Страница 28 из 106
— Неужели вторженцы? Ты же говорил, что у нас есть хорошая фора? — спросила я Хэя. — Или ты имел ввиду, что фора у нас в часок-другой от силы?
— Дракону под хвост ваши предположения! — рассмеялся Рефорн, после чего совершенно не по-мужски ойкнул, когда Рейн приземлился прямо на его голову.
— Сам себе под хвост абы что клади! — возмутился ребенок.
— Так у меня хвоста нет, — пошутил Рефорн.
— Приделать? — деловито осведомился Рейн.
— Ты думаешь, получится?
— Я буду очень стараться, — Рейн был невозмутим.
Я подошла к Рефорну и без лишних пиететов стащила Рейна с чужой головы за задние ноги.
— Так что насчет вторженцев? — я не разделяла веселости этого божества.
— Боже упаси, какие вторженцы? — рассмеялся Рефорн. — Они до моей территории если и доберутся, то долго не проживут. У Ниньи может быть лишь одна серьезная причина: она нашла очередной дом, в котором все оформлено не по ее вкусу. Поэтому она выкидывает из него всю обстановку и создает, как она говорит, набросок интерьера. Как пойдет в город, закупит все нужное и превратит мое каменное безвкусное логово в уютный домик. Главное, чтобы она сразу с границы в город не отправилась. А! Так неудобно, когда она мне сообщения передать может, а я ей — нет.
— Мы не можем столько ждать. Я схожу за Ниньей, — сказал Хэй, вставая. — А вы пока поболтайте.
— Поболтать? О чем? — улыбнулся Рефорн, после чего кивнул мне, извиняясь: — Это не грубость, просто я должен знать, о чем могу говорить с вами.
— Обо всем, — ответил Хэй.
— Правда? — спросил Рефорн.
Его удивление было настолько сильным, что даже моего несовершенного зрения хватило, чтобы легко распознать эту эмоцию.
— Я не шучу такими вещами, — спокойно ответил Хэй, вставая со стула. — Меня не будет примерно минут сорок — все же твои владения, Рефорн, до неприличия большие. Так что, Лиссандра, это твой шанс воспользоваться и расспросить его обо всем. Рефорн знает меня с моего рождения, навряд ли хоть одно значимое событие из моей жизни прошло мимо него.
— Эй, да ты меня смущаешь! — возмутился Рефорн.
Хэй подошел ко мне и, чуть наклонившись, прошептал на ухо:
— Считай это небольшим подарком, который поможет тебе решиться рассказать о себе. В моем прошлом
не все идеально, я сделал много глупостей... Но я его принял и больше не стыжусь. Прошлое, Лисса, всего лишь прошлое. Важно лишь то, какие мы сейчас и какими станем в будущем.
Небольшой подарок, да? Страшно представить, какие подарки в понимании Хэя большие. Что ж, от подарков отказываться невежливо, так почему бы не поболтать с Рефорном всласть, тем более, наедине: дракончик разместился у Хэя на плече и слезать оттуда не планировал.
— Рейн? — я произнесла только имя, но меня сразу поняли:
— Я прогуляюсь с Хэем, мой главный человек? А и рассматривать тут больше нечего, и хвост приделать не дают, — пожаловался ребенок.
И на чужой голове свить гнездо не дают, ай-яй, какие нехорошие, что ж с нами сидеть! Разумеется, насчет последнего я промолчала, кивнула головой в знак согласия, мол, разрешаю.
— Тогда мы пошли! — бодро сказал Рейн.
Я прислушалась к себе и поняла, что отправляю Рейна с Хэем не испытывая ни малейшего беспокойство. Поразительно, как быстро я стала доверять человеку, о котором практически ничего не знала. Точнее, божеству. Но в этом доверии не было ничего неправильного, наоборот...
Когда дверь за Хэем захлопнулась, Рефорн, не скрывая некоторого лукавства, спросил:
— Итак, загадочная госпожа Лиссандра, о чем бы вы хотели послушать? Что о Хэе вы хотите узнать?
Я хотела знать о нем абсолютно все. Но, увы, не думаю, что у нас на это будет время. Я задумалась, после чего ответила уверенно:
— Какой Хэй был в детстве? Каким подростком? И каким взрослым, который еще не покинул небеса?
Моя ответ вызвал добродушный смех Рефорна:
— Нравится он тебе, девочка?
— Нравится, — не стала отрицать я, после чего передразнила: — Мальчик.
К подобному «отеческому» обращению я чувствовала лишь раздражение, переходящее в злость. Такие вещи всегда будили во мне наихудшие воспоминания, пробуждая дремлющую в глубине души лютую ненависть. Причем к любому, а не только к первоначальному объекту моей ненависти.
— Эй-ей, я уже взрослый дядя, между прочим. Я Хэя на ручках носил, между прочим. А он бы и тебя мог носить, если судить по разнице в возрасте, — заметил Рефорн, от чего я расхохоталась:
— Вообще-то носил, было такое. И дело тут совсем не в возрасте.
— А! Быстрый негодяй какой! — возмутился Рефорн. — Вот в наши времена все иначе было. Помню, двадцать четыре года бегал за одной богиней, прежде чем она мне ручку разрешила подержать. А тут... Сколько вы знакомы? И уже на руках таскает. Бесстыдник!
— Пф-ф-ф, — я не выдержала. — Аха-ха-ха!
— Ну наконец-то рассмеялась. А то сидишь с таким видом, словно тебе и впрямь столько же, сколько мне. Но я-то вижу, что твой возраст даже по человеческим меркам не сильно большой. А если уж говорить, сколько тебе отпущено...
— То ничего вы не увидите. Мою жизнь даже Богиня Воды, обладающая куда большим талантом, чем вы, не смогла посмотреть, — сказала я, намеренно не упоминая судьбу и видящих — и без того я вызываю у этого Бога Камней много вопросов.
— Меня не интересует ваша жизнь, госпожа Лиссандра, вы меня неправильно поняли. Меня волновал лишь тот факт, чтобы вы не умерли слишком быстро, заставив Хэя страдать. У него и так достаточно печальных и трагичных моментов в прошлом, — ответил Рефорн.
— Так расскажите мне о них, — попросила я. — И не только. Будь достаточно времени, я бы хотела знать о Хэя все: с момента его рождения и до настоящего времени. Но у нас его нет, потому дайте мне ту информацию, которая даст мне возможность помочь ему.
— И впрямь хорошая девочка, — улыбнулся Рефорн, а я в который раз отметила, что мое магическое зрение прогрессирует аномально быстро. — Прямо с рождения тогда и начнем. Вы знали, госпожа, что божества появляются в этом мире двумя способами? Когда Бог и Богиня влюбляются, вступают в отношения, приносят клятвы небесам, то могут завести детей. Это первый способ. А бывает так, что новых детей приносит божественное древо, растущее прямо на небесах. Хэй появился как раз благодаря божественному древу.
Глава 13
Божественное древо — начало начал всех божеств. Именно оно породило первых божеств, которые дали жизнь всем остальным. В некоторых свитках и трактатах даже считалось, что древо возникло до появления самих небес. Но не было никого, кто бы это мог подтвердить, — считалось, что божества появились в этом мире первее всех.
Роль божественного древа на этом не закончилась.
— Обычно оно спит, а когда случается что-то серьезное — просыпается. Засохшие стволы наполняются магией, бутоны распускаются, а само древо так или иначе помогает божествам. Иногда лечит, иногда защищает от опасности, от которой мы сами не можем себя защитить, — Рефорн говорил с таким блаженным видом, словно поклонялся этому дереву.
— А от каких угроз защищают божеств на небесах, куда так просто не попасть? — тут же заинтересовалась я.
— Понятия не имею. Это осталось в записях первых божеств, которые давно уже покинули нас. Вот только я в своей долгой, очень долгой жизни ни разу не столкнулся с угрозой самим небесам. И, искренне надеюсь, что не столкнусь. Хотя, с учетом силы людей из твоего мира, боюсь, это может измениться. Если засланные пешки обладают такой силой, то возможности ваших правителей, уверен, впечатлят даже меня. Ладно, речь не об этом. Если вдруг в одно время погибает много божеств, то древо создает новых.
— И опять у меня вопрос, — перебила я Рефорна. — Кто или что убивает божеств? Вы совсем не простые соперники, да и живете на небесах. И не думаю, что люди из моего мира гуляли здесь раньше.
— Ты слишком любопытная, девочка. Дай мне все рассказать. На небесах божество может убить только другое божество. Но, как ты знаешь, мы можем спуститься на землю. И погибаем. Иногда из-за нехватки сил, иногда из-за нарушений контракта. Бывает, устаем от жизни и принимаем решение уйти. А еще на земле нас могут убить те, кто сильнее, а не только божества. Это очень трудно, но не невозможно. И, госпожа Лиссандра, огромная просьба — не уточняйте как. Это попросту неприлично — интересоваться у собеседника, как его можно убить, — рассмеялся Рефорн, явно довольный своей шуткой.