Страница 153 из 581
Стоило мне обратить внимание на разумных в ладье и просканировать каждого на ней, как мне сразу же стало ясно, что это за любопытствующие сюда мчатся на всех порах. Я опять упустил из внимания достаточно весомую деталь, здесь ведь находится остров Валаам с одноименным православным монастырём, а люди, находящиеся в лодке, сутью своей очень напоминали боевиков инквизиции и, видимо, это братья из схожего подразделения, но уже русской-православной церкви.
— Хм… — и после очередного глотка мне пришла в голову неплохая идея, ведь мне нужно было расшевелить Ватикан и отвести их внимание от своих головорезов. А тут у меня представилась такая замечательная возможность!
И в этот же момент один из моих клонов, которые всё это время находились под скрытом, что их даже Василиса не смогла обнаружить, призвал моего Великого Духа Белого Коня, облачился в иллюзию сияющих доспехов и в таком виде, да с моим посохом на перевес, словно с копьём взмыв высоко в небо, устремился к Василисе, что сейчас вовсю пыталась отрегенерировать свою плоть. Мои клоны перестали на пределе сил лупить её светом. Я же не собирался её убивать, она мне ещё не отдала мою награду. Очень уж мне хотелось получить в свои руки змеиное яблочко.
Моя иллюзия, пафосно зависнув над стенающей от неимоверной боли извивающейся дрянью, что по своей сути не далеко ушла от темной твари, только рангом повыше, отчего святость Единого и свет из прямого канала плана этой энергии столь действенно наносили ей тяжёлый урон, рухнул на неё сверху и пронзил моим посохом.
Это стало последней каплей, после которой Василиса потеряла сознание, и теперь уже ничто не мешало моему клону переместиться с нею в наш домен, в бывший город Стллошх. И чего я его всё время так именную, теперь он принадлежит мне и нужно дать ему новое имя. Вот только какое?
Но об этом можно подумать и позже, так как совсем не к спеху, а вот послушать о чём говорят на ладье, было любопытно!
— Отец Серафим! Это ведь был Георгий Победоносец?! Я всей душой, да что там душой? Я всем телом, кожей и даже волосами на голове ощутил святость, излучаемую светом. Это точно был он!!! Это чудо, отец! — не унимался в своем восторге рулевой, что вёл ладью к месту битвы святого, а никем другим, в его понимании, воин, сражающийся сейчас со змеем, быть не мог.
Но на его, насыщенную фанатичным возбуждением и яркими эмоциями, речь ответил старец, что всё это время так же как и все остальные пассажиры ладьи не отводил своего взгляда от творящегося на расстоянии чуть больше версты сражения защитника веры Христова с отродьем Лукавого. В этом у него сомнения не было. Он был сильнейшим и опытнейшим из присутствующих в ладье воинов, поэтому в полной мере смог оценить не только силу Святого, но и твари, с которой он сражался, а тварь была очень сильна. И если бы этот воин не справился с нею сейчас, то вряд ли кто из ныне живущих смог бы ей противостоять, а значит без помощи Господа, в лице его воина и защитника рода людского, было бы очень много жертв, начни эта тварь буянить и доберись она до крупных поселений.
— Не Георгий это, Памфил, — а в памяти его всплыли строки старой церковной хроники, где описывалось заседания епархиальной комиссии насчёт того, передавать ли дело Святозара Змиева, как утверждают знавшие его люди — православного христианина, которого признала Святым католическая церковь, дальше по инстанции наверх Синоду, дабы признать его Святым православной церкви. Но дело до его канонизации так и не дошло. Не хотели наши иерархи даже в таком вопросе соглашаться со своими оппонентами в вере из Рима. Но отец Серафим, обладающий даром видеть суть, только увидев мужчину, сияющего светом, признал в нём Святозара. Его дар сразу же открыл ему правду имени святого, что нынче противостоит злу!
— Но кто тогда? — не унимался Памфил.
— Это Святозар, — прозвучал уже в тишине и ночной мгле ответ отца Серафима, после того как фигура воина на белоснежном коне и змея исчезли в вспышке света.