Страница 31 из 49
Я с ужасом осознал, что моя пара спасла моё бессознательное тело от монстра и ждала, пока я приду в себя. Во мне зародилось желание заново утвердить некоторое ощущение силы и мужественности.
Я медленно встал и отряхнул одежду. Моё тело ощущалось уставшим, лишённым сил. Мне надо поглотить душу, если я хочу восстановиться. От этого мне всегда становилось лучше.
«Я пойду на разведку. Жди здесь».
Затем, прежде чем Али успела запротестовать или присоединиться, я смахнул с себя остатки грязи и стал карабкаться вверх по краю берега. На вершине из земли произрастали маленькие пучки серой травы. Опустился густой туман, а с ним пришла тяжёлая вонь смерти.
В туманной дали я заметил шевеление фигуры. Я застыл, жестом показав Али оставаться на месте, а сам стал красться вперёд. Передо мной замаячило ещё больше фигур — силуэты людей. Мои губы изогнулись в улыбке. Что мне надо, так это небольшое пиршество. Разорвать кому-нибудь глотку и восстановить энергию.
Я тихонько зарычал — этот звук обычно подманивал жертву ко мне.
Я подкрался ещё ближе. Силуэты мужчин и женщин двигались по приподнятой платформе примерно в полуметре над равниной грязи. Древняя дорога. Я втянул короткий вдох, осознав, почему они не заметили моё рычание.
Их кожа была бледной, глаза остекленели. Они волочили ноги вперёд в безмолвном марше, не сводя взглядов с камней под своими ногами. Их тела источали лёгкое свечение.
Я не мог съесть ни одного из них.
Они были мертвы, и я точно знал, где мы находимся. Моё разочарование от отсутствия кормления вскоре сменилось радостью.
Я повернулся обратно к Али, затем спустился, чтобы написать на грязи: «Это дорога в Хельхейм».
— Ты уверен?
Я кивнул.
Али скривила губы.
— То есть, этот запах — это… трупы?
Я снова кивнул. Эта дорога, Хельвеген, приведёт нас прямиком к Берегу Мёртвых. Наклонившись, я написал в грязи: «Наше путешествие почти закончено».
Глава 38. Али
Мы с Мэрроком шли несколько часов. Моё горло пересохло, желудок урчал. Я попыталась сообразить, что ела сегодня, но вспомнила лишь яблоко в покоях Императора. Я бы сейчас многое отдала за один укус от него. В болоте возле дороги имелась вода — тёмные лужи, спрятанные за скоплениями серой ряски — но я боялась оттуда пить.
Всюду вокруг нас мертвецы шаркающими шагами шли вперёд. Их глаза сделались тусклыми, рты приоткрылись.
Сначала они меня ужасно нервировали. Хотя их тела выглядели целыми, они двигались как драуги. Но я быстро поняла, что живые их не интересовали. Да их вообще ничто не интересовало, если на то пошло. Они все шагали на север — полагаю, в направлении самого Хельхейма. Единственным звуком здесь было тихое шарканье ног по древним камням брусчатки.
Мэррок держался поближе ко мне, бдительный и безмолвный. Завитки дыма исходили от его кожи. Он был единственным маяком красоты в этом параде мертвецов.
Я жалела, что не могу послушать маленькое устройство, которое он мне дал. Оно намокло и не включалось. Я попыталась напевать музыку, но делать это посреди трупов казалось попросту неправильным.
В итоге Мэррок дотронулся до моей руки, и, повернувшись, я увидела, что мертвецы перед нами замедлялись. Из тумана проступил тёмный силуэт постройки. И изменилось не только это. Новый звук присоединился к шарканью ног. Рёв хлещущей воды.
Мертвецы останавливались как вкопанные, начинали снимать одежду и бросать вещи кучками посреди дороги. Мэррок подошёл к одной такой куче, нашёл старую книгу, затем продолжил искать — предположительно, карандаш или ручку. Пока он занимался этим, я копалась в рубашках и джинсах, пока не нашла сумку.
Восполнив припасы, мы стали проталкиваться вперёд сквозь ряды мертвецов. Наконец, туман расступился, и я увидела, что тёмным силуэтом оказался узкий мост, перекинутый через ревущую реку. По мосту мог пройти всего один человек, но его отделка была роскошной, состояла из кристаллов и золота.
Мы были не в Хельхейме, пока нет. Хельхейм ограждён стенами. Но мы подбирались всё ближе.
У входа на мост стояла высокая женщина, как минимум три метра ростом. Она была одета в железную броню, держала перед собой длинный меч и смотрела на дорогу. Не мёртвая, но при этом толком не видящая. Я осознала, что знаю её имя. Это Модгуд, свирепая воительница и великанша, которая охраняла реку Гьёлль. Её мерцающие светлые волосы спадали поверх брони.
По мере приближения к мосту мертвецы выстраивались на узкой тропке, чтобы по мосту проходил только один за раз. Они медленно тащились к мосту, а мы шли следом.
Когда мы оказались у входа, Мэррок начал идти по нему, и я гадала, заметит ли великанша. Но она и пальцем не пошевелила. Её глаза по-прежнему смотрели вперёд.
Однако как только я шагнула на мост, её меч раскрошил камни у моих ног.
— Что привело живую на мой мост? — прорычала она, пригвоздив меня взглядом чёрных глаз. — Зачем ты желаешь пересечь эти воды?
— Я… — мой рот открывался и закрывался. Я же не могла объяснить ей, что хочу украсть палочку Локи, да? Будем действовать по-простому. — Я путешествую к Настранду… Берегу Мёртвых.
Великанша не пошевелилась, и её меч продолжал преграждать мне путь.
— Ты должна заплатить дань. Мёртвым не надо платить. Только живым.
Я раскрыла ладони.
— Ты хочешь денег? Потому что у меня их нет.
— Что мне делать с деньгами? — прорычала великанша. — Ваш вид платит дань кровью. Смочи мой клинок и можешь проходить.
Мне потребовалось несколько секунд, чтобы осознать её намерение.
— Ты хочешь, чтобы я порезала себя о твой меч?
— Или делай это сама, или я сделаю это за тебя, — её мускулистое предплечье напряглось, меч сдвинулся в мою сторону.
Я посмотрела на лезвие, затем на свою ладонь и отсутствующий палец. Хуже этого точно не будет.
— Ладно.
Я сжала меч, затем быстро скользнула ладонью вниз, рассекая кожу, но не слишком глубоко. В ту же секунду боль устремилась вверх по моей руке. Это оказалось больнее, чем я ожидала.
— Этого достаточно? — сказала я, показывая на след крови, который оставила на клинке великанши.
Модгуд подняла меч и начисто облизала его бледным языком. Мои губы скривились.
Она не смотрела на меня, произнося ответ:
— Ты заплатила дань. Ты можешь пройти.
Я ступила на мост. Он был построен из прозрачных кристаллов, и я видела сквозь него реку. Вода стремительно неслась по огромным булыжникам. Меня охватило головокружение, и я совершила первую ошибку. Я схватилась за перила, чтобы удержаться, и всё равно чуть не упала, когда от обжигающей боли перед глазами всё размылось. Я надавила раненой ладонью прямо на острый край кристалла.
Я медленно двинулась вперёд, сжимая рассечённую руку. Кровь капала с моей ладони на мост из кристаллов. Добравшись до середины, я помедлила. Тут-то я и совершила свою вторую ошибку. Я посмотрела вниз.
Между камнями торчали тысячи серебристых палочек. Я помедлила, сощурившись. Нет, это не палочки — это мечи. Тысячи и тысячи бритвенно острых мечей торчали между камнями. Холодный ветер щипал мои щёки.
Когда я посмотрела вниз, мост начал опасно покачиваться, словно эта штука хотела сбросить меня просто потому, что я живая. Я опять двинулась вперёд, стараясь держаться на ногах и спеша к концу моста.
Шагнув на землю, я сжала раненую ладонь и вздрогнула.
Низкий голос Модгуд донёсся до меня.
— Живая эльфийка, ты прошла в земли мертвецов. Твоя судьба решена. Пойми, что ты не сможешь уйти по этой дороге.
Мэррок уже отрывал полоску ткани от низа своей рубашки. Теперь, когда она сделалась короче, я явственно увидела мышцы его пресса.
— Это правда? — спросила я у Мэррока с ощущением нарастающей паники. — Я теперь в ловушке здесь?
Он хмыкнул, притягивая меня ближе к себе и перевязывая порез на моей ладони. Конечно, он не мог ответить, пока занимался этим.