Страница 2 из 13
Пересечь Майскую по переходу было делом нескольких секунд, но преодолеть бордюрный камень вверх, оказалось чуть сложнее, чем когда он спускался с тротуара. Славка слегка замешкался, услышал шум мотора, увидел боковым зрением автомобиль, но не обернулся, стал штурмовать препятствие со всем тщанием. Сбить – не собьют, само собой, он всё-таки на «зебре», да и дорога почти пуста, обогнуть его нет никаких проблем. По большому счёту, он никому не мешает. Но, во-первых, люди бывают разные, некоторые нетерпеливые начнут гудеть, хотя и видят, что перед ними колясочник. А во-вторых, Славка должен быть готов пересекать любые улицы, пусть даже с интенсивным движением, светофор специально Славку ждать не будет.
С третьей попытки довольный мальчишка оказался на тротуаре и через сто метров свернул направо. Сюда он повернул уже по интуиции, так далеко он не планировал. Он рад был, что его замысел сработал на все сто, дальше он мог гулять насколько сил хватит. Сам! Один! Эта свобода и так кружила голову и наполняла сердце восторгом, а тут ещё и проснулось любопытство, страсть к исследованиям. Надо ли говорить, что в этой части города он практически ничего не знал. В этой стороне не было ничего полезного: ни крупных магазинов, ни поликлиники, вообще ничего такого, куда бы Славка мог отправиться вместе с мамой. А гулять просто так по улицам… Нет, такое тоже бывало, но мама всё-таки предпочитала знакомые и удобные улицы, с ровным асфальтом, с магазинами, куда она могла забежать по дороге. А теперь Славку совершенно неожиданно окружали частные домики, прятавшиеся за невысокими заборчиками, а улица под колёсами давно превратилась в хорошо укатанную грунтовку, никогда не знавшую асфальта. Славка напрочь забыл, что совсем недалеко от его дома есть такое чудо.
Катить по грунтовке, усыпанной песком и мелкими камушками, было непросто, но тем упорнее крутил колёса Славка, хотя уже и не торопился. По идее, насколько Славка помнил карту города, проехав эту улицу из конца в конец, он должен был выехать в район новостроек, основной путь в который пролегал по широкому шоссе, огибающему этот частный сектор. Там Славке уж точно нечего было делать. Ехать на окраину и уж тем более покидать город в Славкины планы однозначно не входило. Да и путь этот оказался бы весьма неблизким и утомительным. Но доехать до конца Зелёной улицы – именно такое название вычитал мальчишка на одном из домов – он решительно вознамерился. Посмотрит, что там, и дальше решит куда направить колёса.
Но Зелёная улица оказалась неожиданно длинной и совершенно пустой. В том смысле, что ни одного человека или транспортного средства Славке навстречу не попалось, впрочем, также как никто его и не обгонял. Как Славка не приглядывался, он не заметил движения возле домов, хотя сами строения выглядели вполне обжито: где-то негромко играла музыка, в воздухе витал лёгкий запах дыма, на дороге имелись следы автомобильных и велосипедных колёс. «Теперь и следы инвалидной коляски», – ухмыльнулся про себя мальчишка. Ему стало как-то неспокойно, одиноко, но отступать он не собирался. Приключения – так приключения, даже несмотря на то, что погода начала портиться. На небе собрались тучи, день сразу стал пасмурным и грустным, но хуже того, на улице откуда-то сгустился туман. Славка оглянулся, конец улицы терялся в белой мути, а впереди и вовсе было почти молоко. Он колебался лишь секунду – если нет разницы ни спереди, ни сзади, лучше уж двигаться вперёд, так интереснее.
Уже через десять минут он был не уверен, что сделал верный выбор. В таком тумане было легко и вовсе потеряться, такой сплошной пелены ему ещё не приходилось видеть прежде. Трудно представить, что мама вывела бы его на улицу в такой густой туман, разве что нужно было бы срочно посетить врача. Он остановился, всё, что ещё оставалось в поле его зрения – это заборчик из красно-коричневого профлиста, тянувшийся по правую руку, с полосой короткой зелёной травы вдоль его нижнего края. Славка тронулся вдоль забора, ровняясь на единственный ориентир, а когда забор закончился, углом уходя вправо, попытался свернуть вслед за ним. Но это ему не удалось по причине полного отсутствия ровного пути. Трава, кочки и разбросанные валуны плохо способствуют передвижению на колёсах. Дорога, меж тем, всё такая же ровная и укатанная, тянулась в прежнем направлении. Теперь Славка колебался гораздо дольше. Белёсая мгла не выказывала ни малейшего намерения рассеиваться, кроме угла забора и дороги, идущей прямо, Славка не мог разглядеть ничего. Выбор был небольшой – либо назад по дороге вдоль знакомого забора, либо вперёд по дороге, но в неизвестность. Славка выбрал неизвестность. Было жутковато, но что-то в груди обмирало от собственного дерзновения. Ведь это уже даже не просто прогулка, а практически экспедиция в суровых погодных условиях. Так обычно писали в книжках или говорили в фильмах. Конечно, простой туман – это не шторм или ураган, ну так ведь и он, Славка, не совсем здоровый человек, чего уж себя обманывать. Для него и одиночество в тумане – приключение. Он представил себя капитаном маленького космического корабля, в одиночку пересекающего бескрайнюю черноту вселенского пространства, и сердце сжалось от восторга и одиночества. Хотя образ заплутавшего ёжика, зовущего сгинувшую где-то в сплошном тумане лошадку, возможно, подходил ему гораздо больше.
Ещё через несколько минут он оказался окружён тотальным маревом, единственным ориентиром оставалась дорога. Собственно, не самый плохой ориентир. Славка смотрел под колёса и старался держаться обочины, чтобы не оказаться на середине проезжей части, да ещё при полном отсутствии видимости. Хоть автомобилей ему так до сих пор и не попалось, но это вовсе не означает, что их здесь совсем не бывает. Раз есть дорога, по ней рано или поздно кто-нибудь проедет.
Туман и не думал редеть. Крутить головой по сторонам не было никакого смысла, потому Славка не сразу заметил, что вокруг что-то начало меняться. Только когда колёса пошли тяжелее, но гораздо мягче, он разглядел на земле большое количество опавшей сосновой хвои. Изменился и воздух, запах влажного соснового леса вскружил голову. Славка остановился, сделал несколько вздохов и крепко задумался. Сосны в городе были. Высокие, красивые, стройные, но их было очень мало, буквально несколько штук, гораздо больше было ёлок. Конечно, конкретно этот район был Славке практически незнаком, но по ощущениям вокруг него была как минимум сосновая роща. «Или роща бывает только из лиственных деревьев? – засомневался Славка. – А про хвойный лес следует говорить бор? Хотя, какая разница?! Ни тому ни другому здесь не место». Славка оглянулся, даже крутанул коляску на месте, позади был непроглядный туман, а вокруг и впереди он, казалось, начал таять. По бокам дороги тёмной стеной проступали толстенные, устремлённые в небо, шершавые чешуйчатые стволы сосен. Смысла поворачивать и нырять снова в мутное облако не было никакого, теперь уж лучше вперёд к свету, пусть Славка и потерялся, и не понимал, где находится. Конечно, лес за городом был, но Славка совершенно ясно отдавал себе отчёт, что уехать так далеко он не мог никоим образом. А значит, сейчас кончится этот странный перелесок и, осмотревшись, Славка решит, куда же ему лучше держать путь. Само собой, мальчишка совершенно не боялся. Пусть туман и сбивал его с толку, пусть он не совсем понимал, куда заехал, но от этого было только больше таинственности и романтики, так было даже интереснее. На такое приключение он никак не мог рассчитывать, такое ведь не запланируешь.
Туман впереди почти полностью рассеялся, тучи на небе немного расступились, сквозь кроны сосен даже мелькнуло солнце. Там, прямо по курсу, между стволами показался просвет, и мальчишка повеселел и прибавил ходу. Дорога, правда, почти исчезла, сгладилась, сравнялась с лесной почвой, засыпанной бурой засохшей хвоей, чешуйками рыжей сосновой коры, колючими шишками. Но расстояние между соснами сохранилось достаточно большим, ничто не мешало проезду, и Славка без сомнений поспешил к свету. Невысокий пригорок, создавший небольшой, едва несколько градусов уклон вверх, заставил Славку чуть приналечь, он торопился и слегка запыхался. Вот только оставив стену деревьев позади, Славка замер, вовсе не в силах сдвинуться с места.