Страница 11 из 128
運公正 (сочетание всех трех иероглифов приводят к переводу— правосудие)
Хд собственно, почему эта история идет сложнее, чем СПР, потому что я ищу эти значения и их сочетания, а не просто гуглю имена хд
Глава 9. Императорский дворец полон интриг
Ученик и принц сели за стол. Шань Ченмо же не торопился к ним присоединяться и, похоже, в очередной раз остался незамеченным и забытым всеми. Впрочем, он сам не стремился, чтобы о нем вспоминали, потому что вел себя довольно тихо.
— Угощайтесь, этот чай мне подарил император сегодня днем, — улыбнулся принц Зиан, — а я готов отвечать на ваши вопросы.
Чжэн Нуо задумчиво покружил цветы чая в чаше.
— Если честно, я немного глуп и не знаю, что спрашивать, — внезапно выдал он, — мне очень жаль.
Принц Зиан искренне удивился таким словам подростка, но тот в свою очередь был очень задумчив.
— Хм, может я начну свой рассказ о том, что мне кажется важным, и ты будешь задавать вопросы, которые будут возникать у тебя? — поинтересовался ласково принц, добродушно улыбнувшись. — Я бы тоже был растерян.
— Благодарю Вас, Ваше Величество, — ответил ученик Чжэн Нуо, поклонившись тому вновь над столом.
— Наш император всегда отличался строгим и неприступным нравом, — со вздохом начал принц, — к своему гарему он всегда относился холодно и предъявлял к нему большие требования. Однако, даже так он не был так жесток, как в последнее время.
— Он изменился с появлением духа? — предположил Чжэн Нуо, слушая рассказ принца.
— Я не знаю, изменился ли сначала он и потом появился дух, или было наоборот, но в последнее время все чаще я замечаю тень за его спиной… Каждый раз, когда он наказывает очередную наложницу, если та ему не пришлась по нраву. Раньше в наказание он лишал наложницу своей милости. Самым тяжелым наказанием за слишком фальшивую игру были плети, но всего пара ударов.
— За простую игру — плети?! — поразился Чжэн Нуо. — И это не жестоко?
— Если ты пришел или пришла в гарем, то становишься лицом императора, а значит фальшивой игрой ты оскорбляешь его титул. Находясь в гареме, ты должен превосходить всех прочих, иначе выкажешь свое пренебрежение к императору. Поэтому все девушки и мужчины в гареме оттачивают свой талант и мастерство. Прочие должны быть одного уровня, но выше всех, а те, кто пришел благодаря своему таланту, должен возвысится с ним над всеми, чтобы не было этому человеку равных.
— Да… Не думаю, что об этом мечтают приходящие сюда.
— Награда стоит свеч, — сказал принц, позволяя служанке разлить чай по чашам вновь, — титул, драгоценности, прислуга. Каждая наложница получает жалование наравне с министрами и, ко всему прочему, имеет возможность стать императрицей и подарить наследника, таким образом войдя в семью императора. Лишь супругов императора не могут призывать для показных представлений, потому что даже их таланты принадлежат лишь императорской семье. Но наш император не взял себе в семью ни одного мужчину или женщину.
— Почему? — удивился Чжэн Нуо.
— Кто знает, — пожал плечами принц Зиан, — ни одна из наложниц не подарила ему наследника, а среди мужчин он не находит дорогих сердцу. Должно быть так. Разве это важно? — принц застенчиво улыбнулся, и подросток покраснел до кончиков ушей.
— Не так чтобы… Но вдруг, — он смущенно отвел взгляд, а затем, прочистив горло, продолжил, — так вы говорите, дух появился недавно, как и то, что Его Высочество стал более жесток?
— Верно, — подтвердил принц, — уже погибло две наложницы. Они были не из знатного рода, поэтому ни один из министров не возмутился, но если так пойдет дальше… Боюсь, Его Величество ждут беды.
— Ваше Высочество! — в комнату забежала служанка. — Прошу вас поторопиться! Император возвращается из зала заседания!
— Мне нужно торопиться, — тут же сказал принц Зиан, поднимаясь на ноги, — если вам будет необходимо поговорить со мной, то вы сможете найти меня во дворце, но не гневите императора, старайтесь посещать меня лишь в крайнем случае!
