Небо СССР

Глава 29

— В то время, когда мы прыгали, Валера отправился домой. — сообщил мне Малютин, когда я спросил его об этом.

— То есть домой? — попытался я состроить ничего не понимающего дурачка, но получилось у меня явно плохо. — А как же лётное? Ведь он так хотел стать пилотом...

— Сергей, давай, ты не будешь строить из себя дурака. Есть люди, которым подобное поведение очень идёт, но ты не из таких. Я уверен, что ты всё понял ещё в тот момент, когда я похвалил вас с Рябовым возле штаба. Да, это была очередная проверка, которую Репин не смог пройти. Того, чью фамилию вписывали в бумаги, что достал товарищ полковник, отсеивали. И именно после этой проверки была утверждена твоя кандидатура, как одного из старшин. Назовём пока эту должность именно так. Крымов и Иванов также проходили подобную поверку, если тебе от этого будет легче. А насчёт Репина можешь не переживать. Он хотел стать лётчиком и он им станет. Мы уже давно подготовили все необходимые документы на каждого кандидата в курсанты, оказавшегося на этой базе. Те, кто не прошёл отбор, получают эти документы на руки и могут смело поступать в любое училище, которое выберут. Так что с Репиным вы ещё встретитесь.

С одной стороны новости были хорошими, но с другой — по-настоящему паршивыми. И теперь мне ещё предстояло узнать, был ли это уже тот особый тест, о котором говорил Андрей и Мохов? И если нет то, что в таком случае нам ещё предстоит пройти?

На разговоре с куратором, я, как уже все привыкли, был заключительным. И после возвращения в казарму я слегка опешил. Вместо уже привычной тишины и спокойствия здесь стоял оглушительный гвалт. Несмотря на насыщенный день, ребята не спали. Они активно знакомились, обсуждали уже прошедшие испытания и строили догадки, что ещё нам предстоит пройти, прежде чем стать курсантами новой академии. По поводу создания этой академии знали уже все. Не только я один слышал об этом от куратора. В других группах также проскакивала эта информация.

А ещё все ждали меня, как главу делегации, отправленной на разговор с Моховым.

— Узнал, что с Репиным? — спросил у меня Дима, выскочивший, словно чёртик из табакерки. При его появлении я вздрогнул и сделал несколько шагов назад. — Извини, не хотел тебя напугать. Само как-то получилось.

— Нормально всё. Просто я немного расслабился после разговора с лейтенантом. Хотя сейчас нам всем нужно быть готовыми к любому развитию событий.

— Ты узнал, что-то о предстоящих испытаниях? — нахмурившись спросил Дима и разговоры вокруг нас, как-то резко прекратились. Народ заметил меня и начал потихоньку подтягиваться.

— Ничего нового, — обломал я ребят, которые внимательно слушали меня. — Репина отсеяли. Там были бумаги именно на отчисление. Мы были на грани.

Дима выругался, а на меня со всех сторон посыпались вопросы, о чём мы вообще говорим. Дима ждал именно меня и поэтому ничего пока не говорил ребятам о результатах нашего похода к Мохову. Время на подготовку у нас было и поэтому, какой-никакой заготовленный текст имелся.

Мы решили, что ребята должны знать обо всём, что мы услышали в кабинете Владимира Алексеевича. И о том, что он хотел нас подкупить, что оказалось очередной проверкой. И о том, что наших жалоб он не боится. К тому же все тесты действительно были подготовлены специалистами. А значит, руководство полностью уверено в их безопасности.

Ну а ещё мы сказали, что подполковник говорил о том, что самая сложная часть отбора осталась позади и теперь основной упор будет на физическую подготовку. Со всеми психологическими тестами было покончено и оставшиеся кандидаты их прошли.

— Никто не знает, почему кураторы сегодня неоднократно называли нас курсантами? Подобного за ними раньше не было замечено. — спросил Крымов, с которым нам ещё предстоит познакомиться и понять, что он из себя представляет как человек. Сделать это во время экзамена по прыжкам, как-то не получилось. Да и после времени на подобное не было.

— Владимир Алексеевич ничего не говорил об этом. Но я тоже неоднократно обращал внимание, что нас начали называть курсантами. — сказал я.

— Не может быть так, что всех оставшихся уже зачислили на этот курс? — это уже заговорил Андрей, которого до этого момента не было видно.

Да и вообще, сейчас вокруг нас уже собралась вся группа. Я даже не заметил, как это произошло. Было немного некомфортно осознавать, что практически сорок человек смотрят на тебя и ждут, что ты им скажешь. А говорить было нужно.

— Сомневаюсь. Нам всем неоднократно говорили, что на курс будут отбираться двадцать четыре человека. А нас сейчас тридцать девять. Вот и выходит, что перебор в пятнадцать человек. Если при обучении будут использоваться новейшие методики, то скорее всего, они разработаны именно для такого числа учащихся. Но я не претендую на правду в последней инстанции. Это всего лишь мои предположения.

После моих слов все ребята задумались. В наступившей тишине я отчётливо услышал какой-то слишком подозрительный шорох, на улице. Наверняка это был кто-то из кураторов. А может, они сейчас все там собрались. Решили послушать, о чём мы тут разговариваем. Звукоизоляции у палатки никакой, поэтому отлично слышно, даже наши негромкие разговоры. Особенно если встать поближе к говорящим. А мы сейчас совершенно не думали о том, что кто-то может нас услышать, и говорили достаточно громко.

— Слышали? Кто-то решил проверить, о чём мы тут говорим. Всё же первый день, как нас объединили. Да ещё и этот утренний поход к подполковнику. Будут теперь следить за нашим каждым шагом. — произнёс, кто-то из ребят. Кто я так и не понял. Слишком плотно они все стояли, а освещение в палатке было паршивым. Но спасибо, что хоть такое было.

— А ты думаешь, до этого за нами не следили? Мы сколько раз заставали своего куратора, стоявшим ночью возле нашей палатки... Так что мы уже давно привыкли. К тому же скрывать нам нечего. Наша цель успешно пройти все испытания и поступить на новый курс. — Слово взял Андрей, начав говорить нарочито громко.

— И теперь этого хочется особенно остро. Банально для того, чтобы узнать, для чего проводят подобный отбор. Словно из нас собираются делать не лётчиков военно-транспортной авиации, а спецназовцев, которые будут не только крошить врагов пачками, а ещё и угонять вражеские самолёты прямо с грузом вооружения, новейших технологий, каких-нибудь богатств и так далее. — пошутил я, пытаясь немного разрядить обстановку.