Страница 17 из 21
Именно Выносливость отвечает за сопротивление отравлению. И, как бы забавно это ни звучало, опьянение тоже входило в категорию отравления. Пусть даже дворфы и сварили пиво с какими-то грибами, Тин почти ничего не почувствовал.
— А еще кружечку нальют? Или у дворфов так не принято? — с улыбкой спросил Леха.
— Обижаешь! — тут же встрепенулся Смургин. — Хоть десять!
— А двадцать?
— Хоть двадцать!
К столику подкатили целую бочку. Тин и дворфы черпали оттуда грибное пиво, соревнуясь в выносливости. На восьмой кружке Леха получил уведомление.
Мысленно Тин усмехнулся. Дворфы вокруг него с трудом стояли на ногах, а они выпили столько же, сколько Леха. Болкурн и Смургин держались лучше всего.
— А ты, это, крепкий малый, — икнув, сказал привратник.
— Взаимно, — кивнул Тин. — Бочка кончилась. Темное и светлое дадите попробовать?
— А как же! — будто протрезвев, прокричал Смургин.
Тин выпил по три бокала светлого и темного. Дворфы попадали на землю, только Смургин и Болкурн, держась за стол, продолжали стоять.
«Триста Выносливости!», — удивился Тин, посмотрев характеристики главы Стального Топора. У Смургина было всего 200 Выносливости, но, видимо, решал опыт.
Дворфы явно не собирались продолжать пить — им хватило. Мир слегка плыл перед глазами Тина. Пусть у него и был огромный показатель Выносливости, объем пива он в себя влил тоже огромный.
— Прогуляюсь, — сказал Тин. До встречи было еще пятнадцать минут.
— Ага, давай, — махнул рукой Смургин и завалился на пол. Никто не придал этому значения — коренастые дворфы падали на пол таверны, как переспевшие желуди с дуба.
«Да и падать им не так уж далеко», — улыбнулся про себя Тин и вышел из таверны.