Страница 49 из 88
Меня поддержали.
- Еще пусть приготовят "гостинцы" на случай штурма, - высказал я очередное предложение. - Можно разбить несколько сотен старых чугунков и приготовить подобие картечи.
Пока картечь еще не пришла здесь в войска. Пришлось объяснить, что это такое. Если лупить ей в упор - ущерб нанесет солидный. Кроме того, у нас были горшки с маслом, я предложил приделать к ним фитили, чтобы получилось "огненное" оружие.
Мои предложения одобрили.
- Только маловато таких зарядов получится приготовить Александр.
- Бочки со смолой и кипятком не помешают, - дополнил список "гостинцев" Мирон.
Как только совещание закончили, я распорядился немедленно приступить к рытью волчьей ямы у оврага. По расчетам бой мог начаться на следующий день после полудни. К этому времени уставшее после перехода войско Шогу как раз должно подойти к нашим позициям.
Военачальники лично контролировали работу. Мы серьезно готовились к атаке неприятеля. Ставили рогатины, колья, осколки серпов в замаскированный овраг и вырытую яму.
Маскировались с особой тщательностью. Я знал из истории Второй мировой войны, что лучше всего при маскировке подбирать цвета под раскраску крыльев бабочки. Тогда достигается максимальный эффект незримости. Конечно, и это пришлось объяснять солдатам. Они быстро смекнули, что значит копировать бабочек, собирали опавшие ветви, вырывали и укладывали траву, маскировали яму, овраг и сидящих в засаде бойцов.
Я выставил дозоры из надежных людей, чтобы они контролировали ситуацию и смотрели за тем, чтобы ни один человек не переметнулся к неприятелю и не предупредил о засаде. На резвом коне отправил разведчика, который должен был предупредить о приближении войска Шогу.
Мы успели замаскироваться и подготовиться к обороне. Засадный полк встал в лесу за большим оврагом и волчьей ямой.
Вскоре прискакал разведчик и доложил, что войско движется в нашем направлении. Большое, хорошо вооруженное.
- Они изрядно вымотаны тяжелым переходом, - сказал я Александру Непомнящему. - Лишь бы дошли сюда, не встали раньше на привал.
- Думаю, планируют встать в пределах видимости крепости, - ответил брат. - Так что ждем!
До боя время тянется медленно. Считаешь секунды: когда же все начнется?
Вот, наконец, я увидел, как вздымается в небо пыль от приближающейся армии. Вскоре появились первые кавалеристы. Они двигались медленным шагом, везли знамена. За кавалерией шла пехота.
Я наблюдал за движением врага в подобие подзорной трубы, которую конфисковали во владениях бывшего новгородского градоначальника. Пехотинцы топали тяжело, хмуро чеканя шаг. Колоны оказались не стройные - переход длительный, некоторые из солдат хромали. Они проделали длинный путь, и сейчас, похоже, мечтали только об отдыхе.
И тут я рассчитал верно, войско Шогу должно вступить в первый бой сильно уставшим.
- Лиха беда начало, - сказал я сам себе. - Военные приключения продолжаются!
Подготовленный нами якобы конный разъезд повстанцев сделал вид, что нарвался на бойцов войска Шогу, сильно испугался и во всю прыть рванул наутек. Мои всадники поскакали напрямик к засаде. Знатный военачальник Шогу зычно что-то проорал. Его кавалеристы ринулись за нашими, пехотинцы ускорили шаг.
Наши ребята проскочили по узенькому замаскированному мостику через овраг. Мостик обрушился, и красавец-скакун вместе с первым вражеским всадником полетел в углубление. За ним сразу упал второй, третий, четвертый...
Лошади завалились на острые колья и серпы, выплескивая из тела фонтанчики багровой крови.
Сражение началось по запланированному сценарию: конники помчались вперед, но нарвались на замаскированный и углубленный овраг с врытыми внизу заточенными кольями и другими поражающими элементами. Всадники падали, а вслед за ними скакали другие. Задние напирали на передних, сталкивая их в овраг, который наполнялся окровавленными бойцами и перепуганными, в основном тяжело ранеными лошадьми. Некоторые копошились и пытались выбраться, но на них падали новые всадники. Стоны, вопли, грохот, растущий курган кровавых тел.
Тех, кому удалось все же перебраться через трупы и преодолеть препятствие, стрельцы из засады встречали убийственным огнем из мушкетов и луков. Стрелы вонзались в незащищенные части тел бойцов неприятеля.
Многочисленная кавалерия Шогу несла огромные потери. Но горячий и гордый полководец далеко не сразу отдал приказ остановиться и перегруппироваться. Только когда ров был почти полностью завален телами, напор неприятеля ослаб.
Я находился в засадном полку и руководил операцией. Мы нанесли врагу существенный урон и быстро вернулись в крепость: не стали ждать, когда Шогу поймет, в чем дело и обойдет овраг и волчью яму.
После того, как погибла значительная часть кавалерии, войско неприятеля сникло. Противник оказался весьма хитрым. Не очень-то хотелось сразу идти на штурм крепости, в которой скрылся засадный полк. Это новые потери.
Шогу решил осмотреться, он считал себя непревзойденным полководцем, хотя ранее проводил только учения, а реальных боевых действий не вел, занимался лишь разгоном протестных митингов. Военачальник должен был как можно скорее вернуться к другу Нитупу с победой. Однако "раздавить" повстанцев сходу не получилось, а потеря кавалерии спутала карты. И Шогу теперь задумался: не устроить ли блокаду крепости и попросить у Нитупа еще подкрепление.
Хотя войско неприятеля все еще немного превосходило численностью защитников крепости, был отличный шанс не только устоять, но и нанести противнику сокрушительный удар.
Чтобы не попасть в длительную блокаду, я решил спровоцировать Шогу на штурм. Несколько добровольцев поочередно спустились со стен крепости на самодельных веревках и сделали вид, что бегут из города. Такие действия создали у Шогу иллюзию, что обороняющиеся боятся штурма и пытаются вырваться из обреченной крепости.