Страница 2 из 18
– Как у земноводных – медленно произнес Ваня. Пара отошла уже довольно далеко от воды и продолжала пятиться назад.
Морское животное лежало в воде животом на песке, голова была на поверхности. Соня с Ваней, не отрываясь, смотрели на ее конечности. Вместо плавников, у акулы были настоящие человеческие руки, только с перепонками, как у лягушки. Акула смотрела на парочку, несколько секунд, не отрываясь. Потом она резко оттолкнулась руками от берега и уплыла.
Соня с Ваней стояли и по-прежнему смотрели на воду, боясь пошевелиться. На море была тишь да гладь.
И только яркий красный луч смог привести ребят в чувство.
– Соня, пошли, пора, опоздаем – Ваня крепко сжал руку Сони и потянул ее за собой. Девушка послушно повиновалась, ноги у нее все еще были ватные.
На улице уже было очень темно. Ване пришлось достать из рюкзака фонарик. Он надел его на шею и сразу стал виден путь домой. Через несколько минут, когда горизонт слился с землей, окутанный тьмой, красный луч начал мигать.
– У нас десять минут – шепнула Соня.
– Мы почти пришли – сказал Ваня и ускорил шаг.
Они буквально влетели в открытые ворота. Мужчина, встретивший их, достал из кармана небольшой планшет.
– Кто? – спросил он, исподлобья глядя на ребят.
– Иван Лапин и София Мартынова – ответил Ваня. Соня все еще крепко сжимала руку молодого человека.
– Отметил! Проходите – кивнул мужчина. Молодые люди вошли в холл. В самом его начале стояла огромная колба с человеческий рост. Ваня подошел к ней первым. Стеклянные двери автоматически открылись, и молодой человек зашел вовнутрь. Спустя несколько секунд на табло колбы высветилась цифра три. После этого колба засветилась зеленым цветов и двери открылись. Это означало, что заражения нет. Ваня прошел вперед и остановился, чтобы дождаться Соню. Девушка так же зашла в стеклянные двери и вышла с другой стороны. Табло показало цифру два. Ребята прошли в просторное помещение, имитирующее прихожую.
– Мне надо в душ, встретимся позже – сказал Ваня и уже хотел ускорить шаг.
– Подожди, а мы не будем никому рассказывать, что видели? – окликнула его Соня.
– Потом – коротко ответил Ваня и скрылся за дверью.
Соня глубоко вздохнула, стараясь, таким образом, успокоится. Сердце девушки все еще бешено колотилось в груди. После этого Соня скрылась за поворотом, ведущим в женское крыло.
Признаки жизни
Придя в свою комнату, Ваня, первым делом, скинул одежду и встал под освежающую струю воды. Он, как и Соня, тоже не сразу смог прийти в себя. Стоя под душем, он раз за разом прокручивал в голове увиденное. Мертвые рыбы, которые появляются на берегу регулярно. Все они отравлены, значит, море не пригодно для жизни. И акула, появившаяся неоткуда и уплывшая в некуда. И эти руки! Лапы, руки, называйте, как хотите, но это точно не плавники! И как она на них с Соней смотрела. Ведь, если, следуя инстинктам, она захотела бы напасть, она бы напала. Но, казалось, она умнее. Она не хочет и не поддается своим инстинктам. Акула ведь очень ловко оттолкнулась от берега. Точно так же она могла и на них прыгнуть. Ну, или хотя бы, попробовать. Но акула этого не сделала.
Ваня вышел из душа, наспех вытерся полотенцем и накинул на себя халат. После чего подошел к книжной полке и взял в руки толстый кожаный ежедневник. С помощью своей закладки, он смог открыть нужный ему день.
«После обеда я снова оправился к морю. В этот день был шторм. Хоть Соня и просила меня не ходить, я ее не послушался. Да и хорошо, что она не пошла со мной, без нее спокойнее.
Я захватил на всякий случай с собой доску, но прибор показал, что вода заражена. Похоже, что мне и сегодня не удастся поплавать. Я скоро совсем забуду, как стоять на доске. Хотя показатели все-таки уменьшаются и это хороший знак. Раньше они прыгали туда-сюда, сейчас только снижаются, хоть и медленно.
Я, как обычно, сел на песок и стал любоваться морем. В шторм или в штиль, оно все равно прекрасно! И тут из моря, прямо к моим ногам, упала рыба. Как всегда, мертвая. Я слегка отскочил в сторону, чтобы она не коснулась моей оголенной руки или, что еще хуже, лица. А потом я пригляделся – у рыбы не было головы. Судя по всему, голову кто-то откусил. Я стал вглядываться в волны и, по-моему, заметил что-то. В тот миг мне показалось, что я явно видел акулу. Или какую-то другую большую рыбу. Волны были большие, так что мне могло и показаться. Но рыба! Она же не с неба упала! С другой стороны, почему же тогда акула не съела ее целиком?!
«Динь, динь, динь» – услышал Ваня из громкоговорителя, который находился в потолке, в самом углу его комнаты. Этот звук означал, что через двадцать минут будет ужин.
– Прямо как на войне – заметил молодой человек и продолжил чтение.
Ветер все усиливался, и мне пришлось вернуться в наш бункер. Я всерьез забеспокоился, что такой сильный ветер сможет поднять меня в воздух и унести в море. И еще больше, я боялся, что Соня все-таки пойдет меня искать, и потом уже придется волноваться мне.
Сейчас уже пишу и сам сомневаюсь, а была ли это акула. Может мне и впрямь показалось. А рыба могла плавать в воде очень давно. Об увиденном никому не сказал, даже Соне. Зачем ей волноваться обо мне еще больше? Ни к чему!»
– Полгода назад – сказал Ваня, взглянув на дату. Так же, рядом с записью, был прикреплен небольшой кусок бумаги с рисунком. Ваня в тот вечер сам его нарисовал. Море, волны, акулий плавник.
Молодой человек сел за свой небольшой письменный столик. Такие стояли в каждой комнате. И, открыв чистую страницу, записал все, что они с Соней видели сегодня. Из верхнего ящика, Ваня извлек потрепанный альбом для рисования. Отрезав от чистого листа четверть, он зарисовал увиденное. Голова акулы на песке и пальцы с перепонками, перебирающие разноцветные песчинки.
Ваня закрыл ежедневник и хотел уже поставить его на полку, но заметив торчащий уголок листа на последний странице, он потянул за него. Это был рисунок карандашом. На листе была изображена Соня. Девушка сидела на берегу, обняв руками колени, и смотрела на море. Ваня нарисовал ее по памяти около года назад. Соне он его ни разу не показывал. В дверь неожиданно постучали. Молодой человек поспешно убрал рисунок обратно и поставил ежедневник на место. После чего открыл дверь.
– Ты идешь ужинать? – спросила Соня. Она все еще была уличном костюме, на шее болталась маска.
– Да! А почему не переоделась? Где ты была? – спросил Ваня. Девушка вошла в комнату.
– В своей комнате. Я и забыла, что надо переодеться – рассеяно произнесла Соня.
– Сонь, так, давай, иди, переодевайся, встретимся в столовой. Обещаю, что после ужина мы все расскажем Виктору! – Ваня подошел к девушке и обнял ее за плечи.
– Да, хорошо, расскажем, да, переоденусь, пожалуй – так же рассеяно сказала Соня и вышла из комнаты.
Когда за ней закрылась дверь, Ваня невольно улыбнулся.
– Какая ты у меня смешная – тихо произнес он. Затем достал из шкафа джинсы и футболку.
Через несколько минут, они с Соней и с другими жителями дома, встретились в столовой. Здесь было очень шумно, как всегда. Хотя, казалось бы, что обсуждать, каждый новый день похож не предыдущий. Тем для разговоров почти нет. И все равно, люди находили, о чем поговорить.
– Виктор Федорович! – воскликнул один из присутствующих, когда в зал вошел мужчина лет сорока. В одной руке он держал тот самый небольшой планшет со списком пришедших, в другой свой ноутбук.
– Да, Михаил, я знаю, что ты мне скажешь, Вадима Максимова опять нет.
Мужчина лишь молча, кивнул и сел обратно.
Виктор сдержанно покачал головой, просматривая список.
– Искатель приключений – выдохнул мужчина, убедившись, что все остальные вернулись – И что ему дома не сидится.
– Так скучно же – пожал плечами другой мужчина. По его пустой тарелке было понятно, что на ужин он пришел раньше всех.
– Жив и уже хорошо! – заметил Виктор Федорович и махнул рукой в сторону Вани – Иван же у нас тоже искатель приключений! И ничего, каждый раз возвращается! А Вадим через день…