Страница 18 из 64
— Ыыы, — промычал легат, зажимая рот рукавом, — ооо!
Невероятным усилием воли он взял себя в руки. Доминуса не стошнило и сознания он не потерял, хотя Витту показалось, что в какой-то миг легат был близок к этому.
Воин нагнулся к кувшину, плеснул мерзкой жижи себе на ладонь и тщательно обмазал шею, затем запястья и щиколотки. Немного плеснул себе на макушку и щедро ливанул на грудь. Остатками вытяжки легат облил себе ноги.
Вонь, стоящая в подземелье, усилилась в разы. Витту даже показалось, что где-то вдали он услышал полный ужаса собачий лай, который, впрочем, быстро захлебнулся.
«Суровая штука, — подумал он. — Просто даже сравнить не с чем…»
Легат ухватился за скобу и принялся подниматься вверх. Лез он быстро и уже через пять ударов сердца отодвинул засов, откинул крышку и выбрался наружу.
Здесь царила ночь. Небо было полностью затянуто облаками, так что ни звёзд, ни луны не видно. Впрочем, это нисколько не мешало, так как после ведьминских отваров легат какое время мог обходиться вообще без света.
Воин захлопнул заросшую травой крышку и отошёл на два шага от входа в подземелье. Обернулся и хмыкнул, увидев, что тот словно по волшебству исчез.
«Сильна ведьма, — в который уже раз подумал Витт, — ох, как сильна…»
Доминус неслышно двигался в темноте, словно паря над землей. Он приближался к стоянке орков, и постепенно навстречу ему начали попадаться ожившие мертвецы. Вначале поодиночке, затем группами по десять-пятнадцать. Все они стояли молча и не двигались, cловно столбы соляные!
Вначале Доминус таился и пытался обходить их, но, в конце концов, понял, что они, действительно, не видят его! Или не чуют? Глаза-то вроде почти у всех есть, а у некоторых даже вон красным огнём горят.
«Забавно…выходит, мертвяки по запаху людей находят? — подумал Витт, — а с глазами тогда у них что? Они нас не видят что ли, а только чуют? Или ещё и слышат? Или…»
Его размышления прервало глухое рычание. Во тьме загорелась пара зелёных огоньков. Это был вполне себе живой дифк.
Почти сразу же рычание перешло в глухой всхлип. Приблизившийся дифк учуял исходящую от легата ВОНЬ. Тварь закашлялась, упала на колени и её вырвало какой-то белой гадостью.
Преодолев разделяющее их расстояние одним звериным прыжком, легат воткнул цыганский нож чудовищу в шею по самую рукоять.
Доминус успел отпрыгнуть в последний миг. Из раны ударил фонтан чёрной крови, и дифк, даже не застонав, повалился набок.
«Готов», — мысленно констатировал Витт.
Доминус шумно выдохнул и побежал. Двигался он размеренно и мощно, больше ни от кого не таясь.
Витт заметил, что мертвецов стало попадаться всё больше и больше, а вот живых что-то было совсем не видать!
«После битвы с легионом и нападения на лагерь, их, наверное, совсем мало осталось, — решил Витт. — Орков живых и приспешников вроде дифков и горных кельпи. Их тупо нет.»
Впереди, метрах в ста от них, в темноте что-то забелело. Шатёр! Легат остановился и перевёл дыхание. И как только ему удавалось с этими шариками в носу бежать?
Доминус достал из ножен клинок Кабая и медленно огляделся по сторонам. Рядом с шатром стояло довольно много мёртвых орков, хорошо хоть, не вплотную друг к другу! Но всё равно оставшееся расстояние до шатра уже пробежать не получится. Придётся мимо них протискиваться. Аккуратно.
«Мда…без ведьминой вытяжки тут делать было бы нечего, — подумал Витт. — Разве что пару сотен копейщиков, да сотню лучников с тяжёлыми дальнобойными луками сюда прислать. Тогда можно было бы пробиться…потеряв при этом половину войска…»
Доминус начал осторожно двигаться вперёд. Мертвецы стояли настолько близко, что пару раз он чуть было плечом их не задевал! Однако они его совсем не чуяли.
Когда до шатра оставалось всего три дюжины шагов, из темноты прямо навстречу легату шагнул орк. Древний, измождённый полускелет в ржавых, но инкрустированных дорогими камнями доспехах. Может, вождь какой-то?
В отличие от остальных мертвецов, его глаза светились синим пламенем. Стоило лишь легату приблизиться к нему, как морду орка перекосило от отвращения. Похоже, что мертвец что-то почуял…
— Хрр… — из его оскаленной пасти выползло с десяток мелких, светящихся зелёным светом паучков, — хррргМ!
Легат ударил чудовище ножом Кабая под подбородок, а цыганский клинок вонзил прямо в висок! Череп треснул, словно гнилой арбуз, и во все стороны посыпались пауки и мокрицы.
Доминус отпрыгнул на метр вбок и замер в защитной стойке. С десяток ближайших к нему мертвецов повернули головы, видимо, на шум упавшего тела.
Витт даже не увидел, а почуял, как вспотел легат. Да и не мудрено, если все мертвяки разом на него навалятся, то никакой волшебный нож не спасёт!
Хвала старым богам, ничего не произошло. Несколько мгновений мертвецы смотрели на тело орка-вождя, но легата они в упор не увидели! Когда те, наконец, отвернулись, легат что-то прошипел сквозь зубы и двинулся к шатру. До того было уже рукой подать…
«Хмм…а вот и живые!»
Метрах в пяти от входа в шатёр горел костер, у которого сидели четверо орков. Все уже не первой молодости, с руками и лицами, покрытыми старыми и новыми шрамами. Матёрые.
Доминус остановился, спрятавшись за очередным мертвецом, не дойдя всего пары шагов до границы светового круга, отбрасываемого костром. Один из орков-охранников скривился и сморщил нос. Похоже, что у этого воина обоняние было получше, чем у остальных, и он первым почувствовал приближение чего-то нехорошего.
Легат выглянул из-за широкой спины мертвеца и метнул цыганский нож в скривившегося орка. С левой руки! С мерзким хлюпом клинок вонзился тому точно в правый глаз, и орк завалился на бок. Остальные вскочили на ноги, сжимая ятаганы в зелёных, бугрящихся мышцами руках.
Доминус налетел на них из темноты, словно вихрь смерти! Полоснул ножом по горлу одного, пнул ногой в пах второго, а третий….третий, наконец, почуял, ЧЕМ пахнет.
— Буэээ… — орк уронил ятаган и изверг в костер буквально водопад рвоты!
С обеих сторон шатра к Доминусу метнулись ещё пятеро орков. Да куда там! Все попадали на колени и принялись блевать, а одного так вообще с двух сторон поласкало. Спереди и сзади, по крайней мере, так показалось Витту.
«Обалдеть… — подумал он. — А я-то уже решил, что видел в этой жизни всё…»
Легат решительно сорвал висящий над входом полог и вломился в шатёр. Здесь царил полумрак, слабо потрескивали угли в жаровне и пахло горькими травами. На груде брошенных на землю шкур лежал…Великий Шаман?!
«Эээ….да он же не крупнее ребёнка десятилетнего! — озадаченно подумал Витт. — Недокормленного…»
В прошлый раз, во время вспышки он не разглядел шамана как следует. Теперь же всё было иначе.
Хилый, одетый в хитон серого цвета орк, вскочил навстречу легату. В своих ручонках он сжимал покрытый серебристыми рунами посох. Щеки орка смешно надулись, но надо отдать ему должное, в отличие от всех своих соплеменников он не сблеванул и не обосрался. Лишь крепче ухватился за посох, да замычал что-то.
— Откуда ты такой взялся…убогий? — от подобного зрелища даже легат опешил и решил заговорить с врагом.
Между тем воздух вокруг посоха задрожал. Кажется, шаман начал-таки творить какую-то нехорошую волшбу. Правда, пока ничего не получалось. Видимо, заклятия орков всё-таки были рассчитаны на чёткое произнесение, а не на мычание.
«Ахахаха! Стоит ему только рот открыть и всё! — злорадно подумал Витт. — Будет блевать, как остальные, и о всяком непотребном колдовстве позабудет!»
Замешательство легата кончилось. Он шагнул навстречу шаману и от души рубанул того ножом. Орк, несмотря на свой убогий вид, довольно ловко подставил под удар посох.
ВСПЫШКА!
Зелёная!
Красная!
Чёрная, а затем полная темнота…и скрежет. Да такой, словно все собравшиеся возле города мертвецы разом заскрипели гнилыми зубами. Внезапно пахнуло морозным воздухом, и перед глазами Витта всё прояснилось.