Страница 37 из 73
Глава 11
Неожиданно для самого себя барон Анастас Иванович Микоян, миллионер, промышленник и известный меценат, именным указом императора Иосифа Первого стал председателем совета раввинов Российской Империи. Вот прямо сегодня утром два вооружённых фельдъегеря и принесли украшенную печатями и подписями бумагу. Заодно приглашение прибыть на Большой Семейный Совет в течение часа.
Первым делом Анастас Иванович попытался оспорить указ императора:
— Ваше Величество, ну какой из меня раввин? Увольте от такой милости.
— Замечательный из вас раввин, господин барон, — усмехнулся в усы Иосиф Первый.
— Но я армянин!
— А я в детстве думал, что Ереван и еврей это одно и то же слово, только произнесённое на разных языках. И подумайте сами, барон, неужели я могу доверить такой важный государственный пост еврею? Они же не поймут и станут смеяться.
— Думаете, в моём случае смеяться не станут?
— Наоборот, будут уважать как человека, занявшего высокий пост благодаря нужным связям и личному капиталу. Евреи таких любят, хотя и завидуют. Зато понесут взятки.
— В мои обязанности входит борьба с коррупцией среди раввинов? — удивился Микоян, почти смирившийся с назначением.
— Да зачем? Взятки берите, и после уплаты пятидесяти процентов в казну оставшимися деньгами распоряжайтесь по своему усмотрению. Хоть на весёлых девок потратьте, хоть на строительства синагоги на Южном полюсе. Вы в своём праве, барон.
Вот эта часть служебных обязанностей понравилась Анастасу Ивановичу больше всего, и он настолько осмелел, что спросил:
— А финансирование совета раввинов как пойдёт?
— Со стороны бюджета Империи никак не пойдёт, — ответил Иосиф Первый. — Даже наоборот, лицензия на деятельность этого совета будет стоить пятьдесят миллионов в год.
— Однако…
— И это ещё недорого за право быть услышанным императором. Соглашайтесь, барон, отказа я всё равно не приму.
После разговора с действующим императором к барону Микояну подошёл император бывший, он же Николай Александрович Романов. Подмигнул с видом заговорщика:
— Анастас Иванович, это я вас посоветовал.
— Вот спасибо! — попытался съязвить Микоян.
— Всегда пожалуйста! И я рассчитываю на долю в доходах от взяток.
— Сколько?
— Я не государство, мне и пяти процентов хватит.
Это не так уж и много, решил барон, и кивнул:
— Договорились. Вам наличными, как обычно?
— Знаете, Анастас Иванович, в этом случае предпочту переводы на мой банковский счёт.
— Хорошо, так и сделаем.
В императорском кабинете на семейный совет собрались самые близкие родственники. То есть, император с императрицей, тесть и тёща императора, и шурин императора генерал-майор Алексей Николаевич Романов. Почему-то ещё Столыпины, Орджоникидзе и Бонч-Бруевичи.
Так же были главы всех религиозных конфессий, где численность верующих превышала полтора миллиона. Исключение сделали только для Верховного Шамана народов Крайнего Севера, Сибири и Дальнего Востока, чью паству было невозможно подсчитать из-за технических трудностей и фактического двоеверия. Там в порядке вещей после воскресной заутрени пойти к шаману и попросить у духов предков удачи в завтрашней охоте. Мало того, тамошние православные священники отказывались признавать традиционный кольпахен скоромной пищей и дозволяли вкушать его во время поста. Некоторые вообще отказывались признавать его пищей.
Однако на совете не оказалось представителей протестантов. Наверное англиканская церковь им подгадила. Или баптисты. Или мормоны. Или лютеране. Или кальвинисты. Или кто-то ещё из множества протестантских сект. Не любит их государь-император, получивший образование в духовной семинарии. Его право.
Мусульман представлял Верховный Муфтий Российской Империи генерал-полковник Гуссейн-Хан Нахичеванский. Он ушёл в отставку с поста товарища министра внутренних дел в восемнадцатом году, после того, как полностью провалил порученное ему дело. Тогда в России внезапно появились бомбисты. Так-то про них слышали и читали в газетах о гибели австрийского крон-принца Франца Фердинанда, но вот внезапно они образовались и у нас. И сразу же бросили саквояж с нитроглицерином в автомобиль министра только что образованного министерства здравоохранения Николая Александровича Семашко. А через неделю погибли ближайшие родственники участников теракта — двести семьдесят два человека были посажены на кол, включая женщин и детей. Правда, детям перед посажением на кол милосердно перерезали горло. Генерала Нахичеванского назначили ответственным за расследование и поиск преступников, но он никого не нашёл и был вынужден уйти в отставку.
У российских католиков за главного молодой генерал-майор и почётный кардинал римско-католической церкви Константин Ксаверьевич Рокоссовский. Ради него недавно Папа Римский издал именную буллу, разрешающую почётному кардиналу не соблюдать целибат и не посещать мессы. В отношении бывших соотечественников охотно пользуется правом отлучения от церкви.
Буддистами руководит казачий войсковой старшина Ока Городовиков. Маленький, кривоногий, узкоглазый, с огромными усами, он выглядел натуральным татаро-монголом. А что ещё нужно для управления буддистами?
Шаманов Крайнего Севера и Сибири представляет тоже казак генерал-лейтенант Африкан Петрович Богаевский. Как донец попал на эту должность? Да кто же его знает.
Кого ещё забыл? Ах, ну да… обер-прокурор Святейшего Синода граф Бенкендорф, занявший должность на прошлой неделе сразу после возвращения из Крыма, где проходил полный курс омоложения. Интересно, Александр Христофорович принял православие, или до сих пор остался лютеранином? Вслух, конечно, такие вопросы лучше не задавать.
И вообще складывается впечатление, что для религиозной карьеры необходима служба в армии. Барон Микоян единственный штатский, что вызывает насмешливые и неприязненные взгляды. Сплошные антисемиты, ой вей…
Иосиф Первый долго молчал, но потом раскурил свою знаменитую трубку и коротко объяснил ситуацию, сложившуюся из-за неосторожного обещания наследника престола. Его, это обещание, нужно непременно выполнить, вот только оно невыполнимо по этическим и религиозным соображениям. И что делать?
Стало понятно присутствие Столыпиных, Бонч-Бруевичей и Орджоникидзе. Самые заинтересованные лица выглядели насторожённо, справедливо опасаясь, что император объяснит всё невинной мальчишечьей шуткой.
— Не вижу проблемы, государь, — перебирающий чётки Гуссейн-Хан Нахичеванский пожал плечами. — Аллах допускает многожёнство.