Страница 23 из 73
— Именно! Тем более у нас в пулемётах не зажигательные, а бронебойно-зажигательные патроны. Почувствуйте разницу, Екатерина Григорьевна. Кстати, по слухам на Мальте есть уютные винные подвальчики, где в полуденную жару можно окунуться в живительную прохладу и с удовольствием продегустировать дары местных виноградников. Говорят, здесь единственное место в Европе, где уцелели древние сорта, известные ещё со времён Древнего Рима и владычества Константинополя.
— Вы на что намекаете, Апполинарий Григорьевич?
— Почему намекаю? — удивился Куликовский. — Я прямо и честно приглашаю вас отметить победу сразу после освобождения Мальты от англичан и возвращении её в состав Российской Империи.
Катерина Орджоникидзе мило улыбнулась:
— Тоже буду с вами честной, Апполинарий Григорьевич. Я очень надеюсь, что знакомство с Его Императорским Высочеством цесаревичем Василием Иосифовичем позволит мне не попасть на каторгу за ваше убийство.
— Какое убийство? — опешил Куликовский.
— Преднамеренное, хладнокровное, совершённое с особой циничностью. Ещё одно неприличное предложение, и я отстрелю вам… хм… гениталии. И добью выстрелом в лоб. Но не сразу, чтобы вы смогли прочувствовать неуместность ваших ухаживаний.
Вася, невидимый в тени надстройки, решил не вмешиваться в разговор. В то, что Катя пристрелит своего напарника, он не верил, но смазывать воспитательный эффект от выговора не хотел. Разберутся сами, не дети же!
Чкалов, бесшумно подошедший следом, протянул плоскую серебряную фляжку, которую так удобно носить в кармане или за голенищем сапога, и шёпотом спросил:
— Волнуешься за девочек?
Вася молча кивнул, открутил крышку и сделал большой глоток. В жизни Василия Красного это был первый глоток шустовского, раньше не находилось ни желания, ни повода. Сегодняшней ночью есть и то и другое. А у девушек всё будет хорошо! Иначе и быть не может!