Страница 48 из 63
«А о том, что не обнял бабушку, ты будешь жалеть всю оставшуюся жизнь»… Аластер не повторил этой ошибки и крепко обнял отца. Тот немного растерялся. Это были первые объятья в их жизни. И, наверное, первые искренние слова:
— Папа, спасибо вам! Я… я очень вас люблю.
— И мы, мы тобой очень гордимся. Спасибо…
После этого виновники торжества вновь разошлись по своим шеренгам.
Церемониймейстер торжественно объявил о прибытии гостей:
— Великий Князь Винтер, а также Великая Княгиня Винтер с наследником.
Это были поистине великие люди — те, кто оберегал покой и процветание упокоенных в Эмбере. Аластер помнил и этот урок:
«Когда-то давно, когда Бог спустился на землю, он затмил собой солнце, и потому на том месте оно исчезло, зато появились прекрасные солнечные цветы. Место это так понравилось Богу, что он наказал Винтеру — первому человеку, которого встретил на земле, — заботиться об этом кусочке земли, и для выполнения данной миссии даровал ему великую магическую Силу Тьмы. С тех пор благословенное княжество Эмбер стало тем местом, где люди могут обрести покой.
Однако Сила Тьмы была слишком велика для человека и не могла долго оставаться в его теле, поэтому было решено, чтобы князья Винтер рожали наследников, к коим и будет переходить этот Дар. Так дошло до наших дней, так и будет продолжится вечно…»
Профессор Горгаш когда-то поставила ему за этот текст пять. Редкий был случай!
Тем временем в зал торжественно вошли князья Винтер, хранители вечного покоя… Такого разочарования Аластер не ожидал.
Невысокий, полный человек в перво-сером, почти белом платье, казалось, вообще не понимал, где находится. Он безразлично озирался по сторонам и все время поднимал руки к лицу, трогал его. Княгиня Винтер, его супруга, выглядела получше — статная и даже красивая, она косилась на мужа и подталкивала его в спину, когда тот тормозил.
За ними шел маленький мальчик лет семи, их сын. Будущий князь Винтер.
Возможно, Аластер сам еще не до конца вырос, но он почему-то сразу, в одно мгновение, понял чувства этого малыша. Им владел страх. И источником страха, несомненно, являлся сияющий и могущественный князь Винтер — странный и вялый человек, который, казалось, и шагу не мог ступить без твердой направляющей руки своей супруги.
Все трое подошли к трону Императора и выполнили поклон. Точнее, поклонились только маленький князь и княгиня, сам же владыка Эмбера потоптался на месте и неумело наклонил туловище. Потом снова потрогал свое лицо…
Аластеру было неприятно на это смотреть.
Когда высокие гости заняли свои места, Император подозвал к себе маленького князя и некоторое время говорил с ним. Вероятно, пролистал его новенькую душу, посмотрел внимательно на детские страхи и надежды, выбрал из них главное, чтобы построить на основе увиденного наиболее мудрый план…
— Последние минуты заходящего солнца! — объявил Церемониймейстер.
Император поднялся с трона и прошел к огромному панорамному окну, которое заменяло одну из стен главного зала. Божественную фигуру осветили последние алые лучи. Душу Аластера наполнили покой и благоговение. Спокойное, полное мудрости и бесконечной сосредоточенности лицо подсвечивалось теплым сиянием. Должно быть, именно это ощущение счастья навсегда останется с упокоенными и отправится вместе с ними в далекий благословенный Эмбер.
Сейчас в душе не осталось и тени скребущего недавно сомнения — только восхищение.
Император вытянул вперед руку, она была обращена каждому в этом зале, коснулась каждого сердца. Собравшиеся приблизились к Императору.
Солнце заходило в последний раз, время двадцати человек подходило к концу, и изумительная красота за окном была им достаточной наградой. Отсюда открывался вид на великолепный Адамант и на широкую реку за каменными стенами. Именно с этой реки и начнется путешествие упокоенных в свою новую обитель.
На одной из плоских крыш города, недалеко от дворца, началось специально подготовленное представление. Гости заметили артистов, заулыбались и начали указывать на них другим. Первыми выступали акробаты, жонглеры и канатоходцы. Аластер даже не знал, что в Адаманте живут такие мастера. Гости восхищенно аплодировали, а Император милостиво улыбался. Это был момент истинного счастья — наслаждаться искусством рядом с Ним и вместе с Ним.
А на крышу-сцену тем временем вышла девушка в пятеро-сером платье. Под неслышимую мелодию заходящего солнца она начала танцевать…
— Нет! Нет нет нет нет нет! — раздался резкий крик.
Гости оторвались от окна и уставились на источник шума.
Великий князь Винтер с обезумевшим взглядом отступал назад, при этом он хватался за лицо и раздирал кожу до крови.
— Нет! Это… нет! Это она! Она!
Кто она? Аластер уставился в окно на танцовщицу. Девушка все еще не закончила танец, продолжала кружиться, а князь все пятился орал.
Гости так опешили, что не могли сдвинуться с места.
Маленький князь вырвался из толпы и бросился к отцу, но безумец то драл себе лицо, то размахивал руками, будто отмахивался от чего-то невидимого. Он задел подбежавшего сына, тот не устоял на ногах и упал.
Аластер дернулся, было, к мальчику, но его что-то остановило не пустило двинуться с места.
Что это!?
Император приблизился к орущему князю и тот начал что-то ему объяснять, цепляясь за белоснежные одежды:
— Бог! Это она! Ты видел? Это она! Я не вынесу!
Лицо, разодранное в клочья, белые глаза… Он запачкал своей кровью Его одежды! Император схватил Винтера за шкирку и встряхнул.
— Я видел! Нет! Это не она! Ты слышишь меня? Виктор!
Последнее имя Император выкрикнул громче, как команду. Карающий меч уже был рядом. Они, вероятно, поняли друг друга без слов, потому что орущего князя подняло вдруг в воздух и унесло к выходу. А сам Виктор подошел к сидящему на полу маленькому князю. Мальчик, казалось, не мог усмирить дыхание. Он тоже схватился за голову… почти как его отец.
Виктор присел на корточки и что-то прошептал. Тут же от мальчика по белокаменному полу разошлись трещины. Толпа взвизгнула и отскочила в сторону, Аластера утянуло этим потоком, и он не увидел, что же произошло дальше. Кажется, Виктор взял мальчика на руки и понес к дверям.
Горизонт за окном уже практически полностью поглотил алое солнце.
Глава 13
03.09.2016 г.
Первый мир
Княжество Цирит
46 лет после Революции
15:05 (Суббота)
Алиса
— Фух, ну и жара, — выдохнула Алиса, поднимая голову к небу и ставя ладонь козырьком.
— Ага, и не говори. Но главное, что Луке хорошо. Да, Лука? У тебя там все нормально? Может, все-таки шубу принести, а то к вечеру ожидается похолодание? — Дени негромко рассмеялся собственной шутке.
Алиса побоялась обидеть нового друга, но улыбку сдержать было сложно. Лука, и правда, перестарался с количеством одежды, да к тому же вырядился, как на официальный прием: кремовые брюки, жилет и пиджак, темно-голубая рубашка и яркий оранжевый шейный платок. Трость и цилиндр, конечно, неизменны. А ведь ребята всего лишь собрались в город, погулять.
От одежды Луки иногда дух захватывало — такие бодрые цветовые сочетания он придумывал, но это всегда были именно СОЧЕТАНИЯ. Цвета гармонировали друг с другом, хотя не всегда об этом сами могли догадаться. При наложении на классическую строгую одежду эффект получался умопомрачительным. Алисе нравилось разглядывать его наряды, каждый день новые.
А Дени с одеждой не заморачивался. Обходился яркими, но очень простыми вариантами. Он предпочитал удобство, но чувствовалось, что эта простота стоит не меньше, чем цилиндры Луки.
Еще с ними вместе толклись сейчас на остановке Барбара и жидкая кучка первокурсников. С этими было все ясно. Под ярким солнышком от них слепило глаза, поэтому хотелось зажмуриться. Алиса попыталась вспомнить название болезни, когда ты плохо воспринимаешь цветовые сочетания. Идиосинкразия, что ли? Все шансы есть ее тут подхватить. Особенно, если она еще раз посмотрит на лимонно-малиновую сумку Вероны.