Страница 115 из 195
ㅤㅤ ㅤ
Николь глубоко и умиротворённо дышала — такое сюрреалистичное зрелище для него. Того, кто несколько часов назад стоял подле Тёмного Лорда и видел, как тот пытал грязнокровку.
Такую же грязнокровку, как Рейнер.
ㅤㅤ ㅤ
Она почти каждый день засыпала подле него в выручай-комнате, а Драко до сих пор настолько не верилось в происходящее, что он не способен закрыть глаза. Он влюбился в неё ещё до того, как принял это. И он, и она тогда с нескрываемым удовольствием смаковали свой скоротечный роман, а Драко думал, что это не просто игра гормонов и желание переспать, а нечто большее. И вот сейчас она лежала рядом с ним, а ему периодически казалось, что это сон.
Фальшивое «мы просто друзья» с губ слетало чаще положенного, пока в голове таились порочные воспоминания о нежных губах на шее. Влюблённость в маглорождённую не входило в его планы от слова совсем, но ведь и планирование никогда не было сильной стороной слизеринца.
Жгучая ревность ядовитой ртутью циркулировала по венам, пока серые глаза неустанно наблюдали за её общением с кем-либо противоположного пола.
Самозабвенно целоваться под покровом безлунной ночи, до невозможности сильно прижимая миниатюрный силуэт к каменной поверхности стены, неосознанно проводить взглядом знакомую фигуру, будучи готовым наслать проклятие на любого, кто посмеет тронуть её, с лёгкой ухмылкой слушать её торопливые рассказы о красочном путешествии в Германию в детстве, понимая, что эта юная ведьма достойна всего мира, а не кратковременного отдыха, — это всё стало необходимо как воздух.
Она видела в нём то, что, порой, отказывались видеть другие — доброту, заботу и горящее огнём желание быть лучше, чем он есть. Николь ходила следом за ним, подавая руку, когда он падал, тайком доделывая за него домашнее задание, когда тот был занят заданием Тёмного Лорда (Драко делал то же самое с её заданиями), гладила его волосы и шептала успокаивающие слова, когда он приходил с очередным провалом. Она не превозносила себя для него, делая от души, стараясь для него настолько, насколько могла.
А самое неприятное: его постоянно грызла совесть за то, как он поступал с Асторией. Она не заслуживал такого. Ей бы быть с кем-то таким, как Блейз, а Драко оставьте Никки. Они оба сломлены и с меткой на предплечье. У Драко и Астории будущего нет. Не знал он, было ли оно у него и Никки, но попробовать был не прочь, хотя ей он никогда в этом не признается, конечно.
ㅤㅤ ㅤ
Драко любил смотреть за спящей Николь, но ещё больше он любил, когда она засыпала в его объятиях.
Малфой не верил в любовь. Просто эта девочка с карими глазами перевернула весь его мир.
***
Волшебник перед ней — не человек, скорее олицетворение тьмы. Если бы кто-то писал его портрет, у него не получились бы эти глаза с разными взглядами. Один смотрит на тело, а другой — сквозь него в душу.
ㅤㅤ ㅤ
— Нападай, — приказал Волан-де-Морт, голосом ломая её волю.
ㅤㅤ ㅤ
Николь не пачкала реальность криками заклинаний: она юна, но достаточно талантлива для невербальной магии. Однако её учитель ещё талантливее в силу многолетней практики. Почти невидим жест его руки, когда он останавливал одно её проклятие за другим. Он посмеивался, точно над ребёнком, и неосторожно разбудил в Рейнер гнев.
ㅤㅤ ㅤ
— Уверенней. Убедительнее. Не верю, что ты хочешь этого по-настоящему.
ㅤㅤ ㅤ
Прищурившись, девушка возобновила атаку, рассчитывая, что её желания ударить по нему должно хватить. Это непонятная ей самой непреодолимая тяга угодить Тёмному Лорду настолько, чтобы он был горд потраченным на неё временем.
ㅤㅤ ㅤ
— И это одна из лучших бойцов? Это какая-то насмешка.
ㅤㅤ ㅤ
Николь оскалилась хищно и почувствовала, что ярость готова искрить из её ладоней безо всякой палочки, но ничего не вышло. Повсюду были только его надменный смех и разочарование, которые готовы перекрыть ей дыхательные пути безо всякого намёка на жалость. Они парализовали её, вгоняли в панику и почти предсмертную агонию…
Когтевранка вздрогнула как от удара, судорожно сглотнула воздух, но не закричала. Ей словно боггарта подселили в голову. Ни одной спокойной ночи за последние две недели. Она непременно попросила бы зелье, чтобы заглушить тревоги и отдыхать спокойно, но Николь не желала проявить слабость. Она должна была доказать — самой себе в первую очередь — эмоциям и нежданным чувствам не одолеть её и не сдвинуть с проложенного курса.
ㅤㅤ
— Можешь быть свободна. Уходи, — нетерпеливый голос Реддла позволил Рейнер вовремя ретироваться и спокойно выдохнуть.
Она ещё докажет ему, на что способна.
***
На дне его стакана с огневиски тонуло всё их обоюдно упущенное время сквозь его отражение. Свежий шрам пересекал лицо, в котором он почти не узнавал себя, и он только сейчас начал чувствовать боль от проклятия, которым его зацепил Люпин.
Как они и думали, всё было лишь затишьем перед бурей. Новые задания были в разы опаснее предыдущих, противники сильнее, а времени на принятие решения меньше. В новой битве Николь с Пэнси не участвовали, а вот Драко и Тео досталось сполна. Но шрамы лишь украшают мужчину, как сказала Николь, поэтому Малфой спокоен. Моделью ему явно не быть, так что красивая мордашка ни к чему. Хотя Никки сказала, что так он стал лишь симпатичнее, а ей Драко верил.
Отражение в стакане тоже не знало ответ на вопрос, почему они с Рейнер не решились сделать шаги навстречу друг другу раньше.
В горле Малфоя горел огневиски. Беспечный, глупый напиток. Его градус заставлял задаваться старым дурацким вопросом: почему же они не уступили своим чувствам раньше, выкупив искренностью несколько общих лет?
ㅤㅤ ㅤ
Потому что праздные поцелуи ничего не значат. Если любить по-настоящему, то во время войны.
— Всё хорошо? — мягкий голос Николь вторгся в его разум.
Не говоря ни слова, Драко отставил стакан, взял Николь за руку, повёл её к дивану и сел. Девушка замерла напротив, и он кивнул себе на колени. Она смутилась, но послушно села на них.
— Ты прекрасна, — хрипло пробормотал Малфой, поднимаясь ладонями вверх по её упругим бёдрам.
Девушка закусила губу, чтобы заглушить мягкий стон, когда его ладони скользнули под покров её юбки.
Каждый раз, начиная всё сначала, она останавливалась и спрашивала себя: «Дура, оно тебе надо?». Надо. Одёргивала юбку и снова поддавалась соблазну. Соблазну получить то, чего так не хватало.
Николь стянула с него футболку, открывая себе вид на подтянутое тело парня. Он начал расстёгивать пуговицы на её блузке, смотря на аккуратную грудь. Последние две пуговицы решили объявить протест и отказались быстро расстёгиваться, а поэтому раздался треск и они разлетелись в разные стороны. Стянув с девушки блузку и юбку, он немного отстранился, чтобы полюбоваться её телом.
Ему нравилось, как чернела метка на её бледном, почти до боли худом предплечье, и безумно хотелось прикоснуться к ней, медленно обвести языком весь контур. Зубами до синяков кусать кожу на шее, оставлять следы поцелуев на лопатках, рычать сквозь зубы ей в ухо и не выпускать из рук до тех пор, пока не будет достаточно.
В её внешности не было ничего приторного, ничего навязывающего доверие, именно поэтому ей хотелось доверять. И никогда-то не сверишь её со своей памятью: даже её черты лица как пластилиновые, и она лепит из них каждый день то, что ей нужно, и не всегда это будет совпадать с тем, что ты помнишь о ней.
ㅤㅤ ㅤㅤㅤ ㅤ
Поэтому Драко старался её не помнить. Он просто знакомился с ней каждым пересечением взглядов. И она здоровалась всякий раз по-новому, а на её лице — тысячи разных биографий на все случаи жизни, она прорисует голосом любую, если будет нужно. Драко же искал в них общие черты, сверяя друг с другом, как будто это часть его работы — вдруг найдётся правда. Если она нужна. Правда.
ㅤㅤ ㅤㅤㅤ ㅤ
У правды не её внешность. Но и ложь ей не родня.
ㅤㅤ ㅤㅤㅤ ㅤ
И если что-то где-нибудь разлетается на тысячи осколков, она будет там. Ловить их, пока они не осели в прошлое.