Страница 20 из 76
И вновь — яркий образ, подтверждающий его слова. Шелиару едва не вырвало от увиденного.
«Я сказала, перестань!»
«Но ведь это правда. И ты знаешь об этом, Шелиара Нирааль, не так ли? Ты знаешь, хоть и отказываешься это признавать. Но ты ничего не можешь сделать. В очередной раз тебе придется смириться. Придется быть послушной овечкой, отправляющейся на заклание ради того, чтобы род Нирааль мог объединиться с родом архонта Кагальзира и, воспользовавшись его состоянием, хоть как-то продолжить свое существование. Ты ведь понимаешь, что у тебя нет другого выбора. Так что просто смирись».
К сожалению, Шелиара понимала.
Однако когда она уже почти что смирилась с неизбежностью, зазвучал Голос, услышав который, она едва не подпрыгнула. Этот Голос она не слышала давным-давно. Голос, который она некогда окрестила Надеждой.
«Выбор есть всегда».
Нежный и заботливый. Мягкий и успокаивающий. Он звучал крайне редко, но когда звучал, всегда придавал ей сил. Дарил надежду. Вот и сейчас — она устремила к нему все свои чаяния…
«Что ты имеешь в виду?»
«То, что есть другой выход. Другой путь».
Другой путь. Неужели это правда?..
Только бы он существовал на самом деле.
— Какой? Какой путь?!
Шелиара поняла, что от переизбытка эмоций говорит это вслух, причем довольно громко. Однако сейчас ей было все равно. Плевать, что услышат архонтовы слуги или даже он сам. Ради другого выхода она готова была кричать хоть на все Четвероземье.
«Ты действительно хочешь это знать?»
«Разумеется я хочу это знать!»
«Ты точно уверена?»
«Боги Рассвета… Да. Да! ДА!»
«Назад пути не будет».
«Если есть другой выход, путь назад мне не понадобится».
Шелиара чувствовала, как ее сердце бьется едва ли не вдвое быстрее обычного. Она бродила по саду с одной-единственной мыслью: он есть! Есть выход!
Боги Рассвета наконец услышали ее стенания!
«Что он даст мне, этот путь?»
Надежда зашептала:
«Он избавит тебя от страданий. От боли. От несправедливости. От ноши. От всего, что делает тебя несчастной и твою жизнь невыносимой. Признайся, разве не об этом ты мечтала все это время? Разве не надеялась, что однажды сможешь сделать так, чтобы твоя жизнь больше не походила на кошмар наяву?»
Конечно. Именно на это она и надеялась.
Ей показалось, или несколько Голосов начали возмущенно роптать? Пророк начал было насылать какие-то странные предостерегающие образы, Вопрошающая начала задавать уточняющие вопросы… В Сумерки их! Усилием воли Шелиара сумела подавить их возмущения. Хватит. Она наслушалась их. Пусть наконец говорит та, что может предложить что-то дельное.
В голове вспыхнул яркий образ — Перекресток. Три дороги, ведущие в разные стороны… Неужели она, наконец, нашла ту единственную, что избавит ее от всех горестей?..
Правой рукой она нащупала в нагрудном кармане платья аркану — переодевшись, она взяла ее с собой, повинуясь неясному порыву. Теперь же все будто вставало на свои места. Разве не так?..
«Покажи, — взмолилась Шелиара. — Заклинаю тебя всеми Богами и ЛжеБогами, Рассветом и Сумерками, землей и небесами! Если ты знаешь такой путь — покажи мне его».
В глубине сознания раздался одинокий смешок. Или ей показалось?..
«Что же, — отозвалась Надежда. — Тогда позволь мне направлять твое тело…».
Она позволила. Почувствовала, как не только разум, но и тело перестает полностью ей подчиняться.
Ничего. Оно того стоит.
«Пойдем, дитя. Для начала нам нужно, не привлекая внимания, покинуть это место. Ты справишься с этим?»
Шелиара задумалась. Покинуть резиденцию… Ее, наверное, скоро начнут искать. Что тогда? А, неважно. Все неважно.
Шелиара направилась к калитке. Дежурящим у выхода слугам архонта она может сказать, что ей нужно кое-что забрать в экипаже…
«Да. Я справлюсь.»
«Чудесно. Идем же поскорее на свободу, дитя. Идем, и я покажу тебе Путь Избавления».
Глава 6
Когда-то давно, в бытность наивным одиннадцатилетним мальчишкой, Альдан дал себе твердое обещание не сближаться (а, желательно, и вовсе не общаться) с городской знатью. И уж тем более, упаси Боги, со знатью столичной.
На то имелись, как он полагал, весьма веские причины. Помнится, его отец, когда еще был жив, поговаривал, что, если Всемогущие Боги хотят предопределить человека к Сумеречной Обители, они «награждают» его знатным происхождением. Богатство и власть портят людей, это всем известно. А уж как людей портят унаследованное, то есть незаслуженное богатство и власть…
Альдан хорошо помнил, как из-за жадного до денег главы Риндвая, небольшого города в западных землях Триамны — между прочим, назначенного по смерти предыдущего главы Советом Архонтов, — их семейство все стремительнее и стремительнее погружалось в нищету. Как отцу, неплохому (по меркам Риндвая) ювелиру, этот городской глава, заручившись поддержкой в лице других влиятельных граждан, то и дело ставил палки в колеса, а в итоге и вовсе разорил. Как лишь милостью Богов Рассвета им с матерью удалось выжить и даже накопить денег на то, чтобы Альдан мог отправиться на обучение в столицу. То были не самые приятные детские и юношеские воспоминания, однако Альдан полагал, что они всегда будут напоминать ему о необходимости жить своей жизнью и держать как можно большую дистанцию с вельможами и их отпрысками. Поступив в Университет, Альдан придерживался этой концепции уже третий год.
Вплоть до позапозавчерашнего дня.
Подходя к лестнице из желтого кирпича, Альдан размышлял о том, насколько быстро подавляющее большинство людей готовы изменить своим принципам. Раньше ему всегда казалось, что подобное может произойти с кем угодно, кроме, конечно же, его самого. И вот — он едва ли не вприпрыжку несется в особняк одного из самых богатых и знатных молодых людей Исхирона. Что сказал бы его отец, увидев это? Скорее всего, промолчал бы, в отчаянии прикрыв лицо руками. С другой стороны, отца уже пять лет, как нет, а необходимость искать ответ на вопрос, почему Боги с ним так обошлись — есть.
Этот аргумент показался Альдану достаточно убедительным, чтобы не поворачивать обратно и начать подъем по лестнице. По его левую руку ярко-оранжевый солнечный диск потихоньку скрывался за островерхими крышами близлежащих домов. В воздухе веяло вечерней прохладой. Альдан не любил жару, предпочитая ей подобную погоду. В конце концов, зимы в Триамне, и особенно на Священном Полуострове обычно выдавались мягкими и не снежными — не то что в каком-нибудь Гергельяре или тем более в Шаугриме. А ведь и та, и другая страна являются государствами Юга. Что же тогда творится на Севере? Если верить прочитанным им географическим трактатам, там даже летом носят меха…
Оставив позади лестницу и подойдя к входной двери особняка, Альдан собрался с духом и дернул за шнурок звонка. Как и в прошлый раз, внутри звонко запел колокольчик. Альдан был готов к тому, что на этот раз дверь откроет не Герцог, а кто-то из слуг.
К чему он оказался не готов, так это к тому, что дверь откроет Иолая. Облаченная в шелковую темно-зеленую накидку с золотым шитьем и длинную желтую юбку, она одарила его чарующей улыбкой чуть подкрашенных губ.
— Я это… — смущенно пробормотал Альдан, переминаясь с ноги на ногу. От Иолаи исходил приятный запах жасминовых духов. — К Герцогу… За книгой… Если можно…
— Ты мой белокурый котеночек, — хихикнула Иолая и скользящим движением провела рукой по его волосам. — Тебе конечно же можно. Правда, он сейчас немного занят — видишь ли, беседует в гостиной с двумя достопочтенными иерофантами из Претории. Но… — Иолая подмигнула Альдану, пропуская через порог, — думаю, мы придумаем, как весело провести время, пока они наговорятся о высоком. Что скажешь?
Альдан сглотнул подступивший к горлу ком и чуть подрагивающей рукой закрыл за собой дверь.