Змий

— Зато с моим подходом к обучению и тому, чему я её обучаю, она уже в двенадцать лет будет способна к невербальной и беспалочковой магии. А пока она подтягивает свой контроль к приемлемому уровню, я буду её учить теории магии, рунам, ритуалистиуе и зельеварению. Если её усердие останется на нынешнем уровне, то в тридцать лет ей не будет равных в магии в Европе, ну кроме уж совсем старых затворников, что сидят у себя в мэнорах и носу за него не высовывают, — и это правда. Я безусловно видел не мало сильных магов в Риме, центре и сосредоточении сильнейших магов современной Европы, вот только вся их сила была следствием привязки с детства к сильному источнику родовой магии, что прокачал им собственное магическое ядро. Но вот умений и знаний у них не столь уж и много. Что для меня было странным, ведь уверен, что в их библиотеках не мало интересной литературы, что могла бы им помочь достичь небывалых высот, но почему-то я не повстречал магов, владеющих интересными навыками. Наверное возникает вопрос, а откуда мне известно об уровне их знаний и образовании? Ну, во-первых, я не гнушался шарить по их разуму при помощи ментальной магии, а во-вторых, использование редких заклинаний и иных магических школ оставляет след на развитии системы магических каналов, а также астральном теле, но ничего подобного я так и не увидел у повстречавшихся мне магов.

— Ясно, — на этом наш разговор с Франческо подошёл к концу, ведь он с дороги сразу отправился на встречу со мной.

Постепенно страсти немного улеглись и уже через месяц у замка Бадоэр было меньше сотни верующих, которые неизвестно на что рассчитывали, то ли меня хотели увидеть, то ли попасть в комнату кардинала, где весит крест, да только я если и выйду из замка, то либо просто перемещусь из него порталом, либо выйду под иллюзией, да и вряд и меня кто-то знает в лицо из тех, кто сейчас дежурит на площадке, ну а в замок их точно никого не пустят.

За это время было небольшое паломничество из благородных семей Венеции, дабы своими глазами взглянуть Святой Крест и прикоснуться к реликвии. Уверен, Франческо немало поимел за это, своего этот купец не упустит, да и чужое тоже может прихватить, если выдастся случай.

Меня же все эти экскурсии, которые ежедневно водил Франческо в замке, не коснулись никак. Я ему прямо заявил, что не собираюсь играть в его игры с аристократами и я лишь учитель магических дисциплин его дочери, не больше, но и не меньше. Если у него возникнут вопросы ко мне по поводу её учебы, то пожалуйста, но на этом всё.

Поэтому мне ничто теперь не мешало вновь окунуться в исследования и эксперименты, но только я разошёлся и уже был на пороге открытия, как меня вновь вызволили из подземелий. Вернулся кардинал Амати.

И вот мы вновь в его покоях, куда уже три дня как перестали водить гостей дома Бадоэр, кардинал сидит в своём кресле напротив креста на стене, а я сижу напротив него чуть сбоку.

— Святозар, после случившегося католическая церковь никак не могла пройти мимо столь яркого Чуда и участия в нём господа нашего. Была созвана коллегия кардиналов, и после недели совещания тебя причислили к Благословенным. Это впервые, когда католическая церковь признала им кого-то не из своей паствы, — перебирая чётки, Венченцо не отрывал взгляда от креста.

— Я не силен в званиях и духовных санах католиков. Просветите, что оно означает? — и нафига оно мне вообще сдалось? Так и хотелось мне продолжить свой вопрос, но я удержал язык за зубами.

— Перед канонизацией и присвоением звания Святого, сперва присуждается степень Почтенный, но её ты миновал, затем Благословенный. Если ты совершишь или будешь участником ещё одного Чуда, которое признает католическая церковь, то после своей смерти тебя причислят к лику Святых, — ну просто заебись. Всю жизнь мечтал им стать, что вот прям сил нет, как теперь хочется ещё раз совершить чудо и сразу же умереть. Эххх… Теперь, чтобы спокойно передвигаться по Европе, мне нужна новая личина, а это вновь выдумывать себе легенду, нарабатывать авторитет, если я хочу попасть в интересные места и библиотеки аристократов. Да твою же мать! Так и хотелось мне грязно выругаться вслух. Так ещё и этого мне мало, теперь нужно постоянно следить за своей спиной, ведь найдется не мало противников в стане иерархов католической церкви, что будут категорически против того, чтобы я мог даже чисто гипотетически стать святым. Они пожелают, так сказать, превентивно устранить подобную возможность в лице меня, пока я вдруг не сотворил ещё одного Чуда, о котором не умолчишь.

— Вижу не рад ты этому, — грустно вздыхая, он продолжил, — и прекрасно понимаю ход твоих мыслей. Ты своим поступком разом заимел немало недоброжелателей среди кардиналов. Никто не хочет создавать прецедент. Но я просто не мог солгать и мне пришлось честно ответить перед коллегией о случившимся. Теперь тебе лучше не появляться в Риме.

— А о чём Вы хотели поговорить в прошлый раз? Ведь у Вас явно было ко мне какое-то дело, перед тем как я увидел крест и пожелал к нему прикоснуться, — чего уж теперь, остаётся только быть внимательнее к своему окружению. Хорошо хоть, что никому не известна моя истинная сила и мои умения. А уж жить в режиме постоянной бдительности я умею, спасибо памяти Салазара и Ровены/Морганы. Поэтому решил сменить тему, о которой уже немало думал ранее и сейчас лишь утвердился в своих выводах.