Страница 28 из 41
— Я так понимаю, у меня и выбора-то нет. В вашем лагере ценные вещи у меня отберут.
— Да. И разделят на общак.
— Будь осторожна, — шепнула Карелия, обнимая Диану.
Повозка умчалась, а Диана осталась одна на окраине леса с вещами в руках и с лошадью, которую она побаивалась, ибо та была не спокойным конем, к которому она привыкла, а норовливой и свободолюбивой.
Вещи оказались мешковатыми и, естественно, большими. Пришлось подвязывать штаны ремешком, чтобы они не спадали. Грудь Диана перевязала косынкой, сделанной из рубашки. В сумке имелась и бандана, похожая на ту, в которых были разбойники, грабившие ее когда-то в лесу.
Одевшись, девушка ждала Себастьяна. И совсем нехорошие мысли лезли в голову.
Она доверилась разбойнику! С чего решила, что он ей поможет? Что мешает ему не выполнить свою часть договора? Деньги и драгоценности сейчас у него. Покровителей, которые защитят, у нее нет. Кого ему бояться? О нем, кроме имени, ничего не известно. Что его связывает с женой Астемира — непонятно, да и не доказуемо.
Диана извела себя так, что готова была прыгнуть на норовливую лошадь и помчаться за ним вдогонку, только без толку. Со всех сторон обложили. Куда не кинешься — везде засада.
В глубоком волнении и депрессивных мыслях Себастьян и застал Диану.
Попытавшись скрыть радость, она спросила:
— Как добрались? Всё нормально?
— Нормально, — буркнул кареглазый и взметнулся на лошадь, подавая девушке руку. — Я предпочел бы завязать вам глаза, но так понимаю, вы и без этого дорогу не запомните.
Диана села на лошадь, с облегчением вздохнув: все страхи оказались напрасны, он вернулся за ней, сдержал слово. Радовалась она и тому, что ей не приходится управлять сейчас лошадью, ведь езда верхом усложнялась темнотой и норовливым характером животного.
Диана наконец-то смогла расслабиться. Спиной она чувствовала твердые мышцы ехавшего сзади. Как горячие камни ощущался его твердый пресс. От мужчины веяло силой и опасностью, но рядом было легко и свободно, как будто за каменной стеной.
Путь по лесу оказался неблизким. Может, грабили они и недалеко от дворца, на главной дороге, но жили намного глубже в лесу.
Когда они прибыли к цели, стояла глубокая ночь. Себастьян снял спутницу с лошади и повел в одну из деревянных хижин. Зажег свечи и повернулся к ней.
— Добро пожаловать в логово разбойников. Вы будете жить со мной. Другого выхода я не вижу. Это ненадолго. Я вскоре что-то придумаю.
Он немного поколебался и снял маску с лица. Теперь Диана могла рассмотреть его. Впервые.
Кареглазый не выглядел слащавым красавцем. Небольшой шрам на щеке придавал лицу особую необъяснимую обоятельность. Щетина делала брутальным.
Смуглый, небритый, со шрамом на щеке Себастьян предстал волнующе прекрасным, а когда рубашка полетела вниз, обнажая мускулистое тело, сердце забилось немного чаще.
— Госпожа Горонтэк, — усмехнулся он, глядя на ее открывшийся от изумления рот. — Я думаю, вам не стоит раздеваться на ночь. Сегодня вы спите одна на вон той постеле, — и он указал пальцем в один из углов, где находился деревянный топчан.
— А кто тут обычно спит? — оторвала взгляд от загорелого мужского торса Диана. В слабом свете свечей его тело казалось особо волнующим для женских глаз.
— Давайте обойдемся без имен. И во-первых, перейдем на ты, у нас не принято обращаться друг к другу почтительно, а во-вторых, вам нужно короткое прозвище. Идеи есть?
— Дин. Зови меня Дином. Или просто Ди.
— Как скажешь. Ди так Ди. Условия твоего пребывания здесь очень просты: ты должен(!) меньше попадаться на глаза другим разбойникам, стараться не говорить ни с кем, чтобы голос твой мало кто слышал и не сказать чего-то лишнего, что тебя выдаст. Здесь никому нельзя верить.
— Я поняла. То есть я понял.
Диана двинулась к своей постели.
— И еще одно: если ты будешь смотреть на меня такими голодными глазами, то может произойти то, чего ты желаешь.
И он коварно улыбнулся, обнажая ровные белые зубы. Себастьян задул свечу. Комната погрузилась во мрак, а девушка еще долго ворочалась, пытаясь уснуть на жесткой соломе, которая служила ей матрасом. Быть может, мешали мысли. Сейчас она серьезно задумалась: правильно ли поступила, попросившись жить среди бандитов. Ведь это только в сказках и романах разбойники веселы и безобидны, но хотелось верить, что они походили на своего главаря — обаятельного, смешливого и мужественного.
Глава 40
Долго поспать не удалось. Когда Диана открыла глаза, уже светило солнышко и на улице слышался шум и мужские голоса. Себастьяна уже не было.
Она привела себя в порядок. Туго завязала бандану и испачкала лицо сажей, чтобы придать ему больше мальчишеского. Результатом своих трудов полюбоваться не могла, так как зеркала не нашла.
Девушка вышла на улицу. Сейчас она рассмотрела то, что вчера скрывала ночь. Вокруг деревянного домика стояло около двадцати сооружений, похожих на палатки. Как поняла Диана, их можно собрать в случае чего и перенести в другое место. Домик же, скорее всего, когда-то принадлежал леснику.
Люди вокруг готовились к приему пищи, а некоторые упражнялись в стрельбе из лука.
Гостья ошиблась, ожидая, что разбойники будут похожи на главаря. Честно признаться, многие из них выглядели устрашающе. Гнилые зубы, немытые волосы и оборваная одежда были отличительными чертами некоторых. Сейчас она видела их без масок, отметив, что при первой встрече они казались ей более загадочными. Удивилась тому факту, что в основной массе здесь находились молодые люди в возрасте от двадцати семи до тридцати пяти лет. Морщинистых стариков она не наблюдала, а вот пару юнцов лет по семнадцать — девятнадцать заметила. И тут в голову пришла не очень хорошая мысль: они видели ее! Не факт, что могли опознать, но такая вероятность имелась, и это совсем не радовало.
— Дин, ты уже проснулся? — услышала сбоку от себя голос Себастьяна.
Он коротко представил ее банде, а они удивленно окидывали ее взглядом, что слегка настараживало. В этих взорах не было приветливости и доброжелательности. Скорее, подозрительность и настороженность.
Затолкав ее обратно в хижину, он спросил, глядя в глаза:
— О чем я говорил тебе вчера? Чтобы тебя мало кто видел! Зачем ты вышла? Экстрима захотелось?
— Я писать хочу, — опустила виновато взгляд Диана.
— Ох, горе ты мое! Надень маску. Пойдем со мной.
И они двинулись в лес. Себастьян отвернулся, пока она справляла нужду, а потом показал реку, где можно искупаться.
— Будешь ходить сюда стирать вещи. Это один из способов держаться подальше от других. Мыться будешь, когда все уйдут на дело. Надеюсь, надолго здесь не задержишься, я обязательно придумаю, как с тобой поступить.
Себастьян
Как это все непросто — следить за безопасностью юной леди. С самого начала Себастьян подозревал, что это будет нелегко, и сейчас его опасения только усилились.
Он был в этой банде главарем. Кареглазый красавец не простой бандит с большой дороги, а с образованием, которое получают в высших кругах. Умел писать, читать, знал этикет, чего нельзя сказать о других участниках банды. Многие из них являлись бандитами в прямом смысле этого слова. Сбежавшие когда-то от наказания, они нашли пристанище в лесу. Не он собирал команду — возглавил уже то, что имелось, превращая кучку опасных бродяг в опытных злодеев, обчищающих толстенькие кошельки, но никакие улучшения навыков и азы письма не выбьют их сущность.
Себастьян установил правила, создал кодекс. От создания до теперешнего момента прошло несколько лет, за это время к ним добавилось еще несколько участников, но нужно заметить, что люди появлялись здесь редко, поэтому новый человек всегда вызывал подозрения.
Имелись и участники банды, которые в набегах не участвовали, являясь ценными информаторами: сообщали, когда и где будет проезжать какая-нибудь важная персона.