— Почему он должен гневаться? — тут же поинтересовался Чжэн Нуо.
— Гарем — не место для чужих мужчин. Лишь потому, что я его брат и просил позаботится о Вас, он позволил мне прийти. Но сейчас его нрав вспыльчив, я не знаю, верен ли он еще своему обещанию. Я рад, что вашему здоровью ничего не угрожает, — с улыбкой сказал принц и ловко выскользнул за дверь.
Двери закрылись, и в помещении снова остались двое.
— Как думаешь, все происходящее может быть связано с принцем? — задумчиво спросил Шань Чжэн Нуо.
Шань Ченмо, который уже стащил сладости и сидел незамеченным за столом, подавился.
— Ты заметил мое присутствие? — удивленно раскрыв глаза, спросил подросток.
— Ты же не призрак, чтобы мне не чувствовать твоего присутствия, — фыркнул и вспылил подросток, — к тому же, ты съел половину тарелки! Так что ты думаешь?
— Пусть думает магистр Юнь, — ответил мальчик, доедая сладость, — пойду доложу обо всем, что узнал.
— Оставляешь меня одного, здесь?! — возмутился Шань Чжэн, когда его брат по культивации поднялся на ноги.
— Прогуляйся, ты ведь не инвалид, — ответил Шань Ченмо, — заодно осмотришься.
После этого он тоже убежал. Разумеется, заскучавшему снова Шань Чжэн Нуо разрешение прогуляться показалось более, чем привлекательным, поэтому он наскоро собрался и поспешил так же покинуть надоевшую комнату. Только тогда он понял, что солнце давно село, и «улицы» между домами наложниц гарема освещали лишь белые бумажные фонари.
— Ну и где здесь осматриваться? — хмыкнул Шань Чжэн.
Он отошел от своего дома, а затем задумчиво обернулся. После этого он тихо подошел снова и оставил на одной из красного дерева балок засечку камнем. Теперь он сможет найти свое временное жилище хотя бы по ней. Подросток довольно улыбнулся, оглянулся, чтобы убедиться, что его никто не видел, после чего поспешно выбросил камень, отряхнул руки и был таков.
Во дворце было удивительно тихо и живописно. Дома наложниц составляли отдельный комплекс дворца и были как небольшой отдельный город вокруг одного изящного пруда, в котором плавали удивительные рыбы. Сейчас было лишь начало лета, поэтому над этим прудом грациозно парили светлячки, похожие на спустившиеся с неба звезды. Помимо прочего, на пруду был выстроен длинный деревянный мостик, который зигзаговато уходил на все его четыре стороны света. Потемневшее небо и горящие фонари дополняли картину романтикой. Можно представить, как утром здесь ходили роскошные красавицы гарема, изящно обмахиваясь веерами и любуясь рыбками в пруду, а по вечерам избранная наложница императором вместе с ним затаилась в центре пруда в беседке.
Как же удивился Шань Чжэн, когда после последней мысли он увидел в центре пруда императора. Приподняв брови, Шань Чжэн Нуо не придумал ничего лучше, чем пройти на мостик к нему. Тот, разумеется, сразу заметил приближающуюся к нему фигуру.
— Как видно, в лечении ты более не нуждаешься, — сказал император, окинув юношу недружелюбным холодным взглядом.
— Да, я чувствую себя уже довольно хорошо, — без тени иронии ответил подросток.
Император хмыкнул и отвернулся снова. Видимо, он рассчитывал, что подросток поймет, что разговор окончен, и уйдет, но он не знал, с кем имеет дело.
— Почему Вы здесь стоите? — спросил подросток, встав рядом с императором, совершенно игнорируя тот факт, что с ним уже не хотят говорить.
Император перевел взгляд на подростка и понял для себя одну простую вещь.
— Ты действительно ничего не понимаешь, — констатировал он факт, — похоже, Наш брат подобрал юродивого.
— Он очень добрый человек, вполне мог, — искренне ответил Шань Чжэн Нуо, — так Вы ждете здесь его? Но мне сказали, что ему сюда заходить нельзя.
Император тяжело вздохнул.
— Твое счастье, что Мы сегодня в хорошем настроении, — с этими словами император решил уйти.