Как стать царем

  Лисюк задумался. Перспектива оказаться в осаде у повстанцев, да еще и навлечь на себя гнев Нитупа, пугала бравого вояку. Он сделал приветливое лицо и сказал:

  - К нам обещали прислать армейский отряд с другим паролем. Потому и проверяю вас. Что-то поменялось?

  - Поменялось! Тот отряд послан на осаду Питера. А нас срочно перебросили из Твери. Разве вас не предупредили голубиной почтой?

  - Нет, не предупредили. Возможно, голубь погиб.

  - Это бывает иногда, - сказал Хорошук.

  - Въезжайте, помощники дорогие! Лучшие дома города к вашим услугам!

  Ворота открыли, мост опустили, мой отряд, не торопясь, въехал в город. Дома в крепости в основном каменные, хотя были и деревянные. Улицы чистые, хорошо подметенные. Виднелись казармы, дворец главы города и карцер или, по нашему, тюрьма, где содержали бунтовщиков и прочих невольников. Город еще не проснулся, на улицах было малолюдно.

  Пока мой расчет оказывался верным. Нас приняли за подкрепление. Первым делом необходимо было впустить в город пехотинцев, которые уже бежали в направлении крепости.

  Напасть на охрану ворот должны были по моему сигналу. Я выжидал подходящий момент, но меня опередили. Несколько самых нетерпеливых бойцов, среди них Хорошук, увидели, что ворота пытаются закрыть и бросились на стражу. Хорошук с ходу зарубил двух часовых.

  Я понял, что пора действовать, скомандовал.

  - Атакуем всеми силами! Глотните зелья!

  После секундной паузы, вызванной приемом допинга, вспыхнула резня. Конники навалились разом, а охрана не сразу сообразила, что происходит.

  Я поспешил напасть на Лисюка: крайне важно убрать авторитетного начальника. Спрыгнул с лошади, выхватил меч, бросился к гвардейцу. Тот успел парировать выпад, между нами начался бой. Для меня важно победить как можно быстрее. Противник оказался выше и гораздо тяжелее, он махал длинным мечом.

  Лисюка считали одним из лучших бойцов национальной гвардии. В недавнем прошлом так оно и было. Но сейчас командир гвардейцев слишком отъелся, стал менее поворотливым.

  Я сделал вид, что споткнулся о тело упавшего бойца. Лисюк попытался рубануть по мне с дикой силой. Я ждал этого, отклонился и всадил острие своего меча в тело противника.

  Мои ребята оттеснили стражу от ворот и вновь опустили мост. По нему побежали первые, самые быстрые бойцы освободительной армии, многие из них вооружены, чем попало, но мужики полны энтузиазма. Они вбегали в ворота и разбегались по городу в поисках врагов.

  - Крушите гвардейцев! - скомандовал я. - Берите в плен тех, кто сдается!

  Мои бойцы разогреты, их уже не остановить, а противник как следует еще не проснулся.

  Рядом со мной Мирон с энтузиазмом срубил офицера, а бойцы его полка - пару гвардейцев возле казарм. Те даже мечи не успели поднять. Не война, а мясорубка!

  Гарнизон Новгорода считался сильным. Но разве под нашим неожиданным натиском можно устоять?

  В толпе обороняющихся я увидел шикарно одетого господина и напал на него. Несколько выпадов опытный гвардеец отбил, но я провел бабочку и выбил саблю у противника. Затем сальто, удар ногой в челюсть, и добивание клинком меча.

  Все же не нравились мне лишать жизни даже врагов, да и вождь повстанцев не должен рисковать собой. Но азарт войны толкал на подвиги.

  Гвардейцы пытались разбежаться, спрятаться, некоторые отстреливались из мушкетов. Но большинство решили сдаться.

  Я крикнул своим:

  - Отведите пленных в карцер, выпустите оттуда повстанцев, а бойцы передового отряда за мной на штурм дворца!

  Круглые золоченые купола главного дворца города были хорошо видны со всех сторон, как и герб Новгорода под ними.

  Стража у входа оказалась довольно многочисленной, но наших кавалеристов было больше, и мы атаковали. Охранники сопротивлялись без энтузиазма, а когда вслед за нами появились еще и пехотинцы повстанческой армии, вся стража разбежалась.

  Я первым проник во дворец и побежал по коридорам огромного здания в надежде настигнуть главу города, который мог уйти через возможный подземный ход.

  Слуги бросались передо мной на колени. Один из них не оказал должного почтения и остался лежать с разбитым носом.

  Когда я ворвался в спальню градоначальника, то увидел лужу крови и лежащего в ней мужчину. Рядом стояла женщина с кинжалом в руках, она, нервно улыбаясь, сказала:

  - Наконец-то я покончила с тираном! Да здравствует восстание!

  - Ты кто? - спросил я.

  - Бывшая жена этого негодяя.

  - Зачем ты его убила? - задал я очередной вопрос.

  - Давно мечтала! Он - садист, унижал и избивал меня.

  - Покажешь, где муж прятал свои сокровища?

  - Покажу! Меня зовут Люда.

  - А меня - Алексей.

  - Пойдем со мной.

  Женщина повела меня по коридору, возле одной из комнат остановилась, открыла дверь, указала на статую медведя и сказала:

  - Надо надавить на глаза, тогда высунется язык. Если за него дернуть, откроется тайник.

  - А не ловушка это? - с опаской спросил я.