велишь. Только, позволь, топить их в море не стану. И так сегодня потеряли замечательных, выгодных йенк-утисских компаньонов. Благодаря тебе. Не подумай, что я в укор, - хохотнул авторитет, - Да, а с Магетой что делать? Так пусть и живёт?
- С кем? - искренне удивился Егоров.
- Да с той бабой с двумя детьми, которая наводчицей у шайки оборванцев работала. Её Люс привёл позавчера.
Каждый человек, наверное, иногда преобретает нечто такое, с чем потом не знает, что делать. У Игоря же подобное случалось слишком часто. Он грешил на наследственность - у отца весь гараж от пола до потолка был забит всяким хламом, как пещера Али-бабы сокровищами.
Вот и с той гнусной девкой, которая заманивала его в ловушку, чтобы ограбить, получилось точно также. Пожалел нищую дурёху из-за её пацанов, особенно того, что был с морковкой, даже легенду какую-то, притянутую за уши, для оборванки придумал, а сейчас полностью осознал, что она ему ни к чёрту не сдалась. Но не выкидывать же её теперь.
- Понял, про кого ты. Пусть так и живёт. Не объест поди. Пристрой к какой-нибудь приличной работе и за мальчишками проследи. Как подрастут, количество школ и ремесленных училищ в Гирфеле будет уже полно, надеюсь. Найдётся и сыновьям этой - Магеры? Магеты? - там место. В общем, пригодятся. Я что-то не то говорю?
- Всё то, граф, - Тихий провёл рукой по лицу, словно снимал с него маску удивления, - Ты странный. Извини за откровенность.
- Я добрый, Му, как наша правительница, - усмехнулся бывший спецназовец, - И плохо будет тому, кто в этом усомнится. Ну, ещё вопросы остались?
Пока Игорь беседовал с Тихим шум и крики толпы с дворцовой площади давно перестали литься сквозь полузакрытые ставни оконца, зато через запертую плотно дверь из зала, уже с полчаса как, неслись звуки хохота, громкие разговоры множества посетителей, скрип лавок и звон посуды, а тут зазвучала и музыка. "Корона" всё же была престижным трактиром, можно даже сказать, элитарным, и барды, как и всякие дудошники или гусляры, здесь выступали почти каждый вечер.
- Вопрос, мой граф, остался только один, - Тихий оглядел стол с почти не тронутыми явствами, - Когда тебя ждать в Гирфеле?
- А я знаю? - пожал плечами Игорь, - У нас ведь, сам знаешь, человек предполагает, а правители располагают. Как вернусь, через моснорского прощелыгу Егора сообщу. Не забудь его домохозяйке плату передать. Люса пошли. Ну, давай прощаться, мой друг.
Главарь преступников ушел тем же путём, каким и прибыл в "Корону", через запасной - на Земле такие называли служебными - выход. Графу Приарскому пробираться огородами не пристало, во всяком случае, на глазах людей, знавших его высокое положение, поэтому, Игорь, проводив взглядом завернувшего в проход Тихого, прошёл через коридор и вышел в переполненный народом едальный зал.
В тусклом свете спиртовых ламп, свечей и жировых светильников, в чаде дымка, идущего с кухни - "Корона" хоть и дорогой кабак, но средневековый, со всеми положенными этой эпохе атрибутами - графа Приарского никто не признал и не обратил на вышедшего из неприметной двери скромно одетого мужчину никакого внимания. Кроме Яскила, похоже, не только работавшего за стойкой с клиентами вместе со своей привлекательной женой и высоким худым рабом-виночерпием, но и караулившего появление советника правительницы в зале.
- Господин, уже уходишь? - бывший Латанин раб успел подбежать к Егорову, когда тот ещё не прошёл и треть пути до выхода, - Жалко, что ты так редко к нам заходишь.
- Приходи почаще, господин, - присоединилась к просьбе мужа трактирщица, не намного отставшая от него в беге навстречу главному вельможе герцогства, - Мы с Яскилом всегда тебе рады.
Посмотрев на жену трактирщика, Игорь мысленно посочувствовал Яскилу. Молодая женщина, которую без её всякого согласия выдали замуж, а потом неожиданно наградили царскими подарками: свободой, достатком и нравившейся работой, быстро сообразила, что в спутники жизни ей достался добрый, но совсем слабохарактерный по отношению к женщинам парень.
И не важно теперь, с рождения он обладал такой покладистостью или это принцесса превратила его в тряпку, только, Уци - так её звали - принялась командовать Яскилом напропалую. Руки, как Латана, она не распускала, но гоняла благоверного, насколько попаданец знал от Арша, что называется, в хвост и в гриву. Сам виноват - решил про Яскила Егоров - раз так себя поставил, то пусть терпит. Правда, сильно измученным молодой трактирщик не выглядел и даже поправился ещё больше.
- Как будет время, зайду, - попаданец жестом руки показал хозяевам трактира, чтобы они освободили ему проход, - А вы идите делом занимайтесь. Не суетитесь под клиентом.
На крыльце "Короны" - широком и длинном, но невысоком, всего в три ступеньки - стояла пара здоровенных вышибал, совсем недавно нанятых Яскилом, из бывших наёмников - Игорь их сегодня увидел впервые - и сдерживала целую толпу, человек пятнадцать-двадцать, обоего пола, желавших попасть внутрь трактира.
Впереди напирала троица парней, очевидно принадлежавших к городской молодёжи, не из благородных, а просто лопающиеся от богатства и понтов простолюдины.
В Орване и у дворян повадки были часто совсем не подарок, но у деток богатых торгашей, за редкими исключениями, ещё хуже.
- Во! Один вышел, - пьяно выкрикнул лидер троицы, мордатый, с отвисшими щеками детина, где-то уже умудрившийся порвать рукав своего камзола, - Давайте, парни, пускайте. Берите ругир и открывайте дверь.
Признать в появившемся на крыльце молодом, неброско одетом мужчине графа Приарского никто из столпившихся людей не мог, даже если бы среди них присутствовал кто-нибудь, когда-либо видевший первого советника герцогини - яркий свет висевших у входа факелов бил Игорю в спину, оставляя его лицо в сумраке.
- Вышел один, а вас трое, - разумно заметил вышибала, тот, что был пониже своего товарища, - И может он подышать только вышел. Парень, ты ещё вернёшься в зал? - спросил он у землянина.
- Уже не вернётся, - с дурацким хихиканьем решил за Егорова мордатый и, схватив попаданца одной рукой за грудь, решил сдёрнуть его с крыльца, - Он уходит.
Препятствовать - ни хватанию себя за грудки, ни попытке скинуть с лесенки - Игорь не стал. Долбодятел сам подставился под удар, один из самых отработанных Егоровым ещё задолго до армейской службы в дворовых разборках. И попаданец сильно пробил детине лбом в переносицу. Этот приём в этот раз оказался тем более удобен, что разница в росте - придурок был на пол головы выше землянина - компенсировалось тем, что Игорь находился на верхней ступеньке.
Дальше подтвердилась истина, что, чем выше шкаф, тем громче грохот его падения.
- А-ай! С-су-у-ка! - упавший на задницу с разбитым носом наглец, схватившись за лицо руками, заревел белугой, - Тебе конец, тварь!