Страница 16 из 19
– Бальзамический уксус.
– Что? – Дима непонимающе уставился на подругу, не выпуская ту из объятий.
– У тебя бальзамический уксус на футболке. Просто какой–то день испорченной одежды.
– Ой, тоже мне проблема!
Дима осторожно поставил на пол подругу и одним махом избавился от грязной футболки, просто швырнув её на стул. Как по заказу истерически заверещал таймер духовки, и Настя отвернулась. Отчего–то в интимном полумраке кухни – а верхний свет она не включала, только подсветку рабочей зоны, – даже такая степень обнажённости показалась чрезмерной и вызвала однозначную реакцию её тела, молодого и лишённого мужского внимания.
Раскладывая каннеллони с морепродуктами в сливочном соусе по тарелкам, Настя всё ещё пыталась совладать с желаниями, даже требованиями, своего организма. Сразу вспомнилась ситуация на кухне между Маришкой и Сашей, когда мужчина чуть было не соблазнил девушку – а, быть может, это Марина едва не соблазнила его, кто знает? Пикантность и страстность той сцены лишь добавила перцу в ощущения Насти.
– Дима, оденься. За стол в таком виде нельзя, – максимально спокойным тоном, на который только была способна, скомандовала девушка.
Уже наслаждаясь фаршированными громадными макаронинами с огромным количеством сыра и нежнейшими дальневосточными морепродуктами, не прекращая жевать, Настя сказала:
– Зря ты мне ванну набрал. Я ж кричала, что не надо. После обжорства её вроде принимать вредно, а получилось так вкусно, что мало я не съем.
– Ой, что ты там съела! Иди себе спокойно. Салат не жуй, не забивай желудок, – посоветовал Дима и тут же переключился на более важное: – Настька, как ты готовишь! Это просто потрясающе! Нереально вкусно! Как в ресторане. Нет, даже лучше, чем в ресторане! Честно!
Через пять минут довольная комплиментами и заботой друга Настя лежала в шикарной деревянной ванне с роскошной шапкой хрустящей пены и пила ледяное белое вино в запотевшем бокале. Она вспоминала тридцать первое декабря, когда Борька, желая немного поднять ей настроение после некрасивой сцены в подъезде с Женей, тоже приготовил ей ванну. Только там ещё были свечи и киндер–сюрприз.4
– Правду говорят: как новый год встретишь, так его и проведёшь, – мурлыкнула Настя, погружаясь в воду по мочки ушей и прикрывая глаза.
И тут же их распахнула.
«Блин, я ж реально Новый год с Димкой встречала, вот теперь постоянно с ним тусим! Гадание ещё это по киндер–сюрпризам. И нафига я про него рассказала? Хотя, это просто всё из–за того, что Маришка теперь постоянно в своей беременности и Александре, ей не до меня. А родит – так, наверное, вообще про меня забудет на пару–тройку месяцев. Я реально теперь стала больше со всеми общаться, это факт», – размышляла про себя девушка, постепенно успокаиваясь. Главное новогоднее решение она помнила прекрасно – никогда, ни за что, ни при каких обстоятельствах не спать с Димкой!
– Тук–тук–тук! К тебе можно?
Наглая мордаха, не дожидаясь приглашения, появилась в дверном проёме.
– Охренел, что ли?! – возмутилась девушка. Приятное расслабленное состояние улетучилось мгновенно.
– Не, ну ты ж под слоем пены километровым. Чего стесняться? – с этими словами Дима появился в ванной полностью и уселся на крышку унитаза. – Настюх, мне без тебя грустно, а ты тут уже долго лежишь. О чём думаешь?
– Я пока слишком обалдела, чтобы думать. Дим, ну это как–то… блин… неприлично, что ли?
– Ой, я тебя умоляю! Что тут неприличного? Мы ведь друзья? Друзья. Я к тебе не пристаю? Не пристаю. Тебя не видно под пеной? Не видно. К сожалению. – Парень нарочито трагично закатил глаза и горестно вздохнул.
– Дима! – расхохоталась Настя.
Друг снова вёл себя как обычно, и она совершенно расслабилась в его присутствии. Ведь действительно ничего супер–ужасного в ситуации нет. Пена её надёжно скрывает, так что вполне можно пить вино и болтать в такой не совсем привычной обстановке.
Возможно, причиной её раскованности стало вино, возможно – почти бесконечно доверие к этому обаятельному и немного хулиганистому парню. У Насти не было точного ответа. Зато она точно знала, что ей просто хорошо и легко с ним.
Время летело со скоростью света. Они хохотали, спорили, и Настя едва не упустила момент, когда пена начала истончаться катастрофически быстро. Изгнав друга из ванной, девушка ополоснулась в душе и укуталась в полотенце.
– Дима, тащи футболку! – звонко крикнула она в приоткрытую дверь.
Ответа не последовало, и Настя, осторожно ступая, вышла, в любой момент ожидая подвоха. Друг любил розыгрыши, и ей казалось, что вот–вот он выскочит из–за угла из–за кресла или из–за дивана, крикнет «Бу!», напугает до полусмерти.
В гостиной царил идеальный порядок, со стола парень всё убрал и, вполне возможно, даже сложил в посудомойку грязную керамику. Настя вглядывалась в детали интерьера, и каждая густая чёрная тень настораживала, каждый шорох казался ужасно подозрительным, однако ничего не происходило.
На кухне Дима тоже убрал, и девушка улыбнулась. Избалованный «мажорик» оказался не таким уж белоручкой, как ей иногда казалось. Честное разделение труда – она готовит, он убирает и моет, – её вполне устроило.
На пороге спальни она сказала:
– Дима, если за этой дверью я увижу тебя голого, а постель – усыпанной лепестками роз, или ещё какую–нибудь такую хрень, тебе кранты!
И вошла.
Глава 11
Он спал. Крепким сном здорового человека, не замышляющего совершенно ничего коварного и зловредного. На её половине кровати лежала пижама со штанами на завязках и футболка. На выбор.
Настя улыбалась. Когда переодевалась в гостиной в его пижаму, не по размеру большую, но приятно льнущую к телу. Когда садилась на кровать и смотрела на него, такого спокойного, расслабленного. Когда укрывалась одеялом и укладывалась. Когда закрывала глаза.
Сон сразил её так же молниеносно, как и Диму. Когда утром она открыла глаза, то по–прежнему улыбалась. Было ещё темно, но друга рядом не оказалось. Где включается свет, Настя не помнила, поэтому пошла к двери едва ли не наощупь, удивляясь, как это так вышло, что она выспалась за такой короткий срок, ведь даже будильник ещё не прозвенел.
Лохматая, не совсем проснувшаяся, она вышла в коридор и оттуда – в гостиную. Освещённую дневным светом гостиную! Димка сидел на диване, с мокрой головой, в одних лишь коротких шортах, и смотрел телевизор.
– О, доброе утро, принцесса! Горазда ты давить подушку! – бодро и весело поприветствовал он, хотя совершенно не выспался. Домашняя уютная Настя – слишком большой соблазн. Оставалось лишь пойти на хитрость, чтобы обуздать зверское желание и не совратить её самым безнравственным образом – заснуть. Отключиться не получилось, зато сделать вид – вполне. – Иди в душ, я нашёл длинную футболку, она тебе как платье будет, положил там с полотенцем. А потом завтракать. Или уже обедать?
– Блин! Дима! Я должна была утром дома быть! Почему там так темно?
Остатки сна слетели в один миг, когда Настя сообразила, что она проспала. По субботам они с братьями–близнецами ездили в кинотеатр на мультфильмы, или на другие развлекательные мероприятия. Мама в выходные предпочитала отсыпаться и сильно раздражалась, если дети мешали ей.
– У меня шторы в спальне специальные, они свет не пропускают. А про «дома быть утром» не переживай, я написал твоему брату, что ты у меня, даже фотку скинул в What’sApp, как ты дрыхнешь. Невинно, в пижамке, как и полагается молодой приличной барышне.
– Что ты сделал?! – Настя буквально задохнулась от новостей.
– Да не парься ты. – Дима пожал широкими плечами, на которых блестели прозрачные капельки воды. – Он позвонил, я ему всё объяснил, честно ответил на все вопросы, а после фотки он вообще успокоился. Даже написал потом, чтобы я тебя не будил, а дал выспаться по–человечески. А! И передал ещё, что с малыми сам погуляет и с матерью поговорит. Заботливый у тебя братец, я прямо обзавидовался